возбуждения и мне хотелось большего. Гордость и стыд уступили под напором наслаждения, и я уже была не в состоянии контролировать себя. Перед глазами всё ещё горели красные, пленительные глаза демона, а его язык… Его язык скользнул к нежным складкам, проникая глубоко, в то время как сильные руки сжали ягодицы, заставляя меня чуть приподнять бёдра навстречу его ласке. Теперь все мои мысли были заняты лишь одним им и от стыда и гордости не осталось ровным счётом ничего, их полностью вытеснило желание и жажда ощутить большее.
Аугеранг отстранился от меня, расстегнув пряжку и молнию на штанах, позволяя мне увидеть его достоинство. На мгновение страх снова вернулся, молнией пробежавшись от макушки, до самых пяток, но моё возбуждение оказалось сильнее, и я лишь снова прикусила губу, дрожа от нетерпения и пульсирующего внизу желания. Возбуждение демона было видно не только по выглядывающему из его штанов достоинству, но и по загоревшимся на смуглой коже рунах, пылающих словно жидкий огонь.
Коснувшись моего живота указательным пальцем, Аугеранг вывел на нём какой-то узор и моё тело на мгновение охватил жалящий до боли жар, превратившийся в приятно ласкающее кожу тепло.
Сразу же после этого, Аугеранг на несколько секунд прижал меня своим телом к кровати, и я почувствовала, как его достоинство скользит между моих ног, касаясь уже влажных складок, и медленно, осторожно входит в меня.
Вместо ожидаемой боли, тело пронзило удовольствие, заставившее меня хрипло застонать и податься вперёд, чтобы прижаться к широкой груди демона и обхватить его за шею.
Аугеранг по началу двигался плавно и неспешно, словно позволяя мне привыкнуть к себе, то и дело опускаясь к моим губам, раз за разом срывая с них поцелуи. Но вскоре его темп ускорился, движения стали жёстче, а во взгляде уже открыто пылал огонь. Он проникал так глубоко в меня, что дышать стало тяжело, и я с жадностью глотала воздух, задыхаясь от удовольствия.
Неожиданно схватив меня за волосы, демон заставил меня запрокинуть голову, и начал жадно, даже как-то неистово целовать мою шею.
Наслаждение накатывало волнами, туманя разум и разрывая связь с реальностью. В какой-то момент я поймала себя на том, что двигаю бёдрами в такт с мужчиной, наслаждаясь его прерывистым дыханием и тихим рычанием, то и дело срывавшимся с его губ. Перед глазами всё поплыло, а низ живота обожгло удовольствием, и я уже чувствовала, как внутри всё пульсировало и сжималось, как волны наслаждения раз за разом накатывали на тело.
Силы были уже на пределе, когда зарычав, Аугеранг последний раз вошёл в меня и замер, до боли сжав в своих руках. Я тихо вскрикнула, когда наслаждение дошло до своего пика, став таким безмерным, что мне показалось, что я сейчас полностью растворюсь в нём. Но оно довольно быстро прошло, оставив после себя усталость и приятную боль в теле.
— Моя сладкая, вот только попробуй после этого сказать, что тебе не понравилось. — Вмиг переменившись в лице, снова став тем высокомерным демоном, который встретил меня в этих покоях, Аугеранг отстранился от меня. — Если рискнёшь намекнуть, что я заставил тебя, и ты этого не хотела, то я лично тебя высеку.
Я промолчала, наблюдая за тем, как демон, встав с кровати, быстро одевается, словно желая как можно быстрее уйти отсюда. После напряжения и пережитого удовольствия, моё тело дрожало и было сковано такой сильной слабостью, что у меня не было желания ни двигаться, ни говорить. Гордость медленно просыпалась, смотря на меня с прямым укором. Сначала так упёрто твердила, что не дам ему добровольно воспользоваться собой, а потом… А потом я сама не смогла контролировать свои желания, поддавшись их соблазну.
И что теперь? Буду постоянно удовлетворять потребности демона пока ему не надоем? Интересно, а есть ли возможность сбежать отсюда? А если сбегу, то куда я пойду? К родным, которые продали меня демонам?
От такой перспективы я горько улыбнулась, хотя мне захотелось их увидеть. Посмотреть им в глаза и спросить, за что они так со мной поступили. Может мне стоит искать помощи у друзей? Так никто не решится укрывать меня у себя. Одна, без крыши над головой и, самое главное, без денег, я долго не протяну. Да и вообще, что-то я сильно забегаю вперёд. Я ещё не вырвалась из замка, но уже думаю о том, что буду делать дальше.
— И о чём ты только думаешь с таким серьёзным лицом? — с интересом спросил Аугеранг, внимательно посмотрев на меня. Такой спокойный и расслабленный, словно только что ничего особенного и не произошло.
Набравшись храбрости, я задала самый важный на данный момент вопрос:
— Что будет со мной, когда я вам надоем? — Мой голос прозвучал неожиданно тихо, словно мне было даже неловко спрашивать о таком, но зная о превосходном слухе выходцев из Сумеречных земель, я не сомневалась, что меня услышали.
Аугеранг замер и задумчиво нахмурился, но лишь на мгновение. Почти сразу же он улыбнулся, как-то хитро и пошловато взглянул на меня, одним этим взглядом заставив меня покраснеть от неловкости.
— Сладкая моя, не волнуйся и не думай об этом, — туманно ответил Аугеранг, быстро застёгивая пуговки у горловины.
Но как раз эти его слова и заставили меня занервничать ещё сильнее. А вдруг он отдаст меня в этот их общий гарем, на развлечение демонической аристократии?
— Вы отпустите меня домой? — Я не желала оставлять мучивший меня вопрос без внятного ответа. Мне казалось, я заслуживаю знать о своей предстоящей участи.
Демон весело рассмеялся и, облизав тонкие губы, покачал головой.
— Нет милая, домой я тебе не отпущу. Да и о каком доме ты говоришь? Хочешь вернуться к предавшим тебя людям?
Его слова больно задели меня, но ещё неприятнее было оттого, что я была полностью с ними согласна. Дороги назад для меня больше нет. Но меня злило, что он так спокойно об этом говорил. Словно это ни по его милости я сейчас не дома, не с семьей, и не представляю собой временную игрушку для развлечения.
— Тогда вы сдадите меня в гарем? — мрачно задала следующий вопрос, но в ответ Аугеранг снова звонко рассмеялся, словно ничего забавнее в жизни не слышал.
