— Нил? Можешь меня забрать с работы? Неприятные встречи… Участок стражи недалеко от меня. Спасибо. Конечно подожду. Да. Да. А Марлен…? С удовольствием.
Положив трубку она подошла к оставленной для нее кружке.
— Меня лучше называть Дина. Дина Красс. Я официально поменяю имя через год. А Деменция Крахх… это имя для… — короткий взгляд в сторону некроманта, — … не для меня.
Она посверлила кружку глазами и продолжила: — Предваряя следующий вопрос это не только мне так повезло. Моего брата зовут Онейр. Хотя мы его зовем Нил. Наши родители… оригиналы.
Последнее слово у нее прозвучало как «проклятые идиоты».
— Родителей не выбирают. С ними стоит или смириться, или от них отречься, — он шевельнул плечом и, подпрыгнув, уселся на высокий операционный стол. Поерзав на холодном металле, Салем устроился, подогнув под себя одну ногу, — Я хотел спросить, — он помолчал, подбирая слова, и перебирая пальцами косички, — В памяти тех двух женщин, в конце… были два одинаковых куска с чернотой, которую вы назвали блоком. Можно мне посмотреть запись, все равно работать я сегодня уже не смогу, а спать мне пока не хочется. Только вот техника со мной не очень ладит.
— Я знаю, у моего брата тоже такие сложности. Он учился года полтора на некроманта. У него теперь самый старомодный дом в округе и жена электронщик. Включу вам отрывок и посажу подальше… или…
Дина посмотрела искоса на коллегу. — Если не боитесь, то могу показать так… без техники.
Ей почти хотелось, чтобы на лице непонятного некроманта появилось такое же смущающееся выражение как у всех остальных. Вроде и отказываться неудобно, а как то не комфортно если кто то завезет тебе в мозги, пусть и неглубоко. Почему она не могла сказать. Все таки хоть и по своему, но он ее пытался оградить от посетителей, принес кофе… Не вполне симпатия, скорее общая территория и интересы, но все равно мило. Просто любой некромант вызывал у нее желание немедленно сделать или сказать гадость.
— А вы, — Салем хмыкнул, думая о чем-то своем. Подняв голову, он спокойно посмотрел на девушку и спокойно протянул руку, показывая Дине не прикрытую тканью ладонь с тонкими пальцами, — не боитесь того, что можете увидеть? — Карайн мог перестать думать, мог закрыть свой разум от постороннего вторжения, этому его успели научить. Многие неживые твари ориентировались не столько на запах тела, который можно было чем-то скрыть, сколько на мысли человека. Некромантов обучали этой, довольно сложной технике, которая была одним из залогов их выживания. Естественно, такая защита не была абсолютной, и при должном напоре ее можно было взломать, но нужно было знать, куда давить и быть достаточно сильным для этой задачи. Но Карайн не сомневался в том, что девушка ожидает от него такого и именно поэтому совершенно не боялся Дины и ее возможностей.
— Да я сомневаюсь, что увижу что то новое для себя, — как то грустно сказала девушка стаскивая перчатки и подходя к сидящему на столе некроманту.
— Закройте глаза, так удобнее.
Обе ее ладони накрыли кисть Салема и девушка сосредоточилась, автоматически пытаясь прикрыться от чужих воспоминаний и чувств… которых не оказалось. Салем даже почувствовал, как руки девушки сильнее стиснули его руку, а сама она удивленно ахнула. Впрочем замешательство было недолгим, руки опять расслабились, как и сама Дина, а перед глазами молодого человека замелькали кадры чужой жизни.
— Я начну за несколько минут до темного пятна.
Минут пять он смотрел как толстого щекастого малыша тащат по дорожке парка прочь от лотка с мороженным, а он заливается ревом. Вокруг суетно и весело, выходной день и толпы народа ходят вокруг болтая или так же таская за собой детей. Потом ощущение как носительницу воспоминаний хватают за локоть, поворот ее головы и полная темнота. Дальше картинка возникла уже резко другая. Женщина стояла одна посреди дорожки и держала в руках подтаявшее мороженое. Она явно оставила ребенка и отошла его купить. Зачем…
Такая же картина была и на второй мыслезаписи. Только там аккуратная девочка сидела рядом с матерью и слушала как та болтает с приятельницей. Мать постоянно оборачивалась, чтобы посмотреть на дочь и каждый раз ребенок был на том же месте, разглаживая складки на платьице и что-то втолковывая плюшевому медведю. Собеседница вскоре ушла, а женщина подошла к девочке и собиралась ее увести… опять чье то прикосновение, поворот головы и провал. Очнулась она опять разговаривая с приятельницей в нескольких десятках метров от скамейки. Где ребенка уже не было, только валялась в траве игрушка смотря вверх глазками-пуговками.
— Еще раз? — Дина отпустила тонкие пальцы некроманта и открыла глаза. — Там явно поработали — но блок кривой, еле держится. Придется еще раз работать с этими несчастными. Может можно будет хотя бы найти кто украл детей…
— Нет, я запомнил, — Салем дотянулся до своей кружки, которую отставлял в сторону, и почесал кончик носа. Дина заметила, что он, в отличие от остальных людей, с которыми ей доводилось работать, не пытался незаметно вытереть руку об одежду, — Может быть завтра, когда я обдумаю то, что увидел. Или не увидел, — он пожал плечами и снова поерзал, меняя ногу, которую немного отсидел. Увиденное было странным, этот кусок темноты, который Дина, или Деменция, ему в общем-то было все равно, назвала блоком, был слишком странным, он походил на ту чернильную темноту, которой пользовался сам Салем, когда ему нужно было от кого-то спрятаться.
— Можно спросить? Два вопроса назрели. — Дина отошла опять натягивая перчатки. — Я тебя почти не чувствовала, будто тебя нет. Это ты как то закрылся?
— Да, — отозвался некромант, — Я знаю, как действует прикосновение менталистов, поэтому спрятал себя так же, как делал это, охотясь на практике за умертвиями. Не думаю, что вам интересны детали, тем более, что я уже не смогу объяснить как. Это уже привычка, инстинкт, если можно так назвать, — Салем посмотрел на Дину, — Это был один вопрос. Что на счет второго?
— А вы волосы где красите? — порозовев спросила она.
— Нигде, это их настоящий цвет, — Карайна похоже развеселил этот вопрос, потому что он даже смог улыбнуться уголками губ, — Уже лет десять как.
— А как получилось такое? — вопросы Дина задавала почти с наслаждением. Такого чтобы не знать о человеке все после прикосновения у нее не было уже… никогда. Так что время для Дины по крайней мере шло быстро.
— Эксперимент, — отозвался Салем, косясь на собственные красные пряди, — Краска на них не держится, магия не помогает. Видимо он был удачным, — некромант фыркнул в кружку и проговорил, — Хорошо, что только здесь, потому что красное еще что-нибудь, например брови, я бы не выдержал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
