Читаем без скачивания Акция прикрытия - Данил Корецкий

— Ладно, понял.

Дело упрощалось. Правда, остаются еще трое: тот, кто допрашивал, присутствовавший при процедуре Бобриков и машинистка… Бобриков его выдвиженец, преданнейший человек, прапорщик Кирей — тупое, мало что понимающее животное, машинистка — она машинистка и есть… И все же никого нельзя сбрасывать со счетов. Другое дело — уничтожить кассету да аккуратно переделать протокол: все вроде то же самое, но смысловой оттенок другой — обычный при передозировке бред.

Да, так лучше всего. Исполнить руками Бобрикова — тот старательный, особенно когда помогает сам себе. А благополучие Дронова — залог благополучия майора, и он это прекрасно понимает.

Полковник пришел в хорошее настроение. О бредовых вымыслах руководству не докладывают и мер по ним не принимают.

Информацию, если, конечно, это серьезная информация, утаить очень трудно, куда труднее, чем скрыть труп ее носителя. «Знают двое — знает свинья», — говаривал шеф гестапо Мюллер и был совершенно прав. Профессиональным хранителям секретов известна и другая присказка: «Лучший способ не проболтаться — ничего не знать». В ней действительно заключена абсолютная истина.

Но человек — общественное животное, к тому же весьма далекое от совершенства. Для того чтобы есть, пить, спариваться, ему нужны другие особи своего вида, причем в ходе общения он склонен пробалтываться, хвастать, многозначительно намекать, изливать душу и иными способами выдавать доверенную тайну.

Информацию можно продать, обменять, украсть, отнять, перехватить, и существуют специальные службы, которые только этим и занимаются, плюс орды полупрофессионалов и откровенных дилетантов, желающих погреть руки на ходовом товаре. Ведь информация, особенно скрываемая, нужна всем: обманутым мужьям и ревнивым любовникам, коммерсантам и банкирам, сыщикам и бандитам, мощнейшим корпорациям и правительствам. Заинтересованные лица готовы платить за нее любые деньги, оказывать всевозможные услуги, идти на уступки, убивать, награждать орденами, способствовать карьере…

Поэтому ведомственные, личные, военные, экономические и политические секреты активно циркулируют по невидимым, опоясывающим весь мир каналам, пронизывающим бронированные сейфы, экранированные линии спецсвязи, двойные и тройные барьеры охранной сигнализации и государственные границы.

Информация — основа власти. «Кто владеет информацией — тот владеет ситуацией». Начальник личной охраны Президента России генерал Коржов любил эту поговорку и старался действовать в соответствии с ней. Охрана Президента — дело чрезвычайной важности. Конечно, и охрана государственных границ федерации, и поддержание боеспособности армии, и обеспечение государственной безопасности — тоже очень важные дела, но они достаточно абстрактные.

Кто, например, пострадает, если три вооруженных нарушителя проникнут из Азербайджана на российскую территорию? Или если целые части и подразделения вооруженных сил погрязнут в пьянстве, хулиганстве и воровстве? Или если завербованный иноразведкой негодяй продаст технологию радаров, обнаруживающих самолет-невидимку «стелс»? Вряд ли можно вот так, сразу, ответить на этот вопрос. А вот если замаскированный снайпер откроет огонь по президентскому автомобилю, или во время встречи с народом к главе государства подкрадется маньяк с ножом, или террористы установят мины на трассе движения президентского кортежа… Тут сразу понятно, кто может потерпеть ущерб. И в первую очередь это ясно самому Президенту. Поэтому генерал Коржов находил у Хозяина полную поддержку всем своим начинаниям.

Основной способ добывания информации — оперативная работа: наружное наблюдение, внутренний контроль, аудио- и видеофиксация, прослушивание телефонов и перлюстрация почтовых отправлений и тому подобные штуки, дающие инициатору разработки девяносто пять процентов необходимых сведений. В былые коммунистические времена оперработу вели всего два ведомства: МВД и КГБ. И министерство, осуществляющее борьбу с преступностью, не могло даже сравниться по возможностям со своим «старшим братом». Оснащенный закупленной через посредников современной зарубежной спецаппаратурой, укомплектованный сытыми, одетыми и обутыми, имеющими жилплощадь специалистами, Комитет госбезопасности поставлял в ЦК, Политбюро и лично Генеральному секретарю самые убойные данные внешней и внутренней разведки.

КГБ являлся монополистом на секретную информацию. По мере необходимости главные управления, управления, отделы и территориальные органы делились ею между собой, но за пределы «конторы» собранные сведения не выходили. Да в этом и не возникало необходимости: все службы, обеспечивающие государственную безопасность, были собраны под одной крышей. Закордонную разведку осуществлял Первый главк, а внутреннюю — Второй, контрразведывательную работу в Вооруженных Силах вел Третий, правительственную связь обеспечивало Восьмое управление, а безопасность важнейших научно-технических объектов — одиннадцатый отдел… И если где-нибудь — в штабных помещения Пентагона, в московских кабинетах, на атомной подводной лодке или обратной стороне Луны — обнаруживалась тень опасности для политического и государственного руководства страны, немедленно уведомлялось Девятое управление, занимающееся физической защитой первых лиц.

Но когда комитетского монстра, якобы для блага демократии, разрубили на куски, положение резко изменилось. Первое главное управление превратилось в самостоятельную Службу внешней разведки и работало теперь само на себя, так же как самостоятельные Федеральная пограничная служба, Агентство правительственной связи и информации, другие подразделения… «Девятка» трансформировалась в Главное управление охраны и уже не подпитывалась в обязательном порядке оперативной информацией родственных служб. Конечно, взаимодействия никто не отменял, но если отдел по борьбе с терроризмом Министерства безопасности пронюхает о готовящемся заговоре против Папы, то разве Борисов станет делить лавры с Коржовым? Ясное дело, нет! Сам и реализует материалы, покажет свою нужность и полезность да вместе со Степашкиным отличится перед Президентом!

Коржова такое положение не устраивало. Он, как и положено, «наращивал мускулы» своей службы: довел численность личного состава до пятидесяти тысяч, убедил Президента подчинить главку охраны отдельный кремлевский полк, затем бывшие комитетские силовые суперподразделения «Альфа» и «Вымпел», собирался прибрать к рукам тяжелую технику: танковую роту и эскадрилью боевых вертолетов — не помешает в случае чего…

Много задумок имелось у Коржова, и все они преследовали конкретную цель: до предела расширить собственные полномочия и увеличить силовые возможности, подмяв под себя другие спецслужбы. Первые шаги в этом направлении были успешными — первоначально личная охрана Президента входила в состав Главного управления охраны, которым командует генерал-лейтенант Борецков, но фактически Коржов начальнику ГУО никогда не подчинялся, а потом добился и юридического отделения. Пусть себе Борецков обеспечивает безопасность депутатов, министров, членов Конституционного суда, у него и так работы хватает… Охрана Первого лица — дело гораздо более тонкое, сложное и индивидуальное. Депутатов вон сколько! За всеми не уследишь, то одного убьют, то другого… Ничего страшного не происходит, новых выбрали — и дело с концом! А Президент один… Единственный и незаменимый. Символ государственности, гарант Конституции, надежда и опора каждого российского гражданина, где бы он ни находился… Так считает генерал-лейтенант Коржов, и Президент с ним полностью согласен.

А когда разногласий нет и своя рука — владыка, тогда любой вопрос решить проще простого. Особенно если выбрать подходящий момент. Вот и пожаловался как-то Коржов после теннисной схватки:

— Тычемся мы, как слепые котята, ни глаз, ни ушей не имеем, должны на МВД и МБ надеяться: вдруг они сподобятся про угрозу вашей персоне сообщить… А если не сподобятся? Как они работают — известно… Или не захотят сподобиться? Такие случаи тоже бывали…

Они сидели на веранде. Разгоряченный игрой и распаренный душем Президент пребывал в добродушном настроении: главный телохранитель гонял его не слишком сильно, но создал полное впечатление настоящего спортивного поединка и проиграл правдоподобно, без явных подставок, не то что некоторые министры с холуйскими замашками, вызывающие только раздражение.

— За чем же дело стало? — прогудел Президент низким голосом и отхлебнул из высокой хрустальной кружки светло-золотистый «Гессер». — Предлагай!

— Закон поправить надо. — Коржов, преодолевая себя, тоже сделал большой глоток. Он терпеть не мог пива, и многолетние попытки приучиться почти не давали результата. — Чтобы мы сами могли вести разведку… Маньяков всяких выявлять, террористов. Сами. Ни от кого не зависеть, никому не доверяться…