Она была недовольна и могла бы атаковать, только Мозарт не давал ей даже с башни сойти.
Он бил в неё стрелами, как из пулемёта, и наверняка уже понимал, что ни одна из них не достигнет цели. Зато Тхаги постоянно отвлекалась на оборону, а значит, не могла доделать начатое.
Тем временем сгустившиеся крылья в небе потемнели до такой степени, что не существовало такого цвета. Нет, это был не чёрный. Это была вселенская бездна, будто смотришь в преисподнюю, в космос, в черную дыру, в омут мира, в самую тёмную небесную впадину…
По спине пробежал холодок, а в глотке застрял выдох.
«Ну здравствуй, Бог Ночи, — прошептал Годфред. — Ты всё-таки явился».
Он не испугался его, но и рад, конечно, не был.
Те жадные сгустки темноты, что тянулись к стоящей на башне Тхаги, оборвались. Крылья бога увеличились и взмахнули, поднимаясь выше и окатывая зону развалин таким ветром, что меня чуть с ног не снесло. Я ухватился за ближайший забор и пригнулся.
Поднялась пыль, ударила в лицо, вокруг зашумела трава, затряслась земля под ногами, и несколько башен рухнули, прогрохотав камнями. Фонари по всему городу погасли. Всё погрузилось в беспроглядную темень.
И снова зрение Годфреда меня выручило — я увидел всё, что происходило дальше.
Крылья Бога Ночи, похожие на порталы в космос, вдруг извергли из себя сотни клубящихся теней. Чёрные сгустки расправили уже собственные крылья и превратились в огромных сов с пустыми глазницами. Их гигантские лапы выпустили кинжалы когтей, а перья покрылись слоем блестящей брони.
«План Бэ-э-э! — прогудел в ушах голос Годфреда. — Бог Ночи притащил с собой команду поддержки!».
«Какого он класса?» — быстро спросил я.
«А хрен его знает, какой он сейчас, но точно ниже Тхаги. Грувимы у него сильные, а если он прихватил с собой ещё и слугу-опору, то нам точно будет несладко!».
Да уж, сладким тут и не пахло.
Ещё собираясь сюда, я допускал мысль, что всё обернётся именно так, поэтому был готов к самому худшему и в ванной успел подкрепиться сразу пятью душами.
Меня чуть не вывернуло от такого количества, да и чёрное пятно мутации на ноге стало заметно больше, зато теперь я был готов к тому, чтобы использовать навыки Годфреда без риска шлёпнуться в обморок. А ещё перед выходом дал и Мозарту «покушать», чему тот был рад, как маленький ребёнок.
Чёрные совы закричали так пронзительно, что резануло по мозгам, а потом устремились в разные стороны, спикировав смертоносными стаями над городом.
— Надо отвлечь их на себя, пока они не разлетелись! — крикнул я, непонятно, к кому обращаясь, то ли к Годфреду, то ли к самому себе.
Дождавшись, когда волна ветра стихнет, и пыль перестанет застилать глаза, я вскочил на каменный забор, специально повыше, и вызвал косу. Появившееся оружие затрещало молниями и сразу привлекло внимание грувимов.
Тхаги всё ещё стояла на башне, но амулет уже повесила на шею, чтобы удобнее было отбиваться от стрел Мозарта двумя руками.
Я глянул на девушку, изобразил знак «пис» и прошептал:
— Шикарная задница.
Не знаю, что в этот момент подумала ящерка, да и всё равно мне было. Главное, я подключил Контроль защиты и даже не ощутил истощения. По моему телу пронеслась волна синего света, и теперь я был готов вступить в бой.
А он не заставил себя ждать.
Увидев меня на заборе, с мерцающей и потрескивающей косой, сразу две стаи чёрных сов сделали большой разворот и полетели прямо на меня. В их пустых глазницах загорелись гипнотические зелёные точки. Издалека было ощущение, что на меня надвигаются два чёрных шевелящихся облака.
Я сощурился, готовя им подарочек.
«Одобряю, — тут же согласился Годфред, хотя я даже ничего сказать не успел. — Приготовься. Сделаешь всё сам, а я помогу лишь немного и приберегу силы для чего-нибудь другого. Только целься точно. Коса среагирует сама, она любит делать из живого мёртвое».
Я отлично помнил, как Годфред в первый раз использовал свойство своей косы, поэтому постарался повторить все его движения.
Точь-в-точь, до мельчайшей детали.
Сначала спрыгнул с забора, чуть присел, повернул корпус и отвёл руку с оружием в сторону, параллельно земле, а потом замахнулся и со всей силы запустил косу в полёт.
Этот мощнейший замах стоил мне равновесия. Коса понеслась вперёд, а я не удержался и завалился набок.
Но это стоило того.
Мерцающее оружие резануло ночь, завертелось волчком, превращаясь в смертоносный бумеранг, острый со всех сторон, а потом затрещало громче и ворвалось в пикирующую стаю грувимов.
«А вот и Весёлый Бумеранг! Ухохочешься! — засмеялся Годфред. — Молодец, пацан! Дай обниму! Это нам с тобой на завтрак, обед и ужин!».
Коса резала и кромсала всё, что попадалось на пути, вертелась внутри стаи сов, крошила их крылья и ноги, рубила тела, рассекала, кромсала и распарывала грувимов с жадностью и азартом.
А заодно поглощала их души.
Череп на накопителе раскрыл красную жемчужину и принялся проглатывать всю энергию, что отдавали убитые слуги Бога Ночи. Десятки душ. Крови не было. Теневые совы не обладали обычной телесной оболочкой, но смерть и для них была реальной. От косы Годфреда сложно было укрыться.
Единственное, что оставалось от сов — чёрные перья, самые настоящие, крупные и острые. Они падали вниз, осыпая зону развалин, летали по воздуху, как листья, и кружились в вихрях, не находя себе покоя.
Совы с пронзительными криками метались над землёй в попытке уйти от косы, но от первой стаи почти ничего не осталось. Только перья.
«Бог Ночи точно такого не ожидал!» — захохотал довольный Годфред.
Азарт бога передался и мне, а ещё я почувствовал, что что-то начинает меняться.
Внутри стремительно нарастала сила, мышцы наполнялись мощью, дыхание стало частым и горячим настолько, что изо рта вырвался раскалённый пар, как у дракона.
«Мы поднимаем уровень, чува-а-ак!» — объявил Годфред.
Коса пробыла в воздухе ещё около минуты, а во время такого боя это почти что вечность. Или мне просто так показалось.
«Возвращай оружие! — велел Годфред. — Оно теряет силу!».
Я немедля вытянул руку вперёд и призвал оружие.
Коса сделала ещё с десяток оборотов, будто не хотела заканчивать жатву, после чего блеснула в небе и устремилась ко мне. Пока она летела, я ощущал, как ящерка за моим воротником нервно перебирает лапками. Она испугалась, что коса сейчас нас тоже перережет. Афена ведь не видела мой бой с грувимами на тренировке в Землях Рассвета, поэтому не знала, чего ждать.
— Не бойся, — прошептал я. — Лучше следи за Тхаги.
Я снова вскочил на забор и поймал косу за древко. Оно легло в мою ладонь, как прилипшее. Я крепко сжал его и сразу приготовился к другой технике боя.
Вторая стая грувимов была на подходе, и им достался уже иной подарочек.
Из нижней части древка выдвинулся серп. Оба клинка косы раскалились докрасна, древко вместо синих молний вспыхнуло пламенем, огонь загудел и испустил в небо искры.
— Инквизицию подвезли! — выкрикнул я и рванул в бой.
Первая сова спикировала на меня, собираясь вонзить когти, но удар раскалённого клинка полоснул её по ногам и отсёк их к чёрту. Сова метнулась вверх, а вместо неё налетели уже с десяток сразу.
Они, как стервятники, напали все вместе, пытаясь разорвать меня клювами и когтями. Коса рубила и жгла до пепла всё, что было вокруг. Я махал оружием, как заведённый, а сила всё нарастала, мощь в мышцах увеличивалась, адреналин зашкаливал и выбивал во мне бешеный пульс.
Чёрные перья летели в разные стороны, пепел, тени — всё смешалось в адское месиво. Совы исчезали, появлялись новые, белёсые туманные сгустки душ мерцали вокруг, и накопитель косы моментально их пожирал.
А огонь на оружии всё не гас. Его подпитывали поглощённые души и смерть.
«Ахахахахаха! Как в старые добрые времена!» — хохотал Годфред.
