Читаем без скачивания Лелик едет на рыбалку - Алекс Экслер

– Знаешь что, Макс, – сказал генерал. – В который раз убеждаюсь, что все штатские умники на деле оказываются редкостными дебилами. Зачем нам солдаты?

– Ну как зачем? – растерялся Макс. – Переходить на тот берег. Прибор испытывать.

– Во-во, – как бы про себя пробормотал генерал. – Редкостный идиот… Макс! Ты можешь подумать своей головой?

– Могу, – твердо сказал Макс. – Еще выпью и сразу смогу.

Генерал с Максом выпили.

– Так вот, – начал генерал. – Кидаю я коробочку в речку, она высвобождает кинескопическую энергию…

– Кинологическую, – поправил Макс.

– Пофиг, – сказал генерал. – Значит, высвобождает киноэнергию, вода расступается. Так?

– Так.

– Что лежит на дне?

Макс задумался.

– Ну, бутылки всякие, банки. Может быть, пара утопленников.

– Сам ты утопленник! – заорал генерал. – Рыба там лежит! Рыба! И мы эту рыбу быстро на дне и собираем. Понял, идиотская твоя башка?

– Понял! – радостно заорал Макс. – Теперь понял, товарищ генерал! Вот здорово…

– А это не опасно? – внезапно спохватился Макс. – Прибор ведь еще не испытывали.

– Волков бояться – в лес писать не ходить, – веско сказал генерал. – Ну что, кидаю?

– С Богом, – ответил Макс.

Они тяжело поднялись, генерал достал из штанов небольшую коробочку, подошел к берегу, нажал кнопку и кинул прибор в реку… Несколько секунд ничего не было видно, а потом вдруг раздался ужасный взрыв и река огромными волнами бросилась в разные стороны. Самое ужасное заключалось в том, что вода расступалась не по руслу реки, а по всем направлениям, то есть в сторону поляны покатилась огромная волна. Лелик, как завороженный, следил за тем, как вода мчится по направлению к нему, но от ужаса не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой. "Кранты", – смекнул Лелик, и в этот момент волна его и накрыла. Он попытался было набрать ртом воздуха, но только наглотался воды, которая почему-то имела сильный привкус водки…

– Ты глянь, – неожиданно раздался спокойный голос Макса, – как нализался-то парень. Ну никак его не разбудить.

Лелик открыл глаза. Он лежал на поляне вместе с упавшим стулом, а совершенно пьяные Макс с генералом лили ему на лицо водку из бутылки. Сама поляна была абсолютно сухая, а речка выглядела так же, как и час назад.

– Лелик, братка, – завыл Макс, глядя на проснувшегося друга, – живой! А мы-то как с генералом перепугались, когда ты прямо со стулом дербанулся. Думали уже, что ты голову разбил. Но потом решили, что даже если и разбил, то водка все продизенфицирует. Водка – она лечебный продукт, понял?

– Да ну тебя, – сказал Лелик, с ненавистью глядя на друга. – Опять нарезался, а нам, между прочим, рыбу ловить.

– Не боись, Леха, – заорал Макс бесшабашным, но нетвердым голосом. – Усе наловим. Все налимы наши будут. Вот мы еще по чуть-чуть поналимимся, и все! Дальше на рыбалку поедем, првда, тврищ плковнк? – обратился Макс к генералу.

Тот икнул с серьезным выражением лица, сел на лавку, уронил голову на руки и тут же заснул.

– Лех, я пошел в лес по грибы, – заявил Макс Лелику и отправился в сторону к лесу, выделывая ногами совершенно немыслимые вензеля.

Лелик на это ничего не ответил, поднялся с земли, направился в палатку к Сергею и Юре, бухнулся на свободную койку и тут же заснул.

Как хорошо было просыпаться солнечным летним днем в палатке, продуваемой свежим ветерком с реки, да еще и после шикарного обеда. Лелик открыл глаза, зевнул так, что брезентовые бока палатки на мгновенье были вдавлены внутрь разреженным воздухом, и неимоверно сладко потянулся… Но через мгновенье у армейской кровати, на которой он спал, неожиданно отвалились вертикальные составляющие, в которые Лелик неосмотрительно уперся руками и ногами. Лелик тяжело рухнул на пол, произнеся нечто не совсем литературное, и остался там лежать, потому что вставать еще не хотелось, да и на полу было совсем неплохо.

– А вы, нивроко, дама с весом, – процитировал Сергей, лежащий на соседней кровати и с интересом наблюдающий за полетами Лелика. – Полеты во сне и наяву, – снова процитировал он.

– Очень остроумно, – ядовито сказал Лелик. – Вы, товарищ военный, прям как пьеса "Гамлет". Ничего оригинального. Одни цитаты.

– Ты мне лучше скажи, – сменил тему Сергей, – где мой непутевый братец? Неужели взялся за ум и чего-то там рыбачит?

– Вряд ли, – вздохнул Лелик. – Скорее всего, он до сих пор квасит с генералом. Они так сдружились, просто не разлей вода. Я пытался, но так и не разлил.

– Это точно, – вздохнул Сергей с лиликовыми интонациями. – Макс со всеми дружит, кто выпить любит.

– Да ладно тебе на него крыситься, – вступился Лелик за приятеля. – Просто он себя еще не нашел.

– "Не нашел", – передразнил Сергей Лелика. – Вот ты же работаешь на хорошей работе. Начальник отдела. Уважаемый человек. Стихи пишешь в свободное от работы время. Ты же мог объявить себя этим… как его… неприкаянным поэтом и не работать. Ведь правильно? Но у тебя же – все в порядке. Значит смог себя пересилить. А этот… Позор семьи, одно слово. Когда за ум возьмется?

– Человек должен делать то, что считает нужным, – твердо заявил Лелик. – В этот состоит его фактор свободной воли.

– Правильно говоришь, – согласился Сергей. – А задача родителей заключается в том, чтобы этот фактор свободной воли вышибить из ребенка еще в детстве посредством ремня. Вот меня в детстве пороли ремнем, так вырос человеком. И еще каким. Но Макса тетя Алла с дядей Петей пустили на самотек, вот он самотеком и утек. Мои родители неоднократно им говорили, что ребенок не должен развиваться, как бурьян на пустыре. А они все талдычили: "свободное воспитание", "свободное воспитание"… Вот и довоспитывались, – и Сергей в сердцах махнул рукой.

– Пороть, всех пороть, – пробормотал во сне рейнджер Юра и заворочался на своей кровати.

– Ой! – сказал Лелик, радуясь, что в свою очередь может сменить тему разговора. – А что это у него на кровати такое висит?

– Противомоскитная сетка, – объяснил Сергей. – Он же рейнджер. У Юрки этого оборудования – как грязи. Он с собой две здоровенные сумки приволок. Парень, кстати, обалденно тренирован. Ты до трех считать умеешь?

– Умею, – недоуменно ответил Лелик.

– Считай, – скомандовал Сергей. – Все равно вставать пора.

– Раз, – сказал Лелик.

– БОЕВАЯ ТРЕВОГА! – внезапно заорал Сергей.

И в то же мгновенье Юру как пружиной подбросило в воздух вместе с противомоскитной сеткой.

– Два, – продолжал считать Лелик.

Юра приземлился на ноги рядом с кроватью, уже сжимая в руке нож с устрашающего вида зубцами.

– Три, – сказал Лелик.

Рейндежер одним легким движеньем ножа разрезал сеть, принял защитную стойку и стал потихоньку просыпаться.

– Видал? – довольно сказал Сергей. – Что значит выучка.

– Кто заорал "боевая тревога"? – спросил Юра, очень нехорошо прищуриваясь и продолжая сжимать в руке нож.

В палатке сразу стало как-то холодно и неуютно, от чего Лелик временно даже потерял дар речи, поэтому только кивнул в сторону Сергея. Но тот, видимо, привык и не к такому, потому что лениво сказал:

– Ну я крикнул. Вставать же давно пора.

– Тогда с тебя пятьдесят долларов, – уже спокойней заявил Юра, пряча свой жуткий нож в чехол под рубашкой. – За противомоскитную сетку. Здесь такую не купишь.

– Ой, – сказал Сергей. – Об этом я как-то не подумал. Давай лучше тебе ее зашью.

– А давай я тебе рот зашью, чтобы не пугал людей спросонья! – снова разозлился Юра.

– Юрий, – высокомерно сказал Сергей. – Я прошу вас не допускать подобных выражений при молодом человеке. Это оскорбляет мое человеческое достоинство.

– Гони пятьдесят баксов, и твое достоинство будет спасено.

– Ну хорошо, хорошо, – брезгливо ответил Сергей. – Будет тебе двадцать баксов. Успокойся только.

– Пятьдесят, – настаивал рейнджер. – Двадцать за сетку и тридцать – моральная компенсация за ложную тревогу.

– Ты видал? – снова обратился Сергей к Лелику. – Их там не только с оружием обращаться учат. Их еще учат бабульки из ближних вышибать.

– Да ладно вам, – Лелик наконец обрел дар речи. – Пошли уже рыбу ловить…

Вся троица выползла из палатки и стала жмуриться под летним солнышком. Погода стояла – просто великолепная. Воздух был особенно свеж и прозрачен, как часто бывает у реки во второй половине дня.

– Ну, – сказал Юра, – вот сейчас самая рыбалка и пойдет.

– Кстати, – Сергей обратился к Лелику. – А где Макс-то? За столом один генерал дрыхнет, укрытый клеенкой.

– Товарищ Тыл, – обратился Лелик к майору, который возился с колышками у соседней палатки. – Вы не видели куда делся Максим?

– В лес он пошел, – отозвался Тыл. – Минут пятнадцать назад.

– Наверное, заснул Макс где-нибудь под елочкой, – высказал Лелик свое предположение Сергею. – Они с генералом очень крепко квакнули. Вон как генерал дрыхнет…

В этот момент из леса появился Макс, который двигался странными прыжками.