Агиар никогда ничего не просил у богов, но сегодня…
«О, Адан Великий! Первородный, чьи крылья белее снега на вершинах гор! Верни мне мою женщину! Она слишком юна, чтобы покинуть мир! Клянусь, я позабочусь о ней и постараюсь стать ей хорошим мужем…».
Дальше, на его счастье, Орфес наобещать не успел, потому что кое-что произошло…
Девушка вздрогнула и тихонько застонала.
— Магистр! — зарычал Агиар.
— Этого не может быть… — растерянно пробормотал Арбери, но тут же взял себя в руки и приказал герцогу: — Прочь от кровати! Немедленно!
Это было непозволительное хамство, вопиющая бестактность, но сейчас Орфес простил бы Теву еще и не то.
Целитель действовал четко, быстро и крайне осторожно. Он подпитывал магией самые важные для жизни центры и трудился на совесть. Герцог отошел, чтобы вновь наполнить бокал Арбери. Малость, но ему необходимо было почувствовать себя полезным, и просто занять руки.
На этот раз все случилось довольно быстро. Тев уже мыл руки, а Дора держала полотенце, чтобы подать ему в нужный момент, когда Агиар обернулся. Он не проронил ни слова, ни о чем не спросил только потому, что боялся ответа. Однако, магистр все понял сам.
— Чудеса продолжаются, лорд ректор, — усмехнулся он. — Уверен, что ваша жена проживет долгую и, надеюсь, счастливую жизнь.
На этом месте пожилой целитель усмехнулся, лукаво подмигнул герцогу, тщательно вытер руки и принял бокал. Герцог незаметно выдохнул.
— Благодарю вас, магистр, — искренне произнес он. — Рекомендации будут?
— Леди Тасия спит и, как я полагаю, до утра не проснется. Лучше, чтобы с ней оставался тот, кого девушка знает. Кроме этого, ей после пробуждения понадобится укрепляющее питье. Рецепт я оставлю, — магистр Арбери раскрыл свой саквояж и принялся что-то в нем искать. — Кстати, поскольку мы имеем дело с чудом, то завтра я бы хотел навестить болезную. Как очнется, тут же пошлите за мной!
— Буду рад вашему визиту, — кивнул Орфес. — Позвольте пригласить вас разделить со мной поздний ужин.
— Благодарю, — улыбнулся старик и протянул листок. — Я, пожалуй, воздержусь. Моя жена прекрасно готовит, ждет дома и очень не любит, когда мне приходится есть в иных местах, лорд ректор. Вот, передайте состав вашему повару, и пусть он немедленно начинает его готовить, ибо настаиваться питье должно не менее четырех часов.
— Тогда позвольте еще раз поблагодарить вас, — произнес герцог, принимая рецепт.
Целитель откланялся и направился к двери, но не дошел. Арбери вдруг резко обернулся и посмотрел на Орфеса.
— Мне необходимо кое-что вам сказать, лорд Агиар. — Старичок посмотрел на Дору и дворецкого и добавил: — Наедине.
— Оставьте нас! — тут же отреагировал хозяин. — И, Льюп, передайте указания магистра мэтру Бору. А вы, Дора, пришлите сюда через несколько минут кого-нибудь из служанок леди и проконтролируйте, чтобы питье было подано вовремя и горячим.
— Да, ваша светлость! — слуги поклонились и вышли.
Только после этого Орфес вопросительно посмотрел на целителя. Тот смущенно улыбался, словно речь должна пойти о чем-то пикантном или интимном.
— Дело деликатного свойства, лорд ректор. Прошу простить старика, если мои слова покажутся вам обидными или каким-то образом заденут, но…
— Говорите! — прервал его Агиар. Признаться, Арбери так долго подбирал слова, что арс сам начал нервничать.
— Ну, как бы… — целитель тоже волновался.
— Говорите, — повторил герцог, но уже несколько мягче.
— Дар вашей жены пробудился, раз мне удалось его почувствовать. И теперь, боюсь, вам нельзя тянуть с консуммацией, потому что одним создателям известно, к каким последствиям может привести промедление. Поверьте, какими бы они ни были, это так или иначе пагубно повлияет на здоровье девушки. Вы понимаете, о чем я толкую?
Ха! Понимал ли Орфес? О, да! Даже пару раз представлял в подробностях, способных смутить самого искушенного, чего уж там. Но вслух просто заверил целителя:
— Вполне отчетливо, магистр. О каком периоде времени идет речь?
— День. Максимум два, — ответил Арбери, а потом вдруг похлопал герцога по плечу, как старинного знакомого, и не без улыбки произнес: — Решайтесь, мой мальчик. Я уверен, что свершится сие на пользу и к общему благу, ведь не зря же создатели вмешались и вернули вам супругу. Не провожайте меня, я прекрасно помню дорогу к магическому пути.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Старичок юркнул за дверь и бодрым шагом направился вдоль по коридору, пока сам хозяин растерянно молчал. Надо же! «Мой мальчик»! Даже Кларис, являясь его матерью, крайне редко позволяла себе такие фамильярности! Ох уж эти люди… Ни такта, ни выдержки!
И что означает «создатели вернули»? Адан внял его молитве и оживил леди Тасию? Главное, она жива. А когда придет в себя, все можно будет узнать из первых уст, хотя разговор с кормилицей он откладывать не собирался.
Агиар посмотрел на спящую жену, почему-то улыбнулся и покинул спальню, едва не столкнувшись в дверях со служанкой, спешащей к своей госпоже.
Значит, консуммация завтра. Однако! Пожалуй, Орфесу впервые требовалось настроиться самому, чтобы уложить даму в постель. Воистину, пути богов неисповедимы.
Кормилица Тасии, госпожа Фрида
Глава 5–1
Глава 5
Однако, планам не суждено было сбыться.
Леди Тасия не проснулась ни утром, ни днем, ни вечером. Орфес заходил несколько раз, но заставал лишь служанку, сидящую около кровати госпожи. А вечером так и вообще всех девиц сменила кормилица. Ее арс выносил с трудом. Один визгливый голос чего стоил! Скорее всего, это «дракон в юбке» научила свою воспитанницу так визжать.
К слову, разговор с Фридой ничего не дал. Фальшь, когда смотрел в глаза собеседнику, Орфес чувствовал почти всегда. Конечно, свои коррективы могла внести более сильная магия, но его мрак учуял бы и ее. Нет, кормилица не лгала. Она сама была напугана и искренне переживала за леди Тасию так, словно пострадало ее собственное дитя.
Больше свидетелей герцог не смог отыскать. Хотя, слова о ветре, якобы разговаривающем с его женой, насторожили и взволновали. Магия определенно была… Только почему же он не чувствовал ее отголосков? Странно. В этом стоило разобраться, но помочь могла лишь супруга. Значит, придется ждать. Тем более, после допроса, обиженная недоверием кормилица выставила Орфеса из опочивальни жены.
Вопиющая наглость! Настолько неприкрытое нарушение всех норм поведения, что герцог растерялся и вынужденно отступил.
Однако, время шло, но ничего не происходило.
Спустя сутки, поутру в замке вновь появился магистр Арбери. И хотя бы он нашел управу на тощую старушку, которая оберегала покой принцессы лучше, чем сказочный дракон свое сокровище.
— Идите, дорогуша! — безапелляционно заявил целитель. — Сейчас вы ей ничем не поможете, а нам только помешаете.
— Но… — кормилица пыталась сопротивляться.
— Идите!
Против такой категоричности аргументов у нее не нашлось, и «дракон в юбке» ретировался, покинув спальню. Герцог незаметно с облегчением выдохнул. Однако, почти сразу вновь напрягся, заметив сосредоточенность Тева.
Леди Тасия и правда выглядела бледнее, чем обычно. Ее фарфоровая кожа стала почти прозрачной. И сквозь нее просвечивали тонкие синие жилки, которые были особенно отчетливо заметны на фоне молочной белизны. Под глазами залегли тени, а дышала девушка настолько тихо, что казалось, будто и не дышит вовсе.
Лекарь отстранился. Достал из кармана жилета носовой платок и неспешно промокнул вспотевшую лысину. Герцог не сводил с него глаз.
— Ситуация… критическая… — неловко откашлялся целитель.
Жар прилил к щекам, и Орфес пошатнулся.
— Не предлагаете же вы мне ее… — О, нет! Он не мог подобрать нормальных слов тому действу, на которое его подталкивали обстоятельства. — Без сознания… И вообще… Немыслимо!
— Я лишь констатировал факт. Магия бурлит внутри этого хрупкого создания и не находит энергетического выхода. Счет идет на часы, — тихо, но очень серьезно ответил магистр Арбери и добавил: — Мне жаль.
