Когда он заметил все эти женские прелести, в нем забурлило желание, дыхание застыло в горле, а бедра затвердели, что было совсем некстати.
Грейс напряглась, между ними в воздухе повисло молчаливое ожидание; глаза Люсьена Сен-Клера почернели, когда он, прищурившись, посмотрел на нее.
Она выпрямилась.
— Думаю, вам давно уже пора вернуться в свою комнату милорд.
— Неужели? — Он повернулся на бок, оперся локтем на полушки и приподнялся, чтобы посмотреть на нее. — Но я нахожу твою спальню гораздо более удобной, чем моя, Грейс.
Его голос был низким, хриплым и соблазнительным.
Грейс широко раскрыла глаза.
— В каком смысле, милорд?
— В таком, что здесь ты, моя дорогая Грейс.
Люсьен улыбнулся, сразу же рассеивая впечатление высокомерного цинизма, который, как она думала, был частью его характера, когда их только представили друг другу. На самом деле сейчас он выглядел мальчишески привлекательно — особенно после тех кошмаров, свидетелем которых она стала.
Но это была иллюзия. Люсьен Сен-Клер был далеко не мальчиком. Он был не только закаленным солдатом, но также стал развратником после своей отставки. Мужчиной, одержимым поисками удовольствия.
Пристальный разгоряченный взгляд, медленно скользнувший по ней, сверху донизу, дал ей понять, что сейчас объектом этого удовольствия стала она!
Тепло распространилось по всему ее телу, Сен-Клер выглядел таким загадочным и красивым, лежа в ее кровати; простыня упала, когда он повернулся на бок, и обнажила его мускулистую грудь, плоский живот, изгиб бедер с темными волосами, продолжающимися в глубокой впадине к бедрам, таким крепким и…
Грейс снова потрясенно посмотрела на него, цвет ее щек стал еще ярче, когда он насмешливо вскинул брови, открыто смеясь над ее испуганной скромностью. Она поджала губы.
— Если вы пытаетесь заставить меня волноваться милорд, то зря стараетесь.
— Безуспешно? — Он сел на кровати, опустив ноги на деревянный пол, обмотав простыню вокруг бедер; но это плохо скрыло волнение его тела, которое так испугало Грейс несколько секунд назад. — Тогда я в невыгодном положений, Грейс… Потому что быть с тобой здесь наедине… Все это до чертиков взволновало меня! — с иронией признался он.
Ее глаза предостерегающе заблестели.
— Не пытайтесь играть со мной, милорд…
— Играть, Грейс? — хищно улыбнулся он. — Ты называешь желание, которое ты так очевидно пробудила во мне, простой игрой?
По правде говоря, потребовалось время, чтобы интерес, который Люсьен испытывал к женщинам, переродился в вялое любопытство. Замужние дамы из высшего общества, те красивые и скучающие дамы, ищущие короткие и ничего не значащие интрижки, нужные им для того, чтобы отвлечься от занудного брака, были слишком легки для завоевания.
Не то чтобы он и в самом деле собирался закрутить интрижку с мисс Грейс Хетерингтон, подопечной герцогини Карлайн, но Люсьен не мог отрицать тот факт, что она будет интересным экземпляром в его коллекции. Большинство молодых женщин на ее месте прямо сейчас выбежали бы из комнаты с криками. Так что, возможно, он может позволить себе — и ей — несколько безвредных поцелуев? В конце концов, будет жаль не оправдать той характеристики, которую дал ему Френсис-Уинтер накануне вечером!
— Иди ко мне, Грейс. — Он протянул ей навстречу руку. Девушка отскочила от него, словно это была не рука, а готовая напасть змея. — Или, может, ты предпочитаешь, чтобы я подошел к тебе?
Его вызов — и нагота! — были очевидны.
Как он и ожидал, Грейс Хетерингтон не обрадовало такое предложение, и она сердито посмотрела на него.
— Я отказываюсь принимать участие в этой нелепой игре, милорд…
— Разумеется, моя Грейс, раз уж я здесь, в твоей комнате, сижу у тебя на кровати, может, будет более уместно называть меня Люсьеном? — промурлыкал он, растягивая слова; его расслабленная и ленивая поза была обманчива.
— Это будет совершенно неуместно — как и ваше нахождение в моей комнате! — в ярости посмотрела на него Грейс. — Если вас обнаружат здесь, это вызовет ужаснейший скандал.
Люсьен не мог не согласиться с этим. Даже Хок, его старший брат, чья суровая манера поведения стала более мягкой и терпимой после его женитьбы на Джейн в прошлом году, осудил бы Люсьена за то, что он соблазняет такую невинную девушку, как Грейс Хетерингтон. Или притворился бы, что осуждает!
Он насмешливо посмотрел на нее.
— Тогда чем быстрее ты сделаешь то, что я скажу, тем лучше будет для всех, ты так не думаешь?
Грейс с раздражением посмотрела на Люсьена, понимая, что он снова играет с ней, но не знала, как ответить в такой ситуации — ведь она раньше никогда с таким не сталкивалась; о том, что ей следует взять его протянутую руку, даже речи не могло быть. Но если она этого не сделает, то Люсьен пройдет к ней через всю комнату голым!
— Heт, я совсем так не думаю! — резко ответила она, сделав три нетерпеливых шага по комнате. Она проигнорировала протянутую руку, сердито посмотрев на него; их лица оказались на одном уровне. — Вот… Я сделала как вы просили. Теперь, пожалуйста, покиньте комнату.
Легче сказать, чем сделать, иронично заметил про себя Люсьен, когда его возбуждение усилилось почти до болезненной степени; если он сейчас встанет, это будет настолько заметно, что у этой невинной молодой девушки случится удар. Или, может быть, нет?.. В конце концов, она отлично справилась с тем, кого сочла за злоумышленника в своей спальне.
— Возможно, ты сначала захочешь поцеловать меня, — склонил голову он.
Ее серые глаза потемнели от гнева и стали мрачнее тучи.
— Вы мужчина, и вам почти тридцать лет, а не три года!
Люсьен согласно кивнул:
— Но возраст не умаляет боль от моей травмы.
— Вы невыносимы, милорд…
— Люсьен.
— Фамильярность не делает ваше поведение менее возмутительным!
Он улыбнулся, обнажив зубы.
— Поцелуй, Грейс, единственный поцелуй. А потом я сразу же покину твою спальню, обещаю.
Сердце Грейс уже билось с предельной скоростью, почти выскакивая из груди от одной только мысли, что она прикоснется губами к этому мужчине — пусть даже к темным шелковистым волосам, в том месте, куда она ударила его кувшином. Прикасаться к нему, пока они наедине в ее комнате будет абсолютно неправильно, но это означало, что потом он уйдет…
— Один поцелуй? — сердито посмотрела на него она.
Его улыбка снова стала мальчишеской.
— Один поцелуй, Грейс.
Ее пульс участился, когда он легко встретился с ней взглядом, а сердце застучало еще сильнее, когда она вдохнула его мужской запах. Ее ноги дрожали так сильно, что Грейс не была уверена, что они смогут, долго удерживать ее.
