— Переходные каналы открыты, — ответил инженер.
— Общий уровень энергии?
— Незначительно растёт.
— До взрыва грузовых блоков — тридцать секунд, — безразлично доложил Компьютер.
— Первый, третий, пятый, шестой, седьмой и восьмой генераторы на максимальную мощность! Включить энергетическое кольцо. Приготовиться к переходу на световую скорость.
— На максимуме! Кольцо включено. Во втором и четвёртом почти критический уровень! — успел доложить главный энергетик прежде, чем ярко вспыхнули все электрические приборы и погасли экраны внешнего наблюдения.
— Посмотрите, что перед нами! — раздался чей-то растерянный возглас. Ранн бросил взгляд на прозрачную панель, отделяющую Зал Управления кораблём от космической пустоты за бортом и ощутил, как всё тело сковал холод: прямо перед ними, втягивая в себя свет и потоки облаков светящегося газа, разверзлась огромная, во весь космос, тёмная бездна Чёрной Звезды. «Эра» вместе с потоками света, не снижая скорости, неслась прямо в ее страшную пасть. Зал Управления молчал, поражённый увиденным, понимая, что совершить прыжок в Гиперпространство им уже не успеть…
— Энергетическое кольцо не работает. До взрыва грузовых отсеков — двадцать секунд… — прозвучало в глухой тишине Зала.
Командор не верил своим глазам — так смертельно близко корабль подошёл к ядру Чёрного гиганта, — но его тренированный мозг уже начал отдавать команды:
— Передать внутренний сигнал бедствия. Всему экипажу — срочно занять антигравитационные капсулы! — объявил Ранн по общей связи. Затем посмотрел на офицеров управления:
— А нам с вами остаётся надеяться только на свои организмы. Проверить ремни безопасности! Все пристёгнуты?
— До взрыва — десять секунд…
Времени на контроль исполнения команд не оставалось. Капитан тут же приказал Главному Компьютеру:
— Сброс аварийных генераторных отсеков! Оставшиеся генераторы и все двигатели — на полную мощность! Ускорение максимальное! Не ждать световой скорости! Запустить генераторы торсионных полей!
Компьютер успел доложить: «Второй и четвёртый генераторы сброшены. До взрыва пять секунд» и тут же: «Все операции выполнены», прежде чем ещё раз ярко вспыхнул общий свет, и корабль погрузился в полную темноту…
Вначале Ранн ощутил сильнейшую перегрузку до нестерпимой боли, до потери сознания, сдавившую всё тело и голову, а затем — провал в пустоту и давно забытое чувство невесомости и освобождения. «Наверное, это смерть», — успел подумать Командор…
Жаркий день располагал к отдыху прямо на камнях. Этот переход показался очень длинным и тяжёлым, и молодой вождь племени, сам изнурённый безжалостными палящими лучами, решил сделать остановку раньше намеченного срока, чтобы люди могли передохнуть. Накалившее равнину солнце уже перевалило в небе верхнюю точку и стало клониться в сторону видимых на горизонте гор. До их спасительных, поросших лесом подножий оставалось ещё не меньше одного такого же перехода в полдня. Можно постараться успеть до темноты. А в горах — пещеры, в которых можно укрыться от зноя, хищников и непогоды, чистая, холодная и вкусная вода горных ручьёв. Вождь знал об этом. В горах легче, чем на равнине, построить неприступное укрепление, обнеся стоянку племени камнями, и сохранить тепло от огня, накаливая камни на костре.
Горы уже давно привлекали к себе Быструю Змею — смелого вождя небольшого племени охотников, состоящего из стольких мужчин, сколько пальцев было на руках и ногах вождя, не считая одного пальца, и женщин — сколько пальцев на руках и ногах вождя и его жены. Со взрослыми шли и дети, но вождь так и не смог их сосчитать, так как каждая женщина имела по нескольку детей. Родив одного ребёнка, женщина племени вскоре снова оказывалась беременной. Это потому, что доля мужчин — охотиться и защищать племя, а доля женщин — хранить огонь, готовить пищу и рожать детей.
Все женщины племени принадлежали вождю и всем мужчинам. Лишь одна из них принадлежала только вождю — его первая жена и главная среди женщин племени — красавица Светлая Река. За неё Быстрая Змея дрался со старым вождём Большой Рысью и убил его. Теперь Быстрая Змея сам возглавил племя.
Молодой и сильный вождь понимал, что отвечает за жизнь всего своего немногочисленного народа, потому что один без сородичей в этом жестоком мире он погибнет и сам. Когда Быстрая Змея был маленьким и ещё носил детское имя Гур-медвежонок, он помнил, что его племя жило там, в этих виднеющихся вдали горах, в большой пещере, где днем и ночью всегда горел огонь, дающий свет и тепло. Тогда рядом с ним была мама и много братьев и сестёр. Но затем, преследуя стада диких животных, племя ушло из гор на равнину, кочуя за добычей. Гур подрос, и сильные мужчины стали брать его на охоту. Он научился обращаться с острыми камнями и палками. Первой его добычей стала большая змея. Гур ловко воткнул копьё с каменным наконечником ей в голову, когда та попыталась пересечь еле заметную среди высокой травы тропу прямо перед идущими охотниками. Охотники хвалили гордящегося собой Гура и дали ему взрослое имя — Быстрая Змея. А поджаренное на огне мясо огромной убитой им змеи оказалось очень вкусным.
Первого подобного себе Быстрая Змея убил, став старше, в драке на равнине возле туши загнанного буйвола. Чужое племя выгнало буйвола прямо на охотников племени Большой Рыси, и они завалили быка. Но делиться Большая Рысь ни с кем не собирался. Тогда в споре за добычу столкнулись охотники двух племён. Племя, из которого вышел Быстрая Змея, победило, но потеряло нескольких мужчин. Враги потеряли больше, и оставшиеся спаслись бегством. Жареное мясо буйвола оказалось гораздо вкуснее сырого и даже вкуснее, чем мясо змеи. Хватило всему племени. А убитых соплеменников Большая Рысь велел закопать в землю. Он сказал, что придут волосатые двуногие зверолюди и съедят тех, что лежат на земле. Поэтому тела убитых мужчин нужно спрятать в землю. Быстрая Змея знал про этих двуногих. Они очень походили на его соплеменников. Но если у Быстрой Змеи и его сородичей через небольшой волосяной покров просматривалась тёмная кожа, то двуногие были покрыты плотной длинной шерстью, как дикие обезьяны, на которых тоже охотилось племя Быстрой Змеи.
Одно время стая зверолюдей разбила свою стоянку поблизости от стоянки племени темнокожих, и Быстрая Змея с интересом ходил наблюдать из укрытия за незванными соседями. Двуногие не пользовались огнём, ели всё, что могли найти: объедки и остатки пищи темнокожих, и даже падаль и погибших себе подобных. Но волосатые зверолюди были неагрессивными и первыми не нападали на соседнее племя. Хотя и не сильно боялись его. Правда, вождь темнокожих предупреждал, чтобы никто поодиночке не приближался к стае двуногих — съедят. Во время групповой охоты на мелкую дичь зверолюди пользовались палками и камнями, но не так искусно, как темнокожие. По силе и ловкости эти волосатые двуногие иногда превосходили своих темнокожих соседей во время охоты, но при возникновении споров всегда уступали охотникам из племени Большой Рыси, уходя от конфликта. Видимо, они признавали за темнокожими превосходство потому, что те, в отличие от них, имели оружие и могли говорить, а пещерные зверолюди общались только при помощи жестов и звуков. А может ещё и потому, что темнокожих всегда оказывалось больше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
