В остальном всё очень похоже на обыкновенный спортивный мир. Есть денежные призы, профессионалы и лиги, региональные и мировые чемпионаты и, конечно, десятки миллионов фанатов, смотрящих трансляции через Сеть (с телевидением у киберспорта отношения не сложились, зато потоковые е-спортивные трансляции через сайты вроде Twitch.tv собирают в лучшие часы аудиторию, сопоставимую с аудиторией Facebook, Tumblr, Amazon).
Что замечательно, киберспорт кажется тем редким видом человеческой деятельности, где разделять участников на мальчиков и девочек бессмысленно. В классическом спорте разделение необходимо из-за разницы в физических возможностях — потому есть плавание мужское и женское, фигурное катание порознь для тех и других, хоккей, бег, и прочее, и прочее. Там вынужденную дифференциацию компенсируют по-своему — эфирным временем, уделяемым тем и другим. Как, например, с удовлетворением констатируют ревнители равноправия полов из США, на сочинской Олимпиаде вечное доминирование мужчин в эфире было практически нивелировано: женщины в сумме получили 41% эфирного времени, мужчины — 45%. Количество медалей (по крайней мере для американцев), полученных теми и другими, тоже примерно равно.
Но тем удивительней ситуация, сложившаяся в киберспорте. Ведь тут почти никакой роли не играет грубая сила или выносливость: куда больше зависит от реакции, внимания, умения соображать. И девчонки любят компьютерные игры ничуть не меньше нашего: статистика, собираемая издателями игр, из года в год это отлично подтверждает (в тех же Штатах доля слабого пола среди геймеров лишь чуть меньше мужской — 45% против 55%, причём пропорция стабильна).
Так почему же, чёрт побери, на е-соревнованиях девчонок раз два и обчёлся?
Говоря откровенно, тут мы ступаем на шаткую почву. Специально никто этот вопрос, похоже, не изучал. Однако буквально все факты говорят о том, что киберспортом правят мужчины. Об этом кричат командные листы (ради интереса, попробуйте отыскать хоть одно женское имя в списке участников прошлогоднего мирового чемпионата Международной федерации е-спорта). Об этом свидетельствуют опросы зрителей (недавно много шуму наделали результаты такого опроса в сообществе TeamLiquid.net: доля женщин... 3%). Наконец, просто забейте в любой поисковик связанные с е-спортом термины («WCG», «IeSF») и посмотрите фотоотчёты с киберспортивных состязаний. Девчонки там присутствуют главным образом в качестве декора — в мини-юбках и обтягивающих комбинезонах на голое тело, вручающие призы безусым победителям.
Но каким-нибудьпочему так? Ответа нет, есть только версии. Одна из наиболее убедительных связана с тем, какие игры популярны в киберспорте. Буду признателен, если вы меня разубедите и приведёте примеры киберсостязаний по The Sims, но лично мне не удалось отыскать среди популярных е-спортивных категорий таких, которые не были бы связаны с применением насилия и (или) кровью. Самое мягкое — FIFA Online, всё остальное примерно одного сорта: StarCraft, League of Legends, World of Tanks, CrossFire, WarCraft, Modern Warfare, Tekken... Игры, написанные мужчинами для мужчин, с персонажами, воплощающими мужские фантазии.
Но дело не только в крови и, простите, сиськах пятого размера. Среди тех немногих, кто пытался проработать вопрос об отсутствии слабого пола в е-спорте, бытует ещё одна версия. Киберспорт, как и ИТ-тусовка в целом, рождён в качестве «мужского клуба». Но если, скажем, программерское сообщество понемногу из этих детских мальчуковых штанишек вырастает (см. «Как потерять работу, неудачно пошутив»), то киберспорт пока в них остаётся. Считается (спорно, согласен, но — за что купил, как говорится), что вокруг компьютерных игр собираются не сумевшие влиться в общество юноши, и киберсостязания для них — способ социализации. И не удивительно, что случайно попавшая сюда особь женского пола чувствует себя неуютно: девчонки приходят играть, а не налаживать контакты с обществом.
Поэтому девчонки тут есть, только их очень и очень мало, и если возможно, они скрывают свой пол. А пробившихся в мировые чемпионы вообще можно счесть на пальцах: россиянка Анна-София Дегай да канадка Саша Хостин. А вот кореянка Ким Ши Ён — профи и тренер по «Старкрафту» — после короткой звёздной карьеры киберспорт оставила: не выдержала «сексуальных домогательств» (а попросту — глупых шуток поклонников и праздношатающихся).
Лично мне эта версия кажется самой правильной: я редко играю, но когда случается добраться до любимой «Контры», вижу такие ситуации регулярно. Хотите почувствовать себя в шкуре Ким? Логиньтесь в любую кровавую онлайн-игрушку под девичьим именем — и «наслаждайтесь».
Проблема с той и другой версией одна: они не объясняют другого близкого белого пятна на карте киберспорта. Вернитесь к ленте фотографий с е-состязаний, полистайте её снова. Вас ничего не смущает — помимо, конечно, отсутствия девушек? Да, в киберспорте не просто одни мужчины, а как-тоодни европеоиды и азиаты. Арабов и негроидов практически нет. И если недостаток первых ещё можно объяснить особенностями доминирующей религии, то дефицит темнокожих — совершеннейшая загадка. Уж чего-чего, а возможностей у тех же афроамериканцев и афроевропейцев сегодня едва ли меньше, чем у их светлокожих соотечественников.
Вот такой тупик. Есть идеи?
К оглавлению
С покупкой WhatsApp битва на рынке мессенджеров только началась
Андрей Васильков
Опубликовано 27 февраля 2014
Количество программ для обмена мгновенными сообщениями уже превышает семьдесят вариантов. Более двадцати из них ориентированы на мобильные ОС и бесплатны для частного использования. Такой избыточный выбор постепенно становится проблемой. Среди знакомых всегда найдётся тот, кто использует ещё не установленный у вас клиент и не хочет общаться через другие, но это мелочи жизни по сравнению с растущим влиянием мессенджеров на рынок мобильной связи.
Процент использования владельцами iPhone различных мессенджеров в каждой стране (изображение: techcrunch.com по данным Onavo).
По данным исследовательской группы Ovum, из-за бесплатных мессенджеров телекоммуникационные компании потеряли в прошлом году $32 млрд, а к 2016-му сумма убытков возрастёт до $54 млрд в год. В свою очередь, интернет-компании проявляют повышенный интерес к этому классу программ, о чём убедительно говорит недавняя покупка создателями крупнейшей социальной сети Facebook сервиса WhatsApp и небывалый успех проекта Telegram.
В одном из последних интервью Марк Цукерберг признал, что эпохальная сделка была осуществлена из-за боязни потерять пользователей в развивающихся регионах. Многие из них начинают своё знакомство с интернетом именно через общение с мобильных устройств. Неофиты быстро выбирают вместо переписки в соцсетях один из сторонних мессенджеров, и чаще всего им становится WhatsApp.
Популярные мессенджеры (изображение: trutower.com).
Президент консалтинговой фирмы Harbor Research Глен Альмендингер (Glen Allmendinger) считает, что битва на рынке мессенджеров только началась, и пока ещё рано предсказывать, какие компании выйдут из неё победителями: «Всё это часть будущего, основанного на облачных технологиях. Сейчас все стараются захватить побольше пользователей. Считается, что чем больше у вас аккаунтов, тем вы лучше. Однако мы ещё не знаем, какие приложения станут самыми популярными. Пока вклад в них — большая авантюра».
После скандала вокруг деятельности АНБ сохранение приватности звучит как основной мотив у многих разработчиков, а спрос на средства связи с криптографической защитой стал стабильно высоким. По данным Bloomberg, появившийся недавно защищённый мессенджер Telegram набирал до пяти миллионов новых пользователей ежедневно — и может ещё превзойти этот показатель. Для сравнения: Whats App на пике своей популярности скачивали до миллиона раз в сутки.
Такие внушительные цифры свидетельствуют о высокой востребованности, но мало что говорят о коммерческих перспективах. Большинство пользователей готовы перейти на другой сервис обмена сообщениями в любой момент и уже неоднократно делали это. Многие даже регистрировались в Google заново и скачивали WhatsApp с нового аккаунта, когда истекал период бесплатного использования. Поэтому количество загрузок трудно считать мерой окупаемости.
Число пользователей у различных сервисов, позволяющих проводить обмен мгновенными сообщениями (изображение: wearesocial.sg).
Бывший глава компании Salesforce Маркус Нельсон (Marcus Nelson) сегодня занимает должность исполнительного директора фирмы Addvocate, продвигающей бренды через соцсети. Комментируя покупку WhatsApp, он выразил сомнения по поводу долгосрочных перспектив Facebook на рынке сервисов обмена мгновенными сообщениями: «Мы не знаем, сколько из заявленных на момент сделки 450 миллионов пользователей WhatsApp действительно были уникальны, активны и не имели аккаунтов в Facebook. Даже если предположить, что все до единого, то при ничтожных выплатах по доллару в год с каждого потребуется около сорока лет, чтобы покупка принесла прибыль».
