— Спасибо, ваша светлость. — Рей присела в реверансе и спешно ретировалась за дверь, к которой подвел ее княжич. И если знакомство с ним оказалось приятным, то завершение… Но как иначе она могла поступить? Нагрубить ему? Это убило бы ее роль. Да и его слова были близки ей.
Рей яростно потрясла головой, отгоняя непрошеные мысли.
В покоях, куда привел ее Седрик, уже были разложены ее вещи. А потому девушка без промедления бросилась к шкафу, где, по логике, должен был висеть плащ, отданный лакею. Так и оказалось. С виноватым выражением лица Рей извлекла из кармана спящую Франсуазу и облегченно вздохнула. С куклой все было в порядке, но главное — кукла была на месте и никто чужой ее не видел.
— Франсуаза, мы на месте.
— Да? — Куколка встала у нее на ладони, балансируя ручками, и рассмеялась. — Теперь можно веселиться?
— Нельзя.
— Почему? — заметив грусть на лице хозяйки, Франсуаза вмиг растеряла свою веселость.
— Здесь есть инквизиторы, и лучше им тебя не видеть.
— Но почему?
— Чтобы они нас не разлучили.
— А они могут?
— Могут. И сделают, — грустно сказала Рей. — А потом дай мне слово, что будешь вести себя очень осторожно и из комнаты не выйдешь?
— Совсем-совсем?
— Совсем-совсем.
— Хорошо, — пообещала печально кукла.
Рей больше из комнаты не выходила до самого ужина, который попросила принести в комнату, сославшись на головную боль и слабость после путешествия. Ей пошли навстречу и обещали принести. Расслабившись, Рей уселась на диванчик, поджав под себя босые ноги и глядя, как Франсуаза танцует на столешнице. Раздавшийся стук в дверь заставил обеих напряженно застыть, и вовремя. Дверь отворилась, и на пороге появился сам господин инквизитор с подносом в руках.
— Леди, прошу меня извинить за вторжение, но его светлость настоял, чтобы я перед вами извинился за свое поведение.
— А вы? — тихо спросила девушка, не сводя глаз с приближающегося мужчины.
— А я считаю, что мне пока не за что извиняться.
Он подошел ближе, поставил поднос на столик, коснулся замершей куклы и приблизился к Рей вплотную. Она же завороженно смотрела в его глаза, не шевелясь. Эскель чуть наклонился и нежно коснулся ее губ своими. Заметив, как округлились от страха ее глаза, Элиан, тяжело вздохнув, отстранился.
— Вот теперь приношу вам свои извинения, леди. И обещаю, что подобное еще повторится. Приятного вечера.
И не оборачиваясь, он быстрыми шагами покинул комнату, оставив Рей в растерянности.
Эскель быстро шел по коридору, улыбаясь. Да, хорошая девочка. И отреагировала, как хорошая девочка. Испугалась. Неужели все-таки не ведьма? Та не упустила бы шанса подпитаться за его счет или просто не умеет? Нюх молчал.
Глубоко задумавшись, Элиан не заметил, как вышел к обществу и был пойман Седриком.
— Извинился?
— Конечно, — оскалился Эскель. — Поцеловал и тут же извинился.
Легко увернувшись от кулака княжича, Элиан рассмеялся. Вот теперь было понятно, зачем он это сделал. Захотел отомстить наглому мальчишке, потребовавшему извинений у него. Что ж, он выполнил просьбу и извинился.
— Вы чем-то недовольны, ваша светлость? Но я извинился, как вы и хотели. Неужели передумали?
— Нет, — зло ответил Седрик.
— Будьте аккуратны, ваша светлость. Ваша сила нестабильна, — заметив, как полыхнула аура княжича, ласково посоветовал Эскель. — Но если вы не можете сдержаться сами, могу помочь.
— Не нужно. Я помогу брату сам, — вмешался в разговор Георг, отводя брата от начальника. — Ты что себе позволяешь?
— А что он себе позволяет?!
— То, что считаю нужным, — холодно ответил Эскель, не освобождая братьев от своего общества.
— Тогда я считаю нужным…
— Подумайте хорошенько, ваша светлость, прежде чем говорить. Стоит ли малознакомая девочка вашей смерти. А дуэли ведь никогда не были вашим коньком. Не стоит? Так я и думал.
— Господин Эскель, у вас возникли проблемы с моим братом?
Заметивший слишком большое оживление вокруг инквизитора и братьев, Аарон решил лично разобраться в происходящем.
— О нет. Все хорошо. С вашего позволения, я покину общество.
— Извольте, — позволил старший княжич.
Не желая участвовать в дальнейших выяснениях, Эскель ушел к себе. Принял ванну, довольно вспоминая лицо княжича, полное бессилия и злости. Да, мальчишка получил за свою дерзость, но вот девочка… Ему было жаль ее. Все-таки быть разменной монетой в руках сильных — не самая приятная роль, но разве для серой мышки может быть уготована другая?
Оставшись одна, Рей пребывала в замешательстве. Вновь перед ее глазами повторялся один и тот же эпизод. Франсуаза, пытаясь помочь хозяйке, даже сама перебралась на диванчик, стала дергать Рей за рукав, но достучаться до нее так и не смогла. А Рей не понимала: зачем? Почему он так поступил? И почему сказал, что подобное повторится? Что ей с этим всем делать?
Так и не разобравшись в себе, девушка легла спать, уложив рядом Франсуазу. Сейчас ей как никогда не хотелось оставаться одной. Он слишком ее напугал. Инквизитор, ее неотвратимое наказание, если все откроется. Не смерть, но что-то худшее.
Солнце девушку не разбудило. Рассвет Рей встретила с широко раскрытыми глазами. Она пыталась спать, но больше получаса не выходило. Она просыпалась в холодном поту от кошмара. И хоть разум подсказывал, что пока опасаться нечего, что у Эскеля нет оснований подозревать ее, но сердце пропускало удар.
Тихий щелчок ключа в замке, который она закрыла перед сном, заставил Рей вздрогнуть. Собравшись, она перехватила канделябр и в ночной рубашке, крадучись, отправилась смотреть, кто пожаловал в ее владения. Это оказалась служанка. Она сноровисто убирала тарелки, которые девушка оставила на столе, протирала пыль и была целиком поглощена работой.
— Простите, — позвала Рей.
Служанка вскрикнула от неожиданности, обернулась и облегченно выдохнула.
— Ох, госпожа, что ж вы так пугаете?
— Простите, — вновь повторила Рей, замявшись.
— Вы что-то хотели?
— Да, сколько времени до завтрака?
— Около трех часов. Господа поздно легли, и трапеза перенесена на час. Около десяти часов.
— А у вас есть что-нибудь для сна? А то меня постоянно мучают кошмары, а баночка с лекарством разбилась по дороге.
— Подождите, я сейчас сбегаю к среднему княжичу. Он еще не ложился. У него наверняка что-нибудь будет.
— Спасибо, — с облегчением поблагодарила Рей, почувствовав надежду на нормальный сон. «Похоже, легенда перестает быть легендой», — с грустью подумала девушка.
