Читаем без скачивания «Тигр» охотится ночью - Виктория Дьякова

– Придвиньтесь ближе к броне, док, – посоветовал борттехник, – мало ли что…

– Нет, док полетит с нами! – услышала Наталья голос капитана Роджерса. Он подбежал к вертолету и протянул ей руку: – Спускайся!

– Как угодно, кэп, – кивнул борттехник.

Наталья отстегнула ремень и спрыгнула вниз.

– Стартуйте.

– Есть, кэп.

– Скорее. Не то снесет. – Роджерс потянул Наталью за собой в укрытие.

Санинструктор захлопнул двери. Завыли стартеры, лопасти вертолетов крутанулись сперва медленно, а затем заработали все мощнее, сливаясь постепенно в один сплошной диск, и слоновая трава высотой с человеческий рост, росшая на поляне, пригнулась до самых корней. Санитарные вертолеты взмыли вверх один за другим. Едва они достигли нужной высоты, к поляне начали снижаться «слики». Двери у всех были раскрыты и прикреплены к бортам шпильками, чтобы не сорвало. По приказу Роджерса десантники сгрудились на небольшой площадке и теперь ждали, когда вертолеты снизятся настолько, что можно будет запрыгнуть внутрь.

– Сапоги готовы! – донеслось с борта одного из «сликов».

– Почему они называют вас «сапогами»? – удивленно спросила Наталья у Роджерса.

– Кавалерия, значит, – усмехнулся он. – Пилоты очень высокого мнения о себе. Считают, что по сравнению с ними у нас интеллект как у сапожников, вот и издеваются. – И громко скомандовал: – Приготовиться!

Когда первый вертолет опустился до приемлемой высоты, десантники один за другим принялись запрыгивать в его салон. Сделать это было непросто, поскольку они несли на себе все свое снаряжение – винтовки М—16, гранатометы М—79, гранаты, патроны, фляги… В каждый вертолет помещалось не более десяти человек, но брали по двенадцать, не взирая на риск перегруза машины.

– Наш вертолет последний, – предупредил Роджерс Наталью, взяв ее за руку.

Пятнадцать «сликов» загрузились довольно быстро. В последний набилось аж четырнадцать человек, так как двоим не хватило места, а оставлять их было нельзя. Машина с тяжелым гулом стала набирать высоту.

Наталья сидела на одной скамье с пилотами, ее сильно зажали с обеих сторон, дышать было трудно. Вертолет с трудом поднялся над деревьями, потом сбавил скорость, занимая место в общем строю и замыкая левый клин. «Ганшипы» прикрывали вереницу вертолетов с флангов.

Машину качнуло – это весь клин начал медленно разворачиваться в сторону перевала Анкхе. Солнце нещадно било в глаза, слезы туманили взгляд. Преодолев перевал, достигли долины, и тут с земли послышались выстрелы. Наталья глянула вниз и увидела большую группу крестьян.

– Похоже, у них пикник, – крикнул борттехник, обернувшись.

Капитан Роджерс отрицательно мотнул головой:

– Не думаю.

Выстрелы участились. Из передовых вертолетов стали поступать сообщения о попаданиях. Меж тем стоявшие внизу люди вроде бы ничего не делали: просто стояли и, прикрыв ладонями глаза от солнца, смотрели вверх – на вертолеты, летящие низко и медленно. Сколько Наталья ни вглядывалась, ни одного вооруженного человека так и не увидела – только толпу женщин, детей и мужчин, глазевших на небо. Прицельные огневые попадания в вертолеты тем не менее продолжались.

– Я ничего не понимаю, – повернулась она к Роджерсу. – Кто и откуда стреляет?

– Снайпер, – коротко пояснил он. – С очень удобной огневой позиции.

– Где это?

– Всмотрись в самую середину толпы.

Наталья пригляделась. Действительно: из центра группы людей, якобы собравшихся невинно отдохнуть среди кокосовых и банановых пальм, поднимался дымок. А вскоре увидела и самого стрелка, управлявшего пулеметом. Невдалеке виднелась еще одна группа людей, и из ее середины тоже взмывали вверх вспышки. Получается, мирные жители прикрывали засевших среди них снайперов собственными телами. Причем стояли совершенно неподвижно, точно смирившись с уготованной им судьбой.

– Значит, чтобы уничтожить снайперов, надо убить всех мирных жителей?! – ужаснулась Наталья.

– Опасная работа, док, ты сама говорила. – Роджерс крепко сжал ее пальцы. – Потом как-нибудь все тебе расскажу. Сейчас не время.

– Вижу пулемет, сэр! – доложил бортовой стрелок.

Командир вертолета повернулся к Роджерсу:

– Всех?

– Стреляй сначала в землю, – крикнул в ответ кэп, – попробуй напугать. Может, разбегутся.

– Есть, сэр.

С вертолета открыли огонь. Пулемет теперь стучал так близко, что Наталье казалось, будто с каждым выстрелом кто-то бьет ее ладонями по ушам. Она зажмурилась.

Люди по-прежнему стояли не шелохнувшись, хотя пули «с неба» уже взбивали фонтанчики грязной воды на рисовом поле и быстро приближались к ним. Засевший среди них стрелок сосредоточился, видимо, на другом вертолете и пока не видел подкрадывающейся к нему смертоносной очереди.

Усилием воли Наталья заставила себя открыть глаза и снова посмотреть вниз. Нет, ее надежды не оправдались: черные пижамы и конические шляпы крестьян не сдвинулись с места ни на шаг.

– Они что, связаны? Прикованы? – спросила она Роджерса.

– Я думаю, просто запуганы, – хмуро ответил тот.

Когда пулеметная очередь с вертолета приблизилась к мирным жителям на расстояние пятидесяти футов, стало ясно, что никуда они не побегут. Получая «свою» пулю, каждый лишь вскидывал руки и, словно кружась на месте, плавно опускался на землю… А огонь с вертолета все продолжался, и Наталье показалось, что до того момента, как снайпер был наконец «открыт», прошло очень много времени.

– Есть! – крикнул бортстрелок.

Наталья снова посмотрела в окно: пулеметный ствол свесился вниз, снайпер-пулеметчик недвижно распластался на земле, окруженный мертвыми телами мирных жителей числом не менее дюжины.

Наталья скорбно опустила голову. Она молчала. Впрочем, молчали и все остальные – говорить никому не хотелось. Но потом снизу снова раздались выстрелы. Причем на сей раз уже не одиночные, а залпово-шквальные.

«Слики» сбросили скорость – это означало, что пришел черед действовать «ганшипам». «Ганшипами» называли те же вертолеты «Хьюи» модели В, просто они летали чуть медленнее, имели более надежную защиту и, кроме того, были оснащены тяжелым вооружением. Мелькнули белые вспышки ракет, за ними заструились такие же белые полосы дыма. Заработали тяжелые пулеметы. От взрывов снарядов вверх взметнулись крупные комья земли. Со «сликов» открыли дополнительный огонь – из бортовых пулеметов.

Спустя мгновение снова загрохотал пулемет и в их вертолете. Десантники стреляли из винтовок просто через открытую дверь. Трассеры чертили воздух. Снизу доносились стоны и крики: вьетконговцы сгоняли на верную смерть очередную толпу мирных жителей – на этот раз босоногих чумазых ребятишек, бежавших за ручку с мамами. Больше Наталья уже не смогла заставить себя смотреть вниз. Она знала, что после работы «ганшипов» в живых, скорее всего, не останется никого…

– Они поступают так всегда! – прокричал ей в ухо Роджерс. – Сгонят целую деревню женщин и детей и заставляют их стоять, а сами прячутся за ними. И тогда выбора у нас два: либо крошить ребятишек, либо позволить вьетконговцам подбить все наши вертолеты…

Миновав долину, начали долгий заход на посадку. Деревень в поле зрения уже не было. Растительность виднелась скупая – трава, редкие деревья да сухие рисовые поля.

– Герцоги, начинай боевой! – услышала Наталья голос пилота.

Вперед снова выдвинулись «ганшипы». С помощью пулеметов и ракет они стали «зачищать» окрестности, готовя таким образом зону для высадки и избавляясь от возможной засады. Снова вокруг замельтешили белые дымовые полосы.

Наконец первое звено долетело до дальнего конца выбранной для посадки площадки, и треск пулеметов, бивших по окружавшим ее кустам, несколько ослабел. Когда «зачистка» была полностью завершена, вертолеты один за другим начали опускаться на траву.

– Они в перелеске! – крикнул вдруг Роджерс.

Наталья посмотрела вниз, но не увидела ни одного вьетконговца – за окном мелькали лишь вспышки от выстрелов.

Едва вертолеты коснулись полозьями земли, десантники один за другим выскочили из машин и побежали к краю площадки. Началась яростная перестрелка с засевшим в перелеске противником. Потом разом все стихло.

– Ушли, – устало сообщил Роджерс Наталье, вернувшись. – Хотя и близко подобрались…

Подвели итоги: за время перелета к лагерю двенадцать машин было повреждено и три – сбито. Погибли два пилота и два стрелка.

Лагерь располагался в зоне Лима. За несколько месяцев пребывания здесь это место – усеянная сухими рисовыми полями большая равнина и проходившая неподалеку от нее дорога – стало Наталье уже хорошо знакомым.

Как только раненых выгрузили из вертолетов, «ганшипы», для порядка покружив над полем, улетели. Видимо, «поддерживать» другую группу.

Где-то за перевалом начинались влажные рисовые поля, тянувшиеся на протяжении нескольких миль на восток. Наблюдая, как вынесенных из вертолетов раненых транспортируют в джип для последующей доставки в госпиталь, Наталья заметила шедшего по дороге старика. Перед ним медленно и лениво тянулась цепочка буйволов, на которых восседали ребятишки. Видимо, возвращались с работы. Увидев вертолеты, старик остановился. Потом приблизился к Наталье и сказал: