Она догнала его на лестнице:
— Ваше величество, я хочу с вами поговорить.
Он медленно повернулся к ней и удивленно поднял брови:
— Похоже, ваша голова уже не болит.
— Болит, — коротко ответила она. Ее щеки горели, а тело дрожало от напряжения. — Вы должны извиниться передо мной. Ваша грубость непростительна.
— Это я груб?
— Да. Вам должно быть стыдно! Я не думала, что вы настолько плохо воспитаны.
Его лицо потемнело.
— Могу сказать то же самое о вас. Вы помолвлены со мной, но до сих пор продолжаете держать меня за дурака…
— Как вы смеете?!
— Не надо сцен, Эммелина. Я все знаю.
— Что вы знаете?
— Я знаю, что вы делали в Палм-Бич.
— Я была на показах мод и званых обедах, а также на благотворительной игре в поло.
— Чудесно! — ответил он, поднимаясь по лестнице с кошачьей грацией, от которой у Ханны перехватило дыхание. — Надо же, благотворительная игра в поло! Ближе к делу, пожалуйста. Не отходите от темы.
— Я понятия не имею, о чем вы говорите.
— Вы не должны туда ездить.
Они с Зейлом достигли конца лестницы. Его огромный рост и мощная энергия подавляли Ханну — ей не нравилось, как он возвышался над ней.
— Что вы имеете в виду?
— Эммелина, я знаю, зачем вы ездили в Палм-Бич. Вы встречались с ним и проводили каждую свободную минуту во Флориде с ним.
Ханна была ошеломлена. Неужели Эммелина встречалась с кем-то еще, будучи помолвлена с королем Патеком? Как она могла?
— Нет, — прошептала она, не желая верить в то, что очаровательная Эммелина д’Арси изменяет своему жениху. — Это неправда.
— Мало того, что вы встречались с ним все время нашей помолвки, так вы еще и сейчас мне врете! Вас очень часто видели вместе. Наши общие друзья рассказали об этом.
Ханна похолодела.
— Какие друзья? — пробормотала она в ужасе. Неужели Зейл и Эммелина в таких отношениях? Как можно жениться, когда настолько не доверяешь человеку?
— Какая разница, какие? — устало ответил Зейл. — Главное, что это правда. Вы проводили все свободное время с Алехандро. Я даже не был уверен, что вы прилетите сюда.
Ханне стало горько. Так вот почему Эммелина захотела поменяться с ней местами! Она хотела провести больше времени со своим любовником. Нет, этого не может быть… Неужели принцесса столь холодна и расчетлива? Ханна покачала головой. Она чувствовала себя обманутой и сожалела о том, что начала эту ужасную игру. Она думала, что поменяться местами с Эммелиной на несколько часов — всего лишь невинная уловка, но оказалось, что на карту поставлено очень многое.
Страны. Королевства. Самоуважение короля. Она была готова расплакаться, и ей пришлось отвернуться, чтобы сохранить самообладание.
— Простите, — сказала она, думая о том, что слова ничего не изменят.
Эммелина все равно не приехала, а она, Ханна, лишь выдает себя за нее. Игра продолжается, и Зейл Патек вновь обманут. Ее отцу было бы стыдно за Ханну, если бы он увидел ее сейчас. Он воспитал ее сильной, независимой и правдивой. Правдивой. Но сейчас она поступает нечестно. А Зейл заслуживает лучшего. По меньшей мере, того, чтобы ему сказали правду.
— И все же вы приехали, — сказал он, нарушая напряженное молчание. — Вы собираетесь остаться? Или просто ждете удобного момента, чтобы сбежать?
Ханна раскрыла рот от удивления. Но что она могла сказать? Ничего. Поэтому она просто смотрела на короля, всем сердцем желая рассказать ему правду, но не зная, с чего начать.
А Зейл тем временем развернулся и двинулся вниз по лестнице.
Зейлу нужно было срочно выйти на свежий воздух. Он вышел из дворца и отправился к старинной башне замка с толстыми стенами и парапетом, построенной около тысячи лет назад. Мальчиком он любил прятаться в этой башне — там его не могли найти ни родители, ни братья. На вершине башни он чувствовал себя свободным. А сейчас ему как раз нужна была свобода, чтобы передохнуть и поразмыслить.
С парапета открывались завораживающие виды обнесенного стеной средневекового города, расположившегося между зелеными склонами гор и Адриатическим морем.
Во время разговора с Эммелиной он совершенно потерял контроль над собой — чего не случалось с ним очень давно, уже много лет. Еще до ее приезда он знал, что есть проблемы, что ему нужно провести с ней некоторое время, прежде чем принимать решение. Но проведенное с ней время ничего не давало ему, а лишь сводило его с ума. Как может одна женщина вместить в себе столько разных качеств? Она всегда была красива, но никогда не была столь сильна и яростна, как сейчас.
Он смутно помнил Эммелину, которую видел на приеме по случаю помолвки год назад. Нынешняя Эммелина была похожа на нее внешне — разве что ее фигура была чуть крупнее — и столь же умна и красноречива. Но все остальное было другим — выражение лица, жесты, интонации… И кто же был настоящей Эммелиной — прекрасная, но холодная принцесса, похожая на мраморную статую, или же живая, эмоциональная, обаятельная девушка, которая легко краснеет и быстро говорит? Которая ответила на его вчерашней поцелуй с таким жаром и чувственностью? Может, если бы он был простым человеком, он выбрал бы страсть и эмоции. Но он был королем — и отвечал за будущее своей страны.
Эммелина, при всей ее красоте, не представлялась ему той принцессой, в которой он нуждался. Страстные натуры вызывали у него восхищение, но его будущая жена должна быть надежна и сильна духом. Нынешняя Эммелина казалась ему сильной, но, может, она просто играет? До свадьбы всего девять дней. Как он может рисковать своей страной, женясь на «темной лошадке»? Нет, он не может этого допустить. Но если он хочет порвать с ней, надо сделать это быстро. Он возьмет на себя вину за разрыв, выплатит штраф и будет свободен. И чем больше он будет тянуть с этим, тем хуже окажутся последствия.
Тем временем Ханна беспокойно расхаживала по гостиной своих апартаментов. Ее нервы были напряжены до предела. Она должна была рассказать ему все. Признаться, кто она такая, попросить прощения за обман и улететь домой. Но она этого не сделала. И он ушел, думая, что все еще может наладиться.
Тут в комнату вошла леди Андреа:
— Ваше высочество, сейчас стилисты будут делать вам макияж и укладку для портрета. Вы готовы?
Ханна открыла было рот, чтобы запротестовать, но не решилась. Дело зашло слишком далеко, и ей оставалось только ждать приезда Эммелины.
— Да, я готова.
Через три часа после стычки с Зейлом Ханна все еще сидела в кресле перед зеркалом, наблюдая, как Камилла, персональный парикмахер Эммелины, сбрызгивает ее волосы лаком.
