– Когда Господь освящает жениха и невесту в церковном таинстве, уже никто не назовет это «пустым крючкотворством» и формальностью. А если этого нет, то остается одна печать в паспорте. Я вообще слышала по радио, что гражданский брак – то же самое, что блуд.
– Эта «широко известная в узких кругах» точка зрения насквозь ошибочна – как по догматическим соображениям, так и по историческим, так и по практическим. Разумеется, церковный брак отличается от гражданского, но не это отличие сообщает браку его смысл и существо. Если жених и невеста исповедуют православие, они идут в храм и над ними совершается таинство бракосочетания. Если они от него преднамеренно уклоняются, значит, совесть их нечиста и они совершают грех. Но если в брак вступают, например, двое мусульман – что же, это развратная связь? (А ведь иные договариваются и до такого.)
И если уж на то пошло, то разве нет у нас полуверов, маловеров и суеверов, которые приходят к святому алтарю ради таинства брака, усматривая в нем такую же, если не худшую, формальность, что и в гражданской процедуре? Которые венчаются «на счастье», «на всякий случай», «для красоты», «от порчи», «от сглаза» или просто потому, что «так принято»? Господь предлагает им благодать в Своем таинстве, но они не принимают ее; таинство для них недейственно, и вместо брака им остается одно только «пустое крючкотворство» – что и обнаружится со всей ясностью где-то через год-полтора.
Как настоящая любовь одна, так и настоящий брак один, хотя заключен он может быть по-разному: перед церковным алтарем, или служителем другой конфессии, или представителем гражданской власти. Посмотрим, что сказано по этому поводу в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви»:
«В период христианизации Римской империи законность браку по-прежнему сообщала гражданская регистрация. Освящая супружеские союзы молитвой и благословением, Церковь тем не менее признавала действительность брака, заключенного в гражданском порядке, в тех случаях, когда церковный брак был невозможен, и не подвергала супругов каноническим прещениям. Такой же практики придерживается в настоящее время Русская Православная Церковь. При этом она не может одобрять и благословлять супружеские союзы, которые заключаются хотя и в соответствии с действующим гражданским законодательством, но с нарушением канонических предписаний (например, четвертый и последующие браки, браки в недозволительных степенях кровного или духовного родства).
Согласно 74-й новелле Юстиниана (538 год), законный брак мог заключаться как экдиком (церковным нотариусом), так и священником. Подобное правило содержалось в эклоге императора Льва III и его сына Константина V (740 год), а также в законе Василия I (879 год). Важнейшим условием брака оставалось взаимное согласие мужчины и женщины, подтвержденное перед свидетелями. Церковь не выражала протестов против такой практики. Лишь с 893 года, согласно 89-й новелле императора Льва VI, свободным лицам было вменено в обязанность заключать брак по церковному обряду, а в 1095 году император Алексий Комнин распространил это правило и на рабов. Введение обязательного бракосочетания по церковному обряду (IX–XI века) обозначало, что решением государственной власти все правовое регулирование брачных отношений передавалось исключительно в юрисдикцию Церкви. Впрочем, повсеместное введение этой практики не следует воспринимать как установление Таинства Брака, которое искони существовало в Церкви.
Порядок, установленный в Византии, был усвоен и в России по отношению к лицам православного вероисповедания. Однако с принятием Декрета об отделении Церкви от государства (1918 год) бракосочетание по церковному чину лишилось юридической силы; формально верующим предоставлялось право принимать церковное благословение после регистрации брака в государственных органах. Однако на протяжении длительного периода государственного преследования религии совершение торжественного венчания в церкви фактически оставалось крайне затруднительным и опасным.
Священный Синод Русской Православной Церкви 28 декабря 1998 года с сожалением отметил, что «некоторые духовники объявляют незаконным гражданский брак или требуют расторжения брака между супругами, прожившими много лет вместе, но в силу тех или иных обстоятельств не совершившими венчание в храме… Некоторые пастыри-духовники не допускают к причастию лиц, живущих в «невенчанном» браке, отождествляя таковой брак с блудом». В принятом Синодом определении указано:
«Настаивая на необходимости церковного брака, напомнить пастырям о том, что Православная Церковь с уважением относится к гражданскому браку».– У нас скоро свадьба. Сразу после венчания мы хотели бы уехать вдвоем на пару недель, но наши родители настаивают на широкой свадьбе с лимузином, шампанским и рестораном – «чтобы не хуже, чем у людей…» Должны ли мы с ними согласиться?
– Ни в коем случае – при условии, что между вами двоими есть полное единодушие. «Широкие» свадьбы с обжорством и пьянкой, где главная задача – «не ударить лицом в грязь» (за вычетом тех, кто, нагрузившись алкоголем, совершает это в буквальном смысле), относятся к числу самых скверных предрассудков, связанных с браком. И православные верующие, конечно, обязаны противостоять этому безумию, особенно когда речь идет о их собственном бракосочетании.
Характерна и другая ситуация, когда «широкая» свадьба становится поперек дороги молодоженам в их новой жизни. Это бывает, когда средства у них ограничены, а тщеславие и ложно понятые «правила приличия» требуют огромных затрат. Доходит до того, что сам брак откладывается, становясь заложником ресторана и лимузина…
Молодежь должна знать: расходы, необходимые для бракосочетания, – это цена трамвайных билетов до ЗАГСа и церкви плюс гербовый сбор за регистрацию в ЗАГСе. Никакие «платы» за совершение таинства венчания (в отличие от добровольного пожертвования) недопустимы.
Итак, когда речь заходит о «широкой» свадьбе, сиречь о пьянке или непомерных расходах, каждый из вас двоих должен согласиться на желание другого, а вместе – на пастырский совет священника. Надо держаться спокойно, вежливо, но твердо и даже не без юмора. Например, сказать так:
– Дорогие родственники и друзья! Мы вас очень любим и благодарим за ваше желание принять участие в нашем празднике. Если хотите нас навестить, милости просим в любой удобный день после нашего возвращения. Если хотите что-нибудь нам подарить, примем с благодарностью. Если желаете материально поддержать ресторан, просто отдайте туда нужную сумму. Если же хотите, чтобы потратились мы, то скажите, сколько мы вам должны: мы заработаем и отдадим…
– Принято считать, что широкая свадьба – это пьянка. Но пьянкой она становится только для пьяниц… Да и можно ли нарушить заповедь Божью, которая гласит: «Почитай отца своего и мать свою…» Ведь родственники жениха и невесты только на свадьбе зачастую и знакомятся друг с другом.
– Ваше высказывание относится к христианскому образу жизни и отношений между поколениями, в то время как некоторые молодожены не имеют христианского наследия и вынуждены самостоятельно устраивать свою жизнь на христианских началах, в противостоянии антихристианским обычаям и предрассудкам, среди которых пьянство занимает одно из ведущих мест… Почитать родителей нужно всегда, но вот следовать их планам и указаниям, к сожалению, стоит не всегда.
Что же касается знакомства родственников друг с другом, то именно в христианской среде, где молодые, готовясь к браку, опираются на совет и благословение родителей, они могут близко познакомиться и подружиться задолго до свадьбы.
– Очевидно, что люди не всегда годятся друг другу в мужья и жены. Но что же делать, если несовместимость обнаружилась уже после свадьбы?! Пускай остаются вместе, как два раба, прикованные к банке на галере?..
– Ваше сравнение с рабами-галерниками очень характерно: рабы в принципе не могли вступить в брак (хотя имели сожительниц, рожавших от них детей), поскольку брак – это акт свободной воли мужа и жены. Несовместимость – понятие весьма размытое и обманчивое. Как часто этим словом прикрывают собственную злобу, эгоизм и глупость!.. Есть, конечно, объективные факторы, препятствующие браку, но для того и знакомятся люди друг с другом, чтобы выявить их заранее и не совершить ошибки.
Но что поделать, если брак состоялся? В самом ли деле несчастные супруги уподобляются рабам, скованным одной цепью, или обрекают себя на убийство семьи – развод? Ждет их, так или иначе, роковая расплата за ошибку или в браке им удается достичь победы над призраком «несовместимости»?
Ответ для многих неочевиден… А между тем жизнь с полной ясностью доказывает последнее. Причем физические различия, даже те, которые относятся к интимной сфере и кажутся наиболее существенными, легко преодолеваются за счет навыков супружеской жизни, как подтвердят специалисты по гигиене брака.
