Наконец, Рарок вытащил Нилну и замер, пораженно глядя на будущую жену. Девушка выглядела изумительно. Кремового цвета платье простого покроя(но из дорогой ткани) было украшено по лифу крохотными полудрагоценными камушками; забранные в сложную прическу, каштановые волосы оттеняли мелкие искусственные цветы с камнями в середке; в ушах блестели серьги, а на тонком запястье красовался изящный браслет. Однако самым прекрасным в этом образе были сияющие счастьем глаза Нилны.
Молодых усадили в повозку, гостей — в небольшую кибитку, и покатили к храму. Я старалась не привлекать внимания. Большинство крестьян не знали меня в лицо, так что приходилось отворачиваться только от Дьерна. Церемония в храме прошла быстро, а потом молодые поехали обратно. Прямо на деревенской улице сельчане накрыли столы и стали поздравлять пару.
Внешне Рарок и Нилна были противоположностями друг друга. Он — серокожий, беловолосый, высокий, она — небольшого роста, с бледной кожей и каштановыми волосами. Но я видела и чувствовала распространяющиеся от них одинаковые эмоции: неожиданное и оттого особенно остро ощущающееся счастье, любовь, нежность, искорки страсти. На взгляд менталиста — очень подходящая пара.
Молодожены понимали, что им не удастся провести много времени вместе: ведь через несколько дней Рарок должен будет уехать вместе со мной. Нилне сказали, что я отправляюсь в столицу по приказу его величества. По настоянию Рарока свадьбу сократили, через час после возвращения из храма провели церемонию передачи в новый род, и молодые уехали в Мистарн. Там их ждал мой подарок — небольшой домик в тихом районе. На самом деле дом принадлежал моему отцу: иногда туда приглашались нужные люди, о знакомстве с которыми лучше никому не знать.
Вчера поздно вечером я рассказала папе о случившемся, умолчав только о внезапно вспыхнувшем чувстве Ондиила. Вместе отцом мы составили письмо и отправили по магической почте лорду Юстиниану. Советник должен знать, что у наших врагов в армии есть ментальные маги. После я поделилась своими сомнениями относительно подарка на свадьбу Нилне и Рароку, тогда отец и придумал подарить домик. Сегодня после свадьбы молодожены осмотрят его, а завтра подпишут документы.
Вместе с Ондиилом мы покинули деревню сразу после отъезда молодоженов. Пока усталая лошадка тянула повозку к замку, дроу решил поговорить. Он извинился за то, что мне наговорил, и снова предложил стать телохранителем. Я согласилась, правда выставила несколько условий. Во-первых, временный договор, во-вторых, никакого секса и никаких домогательств, в-третьих, он обязан закончить обучение. Ондиил все выслушал и кивнул. Надеюсь, это сотрудничество не будет сильно меня тяготить.
По возвращении в замок ко мне сразу подошел Йомос. Он хотел задать несколько вопросов Барону. Йомос от имени лирийского шпиона писал доклады, несколько раз упомянув «перспективного юношу», которого хотел взять с собой. Потом был разыгран сценарий, при котором Барон якобы умирал, а «перспективный юноша» поступал в распоряжение нового шпиона, которого прислало руководство.
Операция по внедрению своего человека прошла успешно, но от разведчика давно не было вестей. Йомос боялся, что парень мог проколоться, только не понимал как. Я, подумав, рассказала ему про менталистов в армии фанатиков. Это бы объяснило внезапную пропажу нашего разведчика. Йомос предположил, что память Барона могли подчистить, и спросил, можно ли было определить вмешательство в сознание нашего заключенного.
До вечера мне пришлось копаться в голове у Барона, но ничего определить я так и не смогла. Если ментальное вмешательство было, то маг тщательно убрал за собой все следы. Перед сном доставили почту от короля: его величество приказывал мне прибыть в сиакирскую военную часть как можно быстрее. Слугам сообщили, что я еду в столицу.
Ночью мне приснился Флайдин. Мы с ним, обнявшись, сидели в каком-то доме. Кажется, о чем-то говорили. Я проснулась в прекрасном настроении. Лили собрала мне ворох платьев и кучу всяких ненужных вещей. Выехать из замка получилось только днем. Рароку я дала еще один выходной и попросила показать Нилну целителям. Он должен был догнать нас на следующий день.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Отец очень переживал, но по своему обыкновению старался вести себя как обычно. Зато, кажется, выгреб все артефакты, которые были у Барона, да еще и накупил новых. В подарок от отца я получила гномьи метательные ножи, несколько магических колец и тонкий кинжал. Я пообещала передавать папе весточки, если получится.
Александра явно догадалась о том, что происходит. Я ведь уезжала в спешке, без многочисленной свиты, с одной служанкой и отрядом охраны. Княгиня нашла время, чтобы зайти ко мне пожелать удачи. Уезжать не хотелось. За это время я привязалась ко всем, кто жил и работал в замке и его окрестностях. Но ничего не поделаешь.
Глядя в окно кареты на удаляющиеся башенки крепостных стен, я думала о том, что могу не вернуться. Меня не готовили для войны, но другого выхода нет. Я — единственный сильный менталист в нашей стране. Лучезар знает, что у Бизарии есть Эур, значит, будет ждать наших действий и готовить защиту. Мне придется противостоять другим ментальным магам, только опыта таких сражений у меня нет. Я осознавала, что могу умереть, защищая свою страну. Конечно, мне было страшно, но поступить по-другому я не могла.
Глава пятая. Начало путешествия
В просторной карете мы ехали вдвоем со служанкой, Лили переживала, что на сборы у нас было очень мало времени, и про себя составляла список того, что необходимо закупить в пути. Я задремала и проспала до самого вечера.
Уже в сумерках мы подъехали к большому трактиру. Там должны были подготовить комнаты для нас и ужин. Не задерживаясь в общем зале, я сразу поднялась на второй этаж. Ондиил зашел в комнату первым, и внимательно все осмотрел, Лили поморщилась, но ничего не сказала. Служанке не нравилось, что теперь хмурый мужчина постоянно следовал за мной и подозрительно косился на каждого, кто ко мне подходил. Теперь сложно было поговорить по душам, не опасаясь подслушивания, ведь про острый слух дроу Лили прекрасно знала. В то же время, девушка понимала, что такова работа телохранителя, и надеялась, что со временем привыкнет к подобному.
Осмотрев комнату, Ондиил пригласил нас. Пока служанка раскладывала вещи, он близко подошел ко мне сзади и, обжигая дыханием чувствительную кожу за ухом, сказал:
— Высокий мужчина, явно из военных, внимательно на тебя смотрел в зале. Хотя излучаемой артефактом ауры я не почувствовал, думаю, именно он привез Эур.
Мне пришлось прикусить губу, чтобы не застонать: слишком уж интимные воспоминания всколыхнул Ондиил. Флайдин постоянно подходил сзади и шептал всякие нежности на ухо, чем доводил меня до исступления, и сейчас эти воспоминания были совсем некстати. Я едва сообразила, что сказал мне телохранитель. Прикрыв глаза, чтобы справится с эмоциями, я уловила тщательно подавляемое торжество в чувствах Ондиила. Все сразу стало понятно. Он хотел показать, что не только Флайдин способен мгновенно воспламенять во мне страсть. Я отступила от Ондиила, и активировала заглушающий звуки артефакт.
– В следующий раз, когда тебе понадобиться сказать что-то не предназначенное для чужих ушей, просто создай подавляющее звуки заклинание, или активируй аналогичный артефакт, а не подходи так близко, — стараясь подавить злость, приказала я.
— Понял, — Ондиил сообразил, что его план разгадан.
Лили заправляла кровать и даже не заметила того, что произошло. Оно и к лучшему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мой телохранитель оказался прав. Сразу после ужина, который нам принесли в номер, ко мне постучался замеченный Ондиилом мужчина. Служанка неохотно впустила его. Мужчина расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке и показал амулет. Разведка, значит.
— Лили, ты не могла бы отойти за ширму, нам с этим господином надо поговорить, — попросила я.
Девушка послушно скрылась за перегородкой. Я активировала артефакт, заглушающий звуки, проигнорировав говорящий взгляд, который военный кинул на моего телохранителя.
