тыла и поддержки…. — Маме цыплята понравятся! Машин голосок и топот детских ножек уже совсем рядом. Она отодвинула в сторону мысли о Гаврилове. Будет время, вернется к ним, к мыслям. Обдумает дальнейшие действия. Дочка вбежала в зону кухни, прижимающая к груди коробку из-под обуви. В коробке заливисто пищали цыплята. — Мамочка, погляди, кто у меня! Люба вскочила со стула, обогнула массивный стол. Шагнула к дочке. Три пушистых, желтых комочка, сгрудились в кучку, пищали наперебой. Тем временем, в кухню — столовую, один за другим вошли два мальчика. По виду погодки, дошкольники, постарше Маши, крепкие, загорелые, короткие русые волосы светлыми прядями выгорели на солнышке. Мальчик пониже, нес на вытянутых руках большую тарелку, с уложенными горой румяными пирогами, размером с мужскую ладонь. Мальчик повыше, тащил плетеную корзинку и объемную матерчатую сумку зеленого цвета. — Здрасте! Пироги на стол? — Здрасте! Тут в корзине яйца, в сумке сыр, творог и утка еще! Остальное у папы! Ряженка, сметана и всякие другие горшки! Мама просила передать, что позже зайдет, принесет лапшу и хлеб домашний! — Здравствуйте, мальчики, давайте знакомиться — я Машина мама, меня зовут Любовь. Она стушевалась, ей как-то не доводилось представляться маленьким детям. На Машины детские праздники, как правило нанимались аниматоры, они то и общались с малышами, Люба отвечала за развлечение и угощение взрослых гостей. — Я — Даня, а это, мой брат Степа. — сообщил младший мальчик, водрузил в центр стола тарелку с пирогами. — Мам, они такие хорошенькие…. Цыплятки… — Маш, им наверное попить нужно дать и накормить…. — Доброго дня. Творога дайте немного, яйцо сварите и мелко покрошите! Напоить водой да, не помешает. — прогудел густой бас. Дочерна загорелый, коренастый мужчина похожий на мальчиков, втащил в кухню плетеную корзину большого размера. Следом за мужчиной, вошел хозяин дома, Юрий. Улыбнулся ей, покачал головой. — К каше так и не притронулись, Люба. Сейчас организую чай, съедите пирог хотя бы. С чаем. — Очень удачные пироги, с мясом и со щавелем. Ириска у нас мастерица по пирогам. — заверил загорелый мужчина, принялся ловко освобождать корзину, глиняные емкости и стеклянные банки с варениями и соленьями выставлять на поверхность рабочего стола. — Кстати, Люба, знакомьтесь, это наш сосед — Виктор. Он и его супруга Ирина, обеспечили нас запасом натуральных продуктов. — проговорил Юрий, пробираясь мимо соседа Виктора к кухонному шкафу. Достал из шкафа два маленьких блюдца, шагнул к раковине в одно из блюдец налил воды. — Ну вот, поилка для птенцов готова, еще творожку положим и полный порядок. — Очень приятно. — запоздало откликнулась Люба. Она снова, который раз, ощутила себя крайне неловко. Неприкаянной себя ощутила. Следовало бы помочь накормить цыплят, разбирать продукты, заварить чай, достать с полки чашки, салфетки. — Машунь, ставь коробку на пол, вон туда, ближе к стенке, будем твой птичник кормить и поить. — Дядя Юра, а блюдца, прямо в коробку? — Да, малыш, прямо в коробку. Скоро устроим для твоих птенцов отдельное жилье, как чай попьем, так и приступим. — А палатку потом поставим? — Обязательно. Поставим палатку и купаться отправимся. Крепость из песка соорудим на берегу. — А на дерево? — И на дерево залезем. Посидим на ветвях, как…. Вы с мамой, как русалки, а я, как русал. — И мы так хотим, как русалы! — встрепенулся мальчик Даня. — С удовольствием возьмем вас в компанию, чем больше русалок и русалок на ветвях дуба рассядется, тем лучше. Люба представила ветвистый дуб. Дочку свою, себя, Юрия, мальчиков Степу и Даню, соседа Виктора представила, рассевшихся на дубовых ветвях. Отчетливо представила. Улыбнулась. Впервые за последнее время не выдавила из себя улыбку, а именно улыбнулась. — А кто не позавтракает, тот рискует, его может ветром сдуть, с дуба. — улыбнувшись в ответ, произнес Юрий. Она смогла осилить половину порции овсяной каши. Больше не поместилось, потому что съела целых два пирога…
* * *
— Домик цыплятам построили, гамак испытали, палатку разбили! Вот, сколько дел переделали! Еще матрас надули, большой получился, на всю палатку! Ой, посмотрите, цветы колышутся, как будто волны бегут по цветочному морю! Вот бы в таком искупаться! — дочка вертит по сторонам, головой, косички болтаются в такт. — Искупаться, Машунь не получится, слышишь, как пчелы над цветами жужжат? Разозлятся, что помешали им нектар для меда собирать, покусают. — говорит впереди идущий Юрий. Удивительный всё-таки он человек. Оказывается такие люди бывают. Хватает терпения на постороннего ребенка, на бесконечные Машины вопросы отвечает не раздражаясь. Ему вроде бы даже нравится с ней общаться. — Машунь, не расстраивайся, накупаемся в речке. И на дереве посидим, там у отмели есть подходящее. — Жалко, мальчики не смогли пойти с нами, вместе было бы еще веселей! — Маша замедляет шаг, с интересом разглядывает пеструю бабочку усевшуюся на крупную ромашку. — Ничего, Машунь, зато к нашему возвращению выполнят все свои задания и смогут играть свободно. — Юрий останавливается, снимает с плеча спортивную сумку, ставит на тропу. — я сейчас. Он шагнул с тропы в густую луговую траву, высокую даже ему, рослому, выше колена. Прошел вперед, присел на корточки, раздвинул руками цветущую зелень. — Есть! Не ошибся с местом! — воскликнул радостно. Люба взяла дочку за руку:- Маш, давай бандаму повяжем, боюсь как бы голову тебе не напекло, — кивнула на желтую хлопковую тряпочку замотанную у ребенка на запястье. — Мам, мне не жарко совсем, правда — правда, я повяжу, когда к речке придем, я пообещала дяде Юре. — Маша задрала к небу личико. — Мам, погляди, птички, как маленькие точки, высоко высоко залетели! Люба прикрыла ладонью глаза, взглянула в небесную синь. И правда, там в вышине, парят стрижи или ласточки. А здесь внизу, буйным цветом цветут луговые цветы: васильки, колокольчики, ромашки, клевер белый и розовый и еще какие-то ей неизвестные. Пологий цветущий луг до самого перелеска. За перелеском, в просветах меж стволов деревьев сияют, переливаются серебряные блики. Река. — Мамочка. А нам с тобой нельзя остаться здесь насовсем? — Маша переходит на шепот. Смотрит на нее с надеждой. Люба смешалась под взглядом ребенка. — Малыш. Мы с тобой в гостях, гости не могут оставаться насовсем, у хозяев есть свои дела, своя жизнь. Да. Своя жизнь. Чужая. Волею случая она вторглась в чужую жизнь, надела на себя этот бирюзовый сарафан с чужого плеча, и еще загрузила своими проблемами чужого человека. Очень приятного человека….. — Девчонки! Подставляйте ладошки, целую пригоршню луговой земляники набрал! — Юрий выпрямился, шагает назад к тропинке. — Машуня, держи ягодки, половину тебе, половину маме! — Половину нам с вами на двоих. Так честно будет. — откликнулась Люба. — Хорошо. Мне, как самому старшему три ягоды.
