— Возможно, — изысканно вежливо ответила Кэролайн. — Девушка должна смотреть в будущее, синьор Викари, а что может быть лучше вложения денег в предметы искусства?
Викари с отвращением взглянул на нее, и его крепкие белые зубы скрипнули от гнева. Надменным жестом он указал ей на стул, и Кэролайн повиновалась с негодующим видом, который он то ли не заметил, то ли просто проигнорировал. Из кармана своего безупречно пошитого костюма он вытащил тончайший платиновый портсигар и вежливо предложил ей. Когда Кэролайн отказалась, спросил ее разрешения закурить и задумчиво уставился на нее сквозь пелену дыма. Кэролайн терпеливо ждала, когда он заговорит. Наконец, внимательно изучив ее неряшливый внешний вид, Викари спросил:
— Насколько хорошо вы знали Вито, мисс Линдсей?
Кэролайн уже собиралась ответить, что вообще его не знала и не желала бы знать, но тут вспомнила уничижительные замечания Викари насчет предметов искусства и то, что он, очевидно, принял ее за Доринду. Тогда она приняла наигранно-равнодушный вид и ответила:
— Насколько в наше время можно знать отца своего ребенка. Нам было хорошо вместе, очень хорошо, но, к несчастью, я осталась с малышом на руках, в то время как милый Вито совершенно свободен, а его преданный кузен готов прикрыть грешки родственника. Полагаю, вы прибыли с этой целью, синьор Викари? Предложить компенсацию матери его ребенка? И как часто вам приходится выполнять подобную работу? Она вам по вкусу?
Кэролайн была поражена своими актерскими способностями, причем ее голос звучал все презрительнее, стоило ей лишь подумать о страданиях Доринды и покинутом родителями маленьком Вито.
Внезапно рука Викари схватила ее за запястье. Его стальные пальцы впились в ее нежную кожу. Ледяным голосом он произнес:
— Вито мертв, мисс Линдсей, и погубило его собственное безрассудство, когда он сел на не вполне пригодный для полета самолет, чтобы побыстрее добраться до вас. Если бы он дождался рейса на исправном самолете, то был бы теперь жив, но нет, его любовь к вам была настолько сильна, что он был не в силах потерпеть даже несколько дней. Обугленные останки самолета нашли в глухом месте, после того как жена пилота добилась, чтобы на поиски пропавших была послана спасательная экспедиция. По всем признакам они оба погибли.
Глаза Кэролайн потемнели от ужаса, когда Викари бросил ей в лицо эти слова без тени сочувствия. Его пальцы по-прежнему сжимали ее руку, но она больше этого не чувствовала. Сердце Кэролайн переполнилось болью, когда она подумала, как будет страдать Доринда, узнав о гибели Вито. С безмолвной мольбой Кэролайн подняла глаза:
— Нет! Пожалуйста, скажите, что это неправда! Этого не может быть! Что будет с ребенком? Как мне воспитать его без отца? — Она подумала, что весть о гибели Вито еще больше отдалит Доринду от сына и вызовет у нее еще большую депрессию.
Кэролайн в отчаянии заломила руки. Пальцы Викари оставили на ее запястье глубокие полосы, и когда к ним постепенно прилила кровь, они стали ярко-красными, уродливыми. Викари взглянул на ее руку, и его щеки покраснели. Он нежно взял Кэролайн за запястье и принялся поглаживать кончиками пальцев. Его гнев мгновенно улетучился при виде ее очевидного горя, и он заговорил мягким голосом:
— По этой причине я и приехал, мисс Линдсей. Чтобы позаботиться о вас обоих. Мой кузен хотел бы этого. Я многим обязан Вито и его матери и пришел к вам, чтобы исполнить его желание. Я только надеюсь, что вы согласитесь на мой план.
Кэролайн подозрительно посмотрела на него. Она не верила его мягким манерам. И хотя говорил он ласково, его уверенный вид свидетельствовал о том, что ей придется подчиниться, хочет она того или нет.
— Какой план?
— Я решил, что для нас самым простым выходом из ситуации было бы пожениться.
Не успел он закончить эту фразу, как Кэролайн вскочила и гневно закричала:
— Вы сошли с ума! Пожениться? Да я лучше умру! — Ее голубые глаза метали молнии.
Доменико откинулся на спинку кушетки, небрежно закинул ногу на ногу и так прищурился, что его глаза превратилась в две узкие щелочки. Холодным и четким тоном он повторил свое предложение. Кэролайн чуть не задохнулась от ярости, но не успела она найти уничтожающие слова, как он продолжил:
— Ребенок получит воспитание, достойное положения его отца. Его жизнь будет обеспечена, а когда он достигнет совершеннолетия, то автоматически станет партнером одной из крупнейших и известнейших в Италии, а также во всем мире фирм, занимающихся экспортом и импортом. Кроме того, он унаследует значительное состояние. Неужели вы хотите лишить его таких возможностей из-за простой неприязни ко мне? — И, немного помолчав, добавил: — Уверен, что вы сумеете примириться со мной, если я предложу вам беспечную и роскошную жизнь.
Кэролайн был отвратителен его уверенный и насмешливый взгляд. Она почувствовала, что ей доставило бы огромное удовольствие ударить по этому надменному, невероятно красивому лицу. Она свирепо уставилась на него, всей своей позой бросая ему вызов, но ее негодование тут же сменилось смущением, когда она заметила, что его взгляд скользит по ее фигуре, а в уголках губ играет легкая улыбка, словно он нарочно пытается смутить ее этим наглым, бесцеремонным разглядыванием. Кэролайн резко отвернулась, чтобы скрыть выступивший на лице румянец. Ей казалось, что она вот-вот сгорит от стыда, но девушка не хотела показывать Викари своего смятения.
Через несколько минут она взяла себя в руки и почувствовала, что теперь в состоянии посмотреть ему в лицо. Кэролайн отвернулась от окна, за которым играл малыш Вито, и отчетливо, язвительно произнесла:
— Синьор Викари, я не сомневаюсь в искренности ваших намерений и в том, что вы желаете нам помочь. Я также не сомневаюсь, что вы в состоянии обеспечить нас, но должна твердо отказаться от вашего предложения, потому что считаю, что мы абсолютно не подходим друг другу. Если я выйду замуж, то только за человека, которого полюблю и который полюбит меня. У меня нет желания устраивать брак по расчету, несмотря на то что вы, вероятно, думали иначе, отправляясь сюда. А теперь попрошу вас уйти. Знакомство с вами было настоящим испытанием.
Кэролайн подошла к двери и распахнула ее, ожидая, что Викари покорно выйдет, совершенно уничтоженный ее ледяным тоном и величественной манерой.
К ее удивлению, он поднялся и выполнил ее молчаливую просьбу. Да еще по пути к двери помедлил и отвесил ей легкий поклон. В это мгновение Кэролайн заметила веселые искорки в его темных глазах и поплотнее закрыла рот, чтобы удержать сердитые слова, которые так и вертелись у нее на языке. Викари посмотрел на свои изящные золотые часы, должно быть, удивился, сколько прошло времени, и поспешно проговорил:
