— Пусти меня!
Я брыкалась, извивалась, пару раз укусила его за плечо.
— Пусти, хуже будет!
Ноль внимания на бедную несчастную меня — как шел куда-то со спокойным и даже умиротворенным выражением на лице, так и идет.
— Так. Ты хоть можешь сказать, куда ты меня тащишь?
— В гостевую комнату.
Ну наконец-то хоть какая-то реакция.
— А зачем?
— Хочу поговорить без свидетелей.
— А зачем тогда тащить меня на руках? Я вполне могу дойти сама.
— Мне так спокойнее. — И он так нежно мне улыбнулся, что защемило сердце. А по коже проскакали табуны мурашек.
Гм… я что, влюбляюсь? В василиска?! Бред.
— Ну вот мы и пришли.
Меня аккуратно, будто хрустальную вазу, положили на небольшой диванчик. После чего он пошел закрывать дверь на ключ. Я уже не возражала, с любопытством оглядываясь по сторонам. И тут… картина! Причем не какая-то, а та самая, изображение которой мне показал меняла. Я застыла, пожирая ее глазами и не в силах достать. Мышь тоже взглянул на то, что вызвало у меня такой интерес, и ошарашенно пискнул, изучая шедевр.
— Нравится?
Я вздрогнула, отводя взгляд от столь вожделенного полотна. На нем, кстати, было изображено море и небольшая лодка, взбирающаяся на огромную волну при свете всего одной устрашающе реальной молнии. Я молча кивнула.
— Люблю побаловаться красками на досуге, эта чем-то запала мне в душу, и я повесил ее здесь.
Смысл сказанного дошел не сразу. А когда дошел…
— Так ты что, сам рисуешь? — удивленно.
Он кивнул и сел рядом со мной. Мне почему-то стало жарко. Я старательно отодвинулась назад.
— А теперь, может, расскажешь — кто ты и почему так внезапно прошла твоя немота?
Мысленно я еще разок себя пнула. Нет, ну как не стыдно забывать элементарные вещи!
— Снова онемела? — полюбопытствовал он.
Я отрицательно тряхнула головой, все еще не зная, что сказать. Василиск сидел и спокойно ждал, когда я, наконец, вновь соизволю произнести пару фраз.
— Я… мы… ну…
Глубокие складки бороздили мой лоб, разыскивая проблески светлых идей.
— Понятно, — вежливо кивнул он, — а дальше?
— О-о…
Я огляделась по сторонам в поисках мыша и тут же его нашла. Сидя на раме, он небольшим ножичком аккуратно резал холст по краям, знаками прося отвлечь хозяина замка. Я в ужасе на него уставилась.
— Э-э-э…
Мужчина тяжело вздохнул и хотел было встать, но тут я все-таки выдала более или менее внятный ответ:
— Я — Кэт.
— Это первое разумное слово за наше с вами общение. — Он сел обратно.
— А… тебя как зовут?
Он удивленно приподнял брови, я с трудом сообразила, что, явившись в этот замок, могла бы хоть поинтересоваться — как зовут его владельца.
— У меня память на имена короткая, — старательно покраснела я, краем глаза наблюдая, как мышь ползает по холсту уже вверх ногами. Волна собралась гармошкой, а лодочка безнадежно утонула в складках.
— Мое имя ни для кого не секрет. Я — граф Дрейк Василевский. Для друзей — просто Дрейк.
Сзади раздался жуткий треск — мышь полз вниз, пока картина рвалась вдоль вертикальных сторон рамы.
Дрейк удивленно обернулся, но я вовремя закрыла ладошками ему глаза, лихорадочно соображая, что делать дальше. Мышь мучительно отпиливал последний, нижний край полотна.
Дрейк замер, не делая попыток убрать со своего лица мои руки.
— И что все это означает?
— Э-э-э, понимаешь, мышь готовит тебе сюрприз: подарок на день рождения от нас двоих. И… он пока еще не закончил, так что тебе смотреть пока нельзя.
Мышь удивленно на меня покосился, а потом рывком оторвал картину полностью. Пустая рама не выдержала и рухнула на пол, припечатав Пыха к полу.
— Ты уверена, что с ним все в порядке? — тихо спросил граф.
Я старательно вытягивала шею, мне это тоже было интересно.
Но тут край рамы зашевелился и из-под него выполз жутко недовольный мышь, рывком вытащил сильно помятый, с неровными краями, холст и, взмахнув крыльями, вылетел в распахнутое окно.
Так, а как же я?!
— Он уже закончил? — От неожиданности я вздрогнула. У него был такой голос, будто он уже давно и прочно обо всем догадался.
Пора удирать.
— Почти, но мне надо будет кое в чем ему помочь. Ты не мог бы пока не открывать глаза? — наивно поинтересовалась я.
Дрейк улыбнулся и молча разжал мои руки, при этом задержав их в своих ладонях. Посмотрел на пустую стену, валяющуюся на полу раму. И сжал мои руки сильнее. Я поморщилась.
— Ты могла бы просто попросить.
Он вновь повернулся ко мне, но теперь его глаза не просто светились — они пылали, отсвечивая всеми гранями драгоценностей. Еще чуть-чуть, и меня ничто уже не спасет. Василиски убивают взглядом.
Ногой в челюсть, рывком вырвать кисти из стального захвата и рвануть к окну.
Он этого не ожидал, это плюс.
Вскочила на подоконник, и тут сзади что-то вспыхнуло. Инстинктивно уворачиваюсь, свет падает на зазевавшуюся неподалеку муху. Насекомое тут же падает кверху брюшком. Некогда смотреть, прыгаю вниз.
Земля встречает довольно жестко. Кувырок, перекатиться через бок, подняться и рвануть к стене, умудряясь двигаться зигзагами, словно вконец окосевший заяц. Лучи света падают то справа то слева, я его явно сильно разозлила. Ничего, переживет.
Стена, рядом! Прыгнуть и вонзить в крошащийся камень выпущенные наружу когти.
Прыжок, подтянуться, еще прыжок. Камень крошится под когтями рук. Выше, край стены. Подтянуться и, уже перепрыгивая через него, обернуться в последний раз. Зря.
Он бежит следом, уже совсем близко. Ловлю его взгляд. Почему же он не убивает меня? Вспышка, яркий приятный свет. И я не спрыгиваю, а падаю на такую далекую землю.
Сознание возвращалось медленно и как бы нехотя. В голове плавало туманное варево мыслей, без признаков начала и конца. Я вздрогнула и села, шаря руками по сторонам в поисках мыша и пытаясь вспомнить недавние события. Вспоминалось с трудом. Хотя бы потому, что последнее, что стоит перед глазами, — глаза Дрейка и яркий теплый свет, погружающий в сон. Кажется, я куда-то летела. Ах да, я же упала со стены. Наверное, по всему телу куча синяков и переломов. Осторожно шевелюсь, все еще не рискуя открыть глаз и ожидая взрывов боли в ногах или руках. Но ничего так и не почувствовала. Странно.
— Ты собираешься глаза открывать? Или так и будешь сидеть зажмурившись?
Этот вредный голос я бы узнала из миллиона. Осторожно приоткрыв глаза, я узрела сидящего неподалеку, на роскошной кровати, собственно, мыша. Он гордо восседал на подушке и укоризненно на меня смотрел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
