– Это уже из области космических миражей.
– Нет, – горячо заговорила Рора. – Вы, видимо, уже забыли, что Аэла включена в состав экспедиции “Геоса” потому, что она обладает совершенно исключительной телепатической одаренностью. Это обстоятельство необходимо принять во внимание. Профессор Росс доказал, что до сих пор не разгаданное свойство человеческой природы – способность к биологической радиосвязи – развивается и со временем будет величайшим достижением человечества.
– Рора, – ласково и укоризненно прервал ее Гайденбург.
– Извините, – Рора смущенно умолкла.
– Как бы там ни было, – сказал Чарли, – на Троллу необходимо отправить ракету. Об этом чрезвычайно важном и опасном деле нам и придется поговорить.
Главный Совет корабля решил послать на Троллу четверых: физика Гайденбурга, биолога Рору, математика Чарльза Колина и пилота Аэлу.
Из кормового отсека четверо астронавтов вошли в атомолет-ракету, приспособленную для движения по грунту.
Катапульта корабля выбросила ракету в пустоту. Атомолет волчком завертелся в пространстве.
Аэла включила двигатель. Астронавтов прижало к сиденьям.
Одинаковы были бездонное небо и черные расширенные глаза Роры. Она не в силах была преодолеть леденящего ужаса от зрелища бездны. С Земли, с далекой родной Земли, небо казалось ласковым и теплым. А здесь звезды горели неистово и угрюмо. И от их злобного света еще холоднее казался черный океан бесконечности.
На пульте вспыхнули сигнальные лампы. Гайденбург начал прощупывать поверхность Троллы мощным лучом субмиллиметровых радиоволн. Атомолет виток за витком опоясывал планету, гася скорость и равномерно снижаясь.
Вот по корпусу ракеты потекли цветные струи огня – оранжевые, фиолетовые, зеленые. На лицах сидящих в кабине возникли необычайные переливы света.
Гайденбург взглянул на Рору и сказал:
– Атмосфера.
Оставляя хвост огня, атомолет мчался над Троллой. Он уже снизился настолько, что с помощью телескопа можно было видеть все, что происходило на поверхности планеты.
Внизу плыли материки и странно ровные пустыни, лишенные растительности острова, необычайного огненного цвета леса, плоскогорья. Ничто живое не появлялось в объективе телескопа.
– Не понимаю, откуда могли возникнуть радиосигналы, – сказал Гайденбург.
– А может быть, здешние обитатели живут в воде? Может быть, их развитие шло совсем другим путем? – вопросительно посмотрел математик на Рору.
– Нет, вода слишком однородная среда, Чарли. В воде жизнь может существовать без значительных изменений сотнями миллионов лет.
– Но что же тогда?
– Возможно, мы их просто не видим, – сказала Рора.
– То есть как это? – спросила Аэла.
– Как мы не всё слышим, так и не всё видим. У зрения, как и у слуха, свой ограниченный диапазон.
– Люди! – вдруг закричал Чарли, глядевший на экран телескопа.
Аэла развернула атомолет и повела его на посадку. Над нитями рек, лесами несся могучий гром, сотрясая воздух. Далеко вперед били струи атомного пламени.
Атомолет промчался сквозь лес, оставляя широкую полосу поваленных и сожженных деревьев.
Резкий толчок бросил всех вперед. Аэла с ходу остановила атомолет, едва не врезавшись в толпу человекоподобных существ, внезапно появившихся на пути атомолета.
Существа были в зеркальных одеждах, отражавших свет. Ростом они немного уступали людям. Их глаза невозможно было видеть за огромными защитными очками. Снежно-белые волосы охватывали черные обручи. Такие обручи были на всех, – на мужчинах, на женщинах и на детях. Существа не проявляли ни малейшего страха перед атомолетом.
Астронавты вышли. Их окружила сверкающая толпа зеркальных людей. Рора протянула к ним руки. Те в ответ начали тихо покачиваться. Это были необычайно гибкие и стройные существа.
Астронавты пристально вглядывались в незнакомые лица. Губы жителей Троллы были нежны и мягки, в их очертаниях полностью отсутствовала воля. И главное – невозможно было отличить одно из этих существ от другого.
– Странно, все на одно лицо, – сказала Рора.
Чарли вынес из атомолета небольшой ящичек, открыл его и с помощью треугольников, углов и различных геометрических фигур тщетно пытался завязать с зеркальными людьми разговор на простейшем математическом языке.
Внезапно, как будто ветер тревоги прошел в толпе зеркальных людей, они один за другим стали уходить в глубину красных зарослей к озеру. Красная листва, отражаясь в их зеркальной одежде, казалась бегущим пламенем. Они уходили, но на их лицах не было и тени страха.
Зеркальных существ становилось все меньше и меньше. Только несколько человек осталось перед астронавтами. Снова как будто порыв тревожного ветра прошел в редкой толпе оставшихся.
Вдруг вдали над плоскогорьем возник темный смерч. Будто черный джин поднялся над чужим миром. Смерч поднимался, рос, тянулся к сиреневому небу. Астронавты смотрели на него, точно завороженные.
– В атомолет! – крикнул Гайденбург.
Когда закрылся тяжелый люк, он спросил у Роры:
– Что, по-вашему, все это значит?
– Не знаю. – Она смотрела на него расширенными глазами.
– А эти?
– Судя по строению черепа, это были чрезвычайно высокоразвитые интеллектуальные существа.
– Смотрите! – вскрикнула Аэла, указывая в иллюминатор.
Один из зеркальных людей отделился от толпы и направился прочь от озера в стеклянную пустыню, туда, где кружился чёрный смерч… Вот человек остановился, протянул к оставшимся руки, затем побежал вперед, путаясь в зеркальном плаще. На ходу он сорвал со своей головы черный обруч. Снежные волосы рассыпались.
Дальше произошло непонятное. Существо, точно слепое, закружилось на месте, беспорядочно размахивая руками. Оно на каждом шагу спотыкалось и падало. На лице его возникали и исчезали гримасы невыразимого ужаса. Казалось, оно мгновенно ослепло.
– Фред, разрешите мне выйти, – попросила Рора. – Это необходимо. Я биолог. Я должна понять, что все это значит.
– Нет!
Гайденбург схватил ее за руку. Стиснув зубы, он всматривался в экран локатора. Там возникло какое-то мутно-серое пятно.
Зеркальный человек метался, точно безумный, белые волосы развевались на горячем ветру. И вдруг его не стало. Черный смерч увлек его.
Зеркальные люди исчезли в свинцовых водах залива.
– Рора, ты в состоянии всему этому дать хоть какое-нибудь объяснение? – разворачивая атомолет, спросила Аэла.
– Нет. Это противоречит не только всем законам биологии, но и здравому смыслу.
Атомолет медленно двигался вдоль суровых гор, огненных лесов, слепяще-белых пустынь, усыпанных не то дробленым стеклом, не то измельченной пластмассой, странных тусклых озер. И везде, где поблизости была вода, из нее то появлялись, то исчезали человекоподобные существа. Они рылись в земле, отыскивая корнеплоды, безо всякого любопытства смотрели вслед атомолету и снова наклонялись к земле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
