Читаем без скачивания Вологжанка - Татьяна Боровенская

В Рикасихе разрастались лагеря с «врагами народа», открыли для них лазарет, так как нечеловеческий, рабский труд, косил людей десятками, свирепствовала цинга и дистрофия. Бесплатная рабочая сила прорубала просеки и строила дорогу к Молотовску. В зоне лагерного отделения были свои мастерские, где самые слабые и пожилые люди шили, ремонтировали одежду и обувь, изготовливали всякий ширпотреб для насущных нужд. Заключенных хоронили в двух километрах от деревни, большей частью в общей безымянной могиле.

С началом весны, решили уехать к Шуре. Она вышла замуж за Ивана и у него была комната на улице Беломорская. Перебравшись на новое место, отец нашёл работу по ремонту и мощению деревянных мостовых, так как город находился на огромном болоте.

Муж Шуры, Иван, добрый и спокойный человек, работал водителем на машине скорой помощи и вошёл в трудное положение, и в комнате четырнадцать квадратных метров прибавилось, кроме молодожёнов, ещё девять человек.

Василий повзрослел. Ему уже исполнилось семнадцать лет.

– Отец, – сказал он, – дядя Фёдор приглашает меня на работу, он устроился на пароход «Крылов» матросом, что курсирует Вологда – Тотьма, там кормят, и деньги платят. Николай задумался.

– Что же, будешь с дядей, он хоть и балабол, но проныра, бросил всё-таки свой колхоз и тоже ушёл, а кому же он теперь речи пламенные о светлом будущем и коммунизме говорить будет? И как ему удалось из деревни уйти? Но благодаря ему нас не раскулачили, мы середняки были, но в то время загребали и кулаков, и середняков. Хорошее хозяйство у нас было крепкое, спасибо ему, прикрывал нас, как мог, а то были бы в лагере «врагов народа» сейчас, а ребятишки наши в детдоме. Сам думай, сын, я не против твоего решения.

Василий улыбнулся, собрался, тепло простился со своей многочисленной семьёй. Мать плакала горькими слезами, защемило её сердце, долго она не отпускала сына.

– Ну что ты так расстраиваешься? Рано или поздно, дети от нас уходят, не на войну он идёт, будет работать с Федорёнком, он же мой брат, – успокаивал её муж

Василий тоже не сдержался и тихо вытер скупые слёзы. Сильно он был привязан к семье и сросся со всеми.

Райка, которой исполнилось четырнадцать с половиной лет, воскликнула:

– Я тоже пойду работать, Шура мне сказала, что люди требуются в порт. Сколько мы можем жить впроголодь? Там и деньги платят, и карточки на обед обещают давать на еду и воду, да и вам легче будет.

Солнце не слишком щедро одаривает теплом Архангельский край. В сентябре вроде бы и светит ярко, да только не даёт настоящего жара, лишь в некоторые недели вдруг полыхнёт, как будто извиняется за скупость. Седая Арктика тут как тут, вдруг проснётся и задует своим ледяным дыханием, показывая, кто здесь хозяйка на самом деле.

Рая с подругой Кларой Опоковой, которой исполнилось 16 лет, стройной, темноволосой, с зелёными глазами и вздернутым носиком, пошли в порт в отдел кадров.

Они старались казаться взрослыми, нарядились в самое лучшее. Александра дала сестре своё платье, шубку, муфту и сказала к кому обратиться.

Клара, как только подошла к конторе, достала помаду и зеркальце и быстро накрасила губы.

– Возьми, – сказала она подруге, – и ты накрась, помада в тон нашим красным беретам.

– Не буду, я никогда не красилась.

– Мы городские и взрослые, идём на работу устраиваться, так что бери и намажь губы помадой, – приказала Клара.

Рая вздохнула и неумело кое-как накрасила губы.

Девушки отыскали контору и вошли прямо к начальнику.

– Кем же вы хотите работать в порту? – Спросил с улыбкой мужчина, лет сорока с очень усталыми глазами, разгладив свои густые усы.

Смелая Райка ответила:

– Лебёдчиками!

Мужчина, которого звали Алексей Иванович, хохотнул и произнёс:

– Ну и ну! Прямо на корабли я вас так и пустил! К нам иностранные суда бывает, приходят. Хотите, чтобы вас заграницу увезли, а меня посадили, как «врага народа»? Нет! А вот поработайте сначала операторами на телефонной станции, поучите английский язык и месяца через три, может, переведу вас приёмопередатчиками. Мы начали строить четвертый и пятый причал, вот ты самая шустрая туда и пойдёшь. Остова уже вбили, настил бросили, а подругу можно на третий, или иди ко мне секретарём, а то одолели меня эти и бумажки, надо всё в порядок привезти и вовремя отвечать на них, а времени нет, хоть ночью сиди!

Рая обрадовалась и спросила:

– А когда выходить?

– Да хоть завтра, утром придёшь оформляться с документами, можешь сходить в пятый трюм, найдёшь Толика – он на кране, всё и объяснит, будете с ним в паре работать, а Мария, твоя сменщица тебе под расписку товары сдаст.

В основном твоя работа бумажная – получаешь грузы, должна все чётко зафиксировать и сдать сменщице. Анатолий краном потом перемещает ящики из трюма и ставит на палубу, а дальше, уже другой кран доставляет на берег, правда кранов не хватает, спасаемся только пока ручным трудом грузчиков.

Так что вы с Толей будете отвечать за содержимое в трюме, он за сохранность ящиков, а ты за товары, поняла? Сейчас, я выпишу пропуск для Паши Ободовко, скажите, что идете знакомиться с будущей работой. Подойдите ко второму причалу, там работает Паня Яголенкова или можно Марину Кокорину из первого трюма, она как раз в пятом трюме помогает, запарка у нас, не хватает людей.

Поспрашивайте, они вам лучше на месте объяснят и покажут, что надо делать.

И последнее. Здесь строго, учтите ремонтная военно-морская база, тоже тут, не только торговые корабли заходят, должна быть дисциплина и серьезное отношение к делу, так что осваивайте профессию, работы много.

Да будьте поосторожней, заключенные работают на ручной разгрузке у кораблей, близко к ним не подходить и одеваться по-рабочему, понятно? Есть вопросы?

– Всё ясно, спасибо! – Ответила довольная Рая.

Девушки вышли на улицу. Белые кудряшки облаков проплывали в чистом сероватом небе. Казалось, судьба улыбалась им.

– Что ты решила? – Спросила Рая у подруги.

Клара задумалась, затем ответила:

– Не знаю ещё, секретарём тоже хорошо, спокойнее, хоть и платить будут меньше. Пойдём, познакомимся с Анатолием, поговорим с этими женщинами, что он сказал, а там и решу.

Девушки подошли к проходной порта и увидели на вахте пожилую женщину, обмотанную платком на пояснице. Рая, показав ей пропуск, с нескрываемой радостью объявила, что завтра она выйдет на работу оператором на телефонную станцию, а затем, через три месяца приёмопередатчиком.

Тётя Паша грустно глянула на неё и спросила:

– А лет – то тебе сколько?

– Будет пятнадцать скоро! – Гордо ответила Рая.

Вахтёрша сочувственно посмотрела, вздохнув, пропустила девушек.

Они прошли на территорию и увидели огромный корабль более ста метров, вокруг которого как муравьи сновали люди. Длинная цепочка грузчиков, человек двести с тачками тянулась к складу и грузовикам. Одни тачки были огромные, впереди их тянуло двое мужчин, третий толкал сзади, были тачки и чуть меньше, тогда её вёз один человек.

Слева от кормы, работала широкая транспортная лента, на неё женщины заключённые грузили апатит, который попадал в трюм. Рая немного оробела, а Клара вообще чувствовала страх. Они отошли на безопасное расстояние от женщин на ленте, но те увидели их и начали насмехаться:

– Что испугались, да мы зэчки из Одессы! А ну подойдите поближе, мокрощёлки наряженные!

Девушки быстро пробежали к кораблю и дежурному возле него, предъявили записку начальника отдела кадров, рассказав, что хотят познакомиться с будущей работой, они спросили Марину Кокорину и Анатолия.

Дежурный пропустил их на палубу. Марина выбралась из трюма и познакомилась с девушками.

– Вот хорошо, а то несколько суток здесь нахожусь, у меня двое малолетних детей одни дома брошены, хорошо соседка присматривает. Выходи поскорее, но три месяца больно долго, если конечно дадут сменщицу, я подожду!

– А где предыдущая сменщица? – Спросила девушка

– Так посадили! Нина, звали её, платья и часы стащила. Муж туберкулёзник при смерти, да двое маленьких детей. Нуждалась очень. Обыск дома сделали и нашли всё. Теперь на лесозаготовке в лагере будет горбить лет пять, а ребятишек в детский дом.

Рая погрустнела.

– А вот и Анатолий! – Сказала Марина.

– Здорово, малышка, так с тобой в паре будем работать? Сколько же лет тебе, что-то уж ты мала ростом! – Произнёс он, глядя на неё с доброй улыбкой.

Высокий, светловолосый, худой паренёк лет семнадцати смотрел покровительственно.

– Будет пятнадцать, скоро! Я не малышка, если что, так двину, мало не покажется, – смело воскликнула Рая.

– Ты что с Вологды? Там боевые девчата! Значит сработаемся! Рая вернулась домой и гордо закричала матери с порога