Пилить бюджеты всех уровней — тренд «нулевых». Даже странно, что Гельман так долго шел к спасительной для его «интеллектуального бизнеса» идее. И точно так же, как нынешнее «информационное обеспечение» не имеет никакого отношения к журналистике, так и современные арт-практики далековаты от прекрасного и возвышающего душу искусства. Сегодня в России вместо журналистики — «белый» и «чёрный» пиар, вместо искусства — политизированный дизайн. Т. е. фактически перед нами глубоко эшелонированная идеологическая фальсификация. Уместно тут вспомнить экономиста Василия Симчеру, который, размышляя о протестных настроениях после выборов 4 декабря 2011 года в Государственную Думу, заметил: фальсифицированы не выборы, фальсифицирована вся наша жизнь.
Питает творцов этой системы бюджетное меценатство. А налогоплательщик? Его не спросили, мнение граждан никому не интересно. Властям «протесты общественности» против тельмановской «культурной революции» глубоко по барабану: губернаторы у нас не избираются, а назначаются по непонятным для населения критериям. Потому глава Пермского края Чиркунов со спокойной душой вверг подведомственные ему города и веси в жесточайший эксперимент: неуклонно сокращая местные «очаги культуры» (за время его правления закрыто 273 клуба, 214 библиотек, 308 киноустановок), он щедро оплачивает арт-насильнические акции Гельмана и Ко. Таким образом губернатор поднимает свой авторитет в глазах Владислава Суркова и — опосредованно — в очах Владимира Путина. Ну, а думы народные на сей счёт — дело десятое для человека, семья которого живёт в Швейцарии, а жена и дети — двупаспортные.
Пермская интеллигенция многократно просила избавить их город от Гельмана и его команды. Вот цифры из письма, направленного Дмитрию Медведеву. Подписанты вопиют: трехлетний бюджет на культуру почти 2 млрд руб., при этом «местных» ужимают в расходах, зато Гельману ни в чем отказа нет. Тут тебе и арт-объект «Сфера» — около 5,0 млн руб.; и 241 тыс. руб. за буквы «ВЛАСТЬ» у здания заксобрания края; и по 102 тыс. руб. за каждого из трех «трэшменов» (человечков с мусорками). В 8 млн руб. (по другим данным — 9,8 млн. — Авт.) обошлась налогоплательщикам 12-метровая буква «П» из еловых брёвен; в 35 млн руб. — строительство арт-объекта «Стена» у драм-театра (решетчатая структура из клееного бруса высотой 9-12 м через всю площадь по диагонали); 112 млн руб. ушло на гельмановский фестиваль «Белые ночи» (для сравнения: на повышение зарплаты муниципальным бюджетникам с 01.06.2011 г. на 6,5 % выделено 68 млн руб.)… И т. д. и т. п.
Ответа на свой «крик души» жители «культурной столицы» не получили. В Москве так принято — на челобитные холопов отвечать новыми порками. И что из того, что не доросли жители Перми до матерных виршей и стихов о волосатых лесбиянках, которые теперь считаются шедеврами на гельмановских фестивалях, или до спектаклей с голыми стриптизершами (детище театра «Сцена-Молот», арт-директор Эдуард Бояков). Кстати, созданные за госсчет «высокохудожественные» мусорки, буквы и столбы принадлежат не городу и не краю, а гельмановскому Музею современного искусства PERMM. По истечении 11 месяцев с момента, как «объекты» были выставлены на всеобщее обозрение, они, согласно договорам, подлежат демонтажу. «Схема искусства траты денег и заметания следов, как видим, проста до безобразия», — замечает Сергей Оболенский из «Собеседника. ру».
* * *
Ныне самый востребованный литературный жанр в России — не беллетристика и даже не публицистика. Настоящие бестселлеры — сухие юридические документы из интернет-проекта «РосПил». Например, о том, как отоваривается чеченское МВД, или как в Сочи строят дороги, а Высшая школа экономики размещает госзаказы.
В Перми пока нет своего блогера Навального, но можно предположить, что скоро он появится. Искусство здесь обогащает — в прямом смысле слова. Подтверждение тому — «поэма в цифрах», подписанная Владимиром Шуклецовым, и. о. председателя Контрольно-счетной палаты края. Отчет от 1 декабря 2011 года охватывает временной отрезок в два с половиной года.
Интересная цифирь: за указанный период зарплата сотрудников Музея современного искусства PERMM выросла в 2 раза — до 34 835 руб. А вот у тех, кто работает в Пермской художественной галерее, доходы существенно ниже — 6,6–9,9 тыс. руб. Т. е. на русское классическое искусство и на его хранителей — тьфу, главное — поддержать создателей маленьких туалетов «типа сортир». Добавим к этому, что Пермский краеведческий музей на правительственном часе в Совете Федерации был назван министром культуры Александром Авдеевым в числе тех, где выявлено наибольшее количество утрат экспонатов. Это связанно с ветхим состоянием здания и плохими условиями хранения.
Листаем «поэму» дальше. Минкультуры края допустило нецелевое использование бюджетных средств — люди катались за госсчет во Францию, Германию, Швецию, Бельгию, Австрию и др. мимо сметы, залезая в карман налогоплательщика (1 млн 253 тыс. руб.). В отчёте фигурируют фамилии соратников Гельмана: Бориса Мильграма (в 2008–2010 гг. — краевой министр культуры), Николая Новичкова (преемник Мильграма на посту министра, ныне руководитель «Культурного альянса»), Александра Протасевича (ныне и. о. министра), Вероники Вайсман (бывший замминистра культуры, ныне директор проектного офиса «Инновации в культуре и развитие городской среды»). Но разве культурные люди нарушают законы?! Так, Мильграм трижды съездил в Цюрих по «вопросу разработки концепции Пермской художественной галереи», прокатал 144 тыс. руб. государственных денег, но концепции так и не появилось (наверное, надо ещё съездить раз пять!). Зато Мильграм пошел на повышение — он теперь вице-премьер правительства края.
Вообще, с галереей беда. 7 млн 610 тыс. руб. были потрачены в 2008 году на архитектурный конкурс по созданию её проекта. Аудиторы Счетной палаты признали эти расходы неэффективными, так как проекты не реализуются (хотя победители конкурса получили деньги из бюджета). За последующие три года минкультуры края так и не решило вопрос с отводом земельного участка для строительства галереи.
И снова о деньгах. Руководитель театрального проекта «Сцена-Молот» из команды Гельмана Эдуард Бояков получает 98 тыс. руб. в месяц. У него есть двойник — художественный руководитель Юрий Милютин с окладом в 112,9 тыс. руб. Есть и дорогостоящий режиссер — Дамир Салимзянов (92 тыс. руб. в месяц) с дешевым дублёром (оклад 9,1 тыс. руб). «Фактически в театре за счет бюджетных средств содержится 2 художественных руководителя (или 3 — по уровню оплаты труда) и 2 режиссера, что не отвечает требованиям эффективного расходования бюджетных средств, в связи с чем 4 млн 216 тыс. руб. признаются неэффективными для краевого бюджета…» — следует из отчета.
А какой эффект от существования еще одной мутной «инновационной» конторки — «Центра по реализации проектов» (директор Вячеслав Торчинский, бывший владелец рекламного агентства «Новая волна»)? Лишь в первом полугодии (!) 2011 года расходы этой организации на разработку концепций, идеологий, программ составили 7 млн 914,9 тыс. руб. И следом карьерный взлёт — Торчинский становится председателем комитета по культуре Перми! Вот уж действительно: лучший бизнес — это госбюджет. Да и упоминавшаяся Вероника Вайсман рулит инновациями за счет народного кармана: в её проектном офисе 4 штатных единицы, каждая из которых обходится налогоплательщикам в 90 тыс. руб. В месяц.
Итак, в Перми создана уникальная система по распилу бюджетных денег, объединяющая столичных «гастролёров» и местных «инновационных» чиновников. При этом «до сих пор министерством культуры Пермского края не разработаны стандарты оказания государственных услуг. Как оценивать картинки, лекции, круглые столы, концепции, работу заезжих „гастролеров“? Минкульт производит эту оценку на свой и Марата Гельмана „глаз“. И это один из ответов, почему такое бездумное использование бюджетных средств на непонятные „концепции“ и „проекты“ стало возможным», — пишет Татьяна Соколова в «Пермском обозревателе».
* * *
Понятно, что передовой опыт Перми по распилу бюджета следовало распространить на другие города и веси: больше охват — выше доход. В июне 2010 года газеты сообщали: президиум генсовета «Единой России» утвердил новый партийный проект «Культурный альянс (региональный аспект)». Инициатор — Марат Гельман. Напрочь забыта оппозиционность, которой когда-то козырял галерист в Нью-Йорке: «Надо очень четко понимать, что в России существует большое количество людей, которые не принимают вот эту путинскую Россию, имея в виду Россию второго срока. При этом, эти люди не принимают и всех врагов Путина тоже. То есть, условно говоря, весь этот политикум наш — это клоуны и андроиды. Андроиды, роботы — это те, кто за Путина, а клоуны — это оппозиция. Всерьез участвовать на какой-то из этих сторон невозможно».
