Она на самом деле испугана?
Я встаю перед ней и опускаюсь на колени.
- Дженн, дай мне руку.
Она без колебаний протягивает ее. Я вкладываю в ее ладонь повязку.
- Расскажи мне, что случилось, о чем ты думаешь.
Как только она опустила глаза на повязку, по ее щекам покатились слезы, но она продолжала молчать.
- Я обещаю, что все происходящее останется под твоим контролем. Я хочу использовать повязку на глаза, чтобы показать тебе, что имею в виду.
Стискивая пальцами черную полоску ткани, она продолжает неотрывно смотреть на повязку. Я не уверен, что произойдет, если она не сможет решиться на такой простой шаг. Я полагаю, мы могли бы согласиться, что ничего не вышло, и признать, что наш брак не подлежит восстановлению.
Я понимаю её страх, потому что, если это не сработает, сбудется мой самый большой страх. Я буду опустошен. Наконец, она раскрывает свою ладонь и протягивает повязку в моем направлении.
Со вздохом облегчения я принимаю ее.
- Хорошая девочка, - я встаю и медленно закрываю повязкой ее глаза. - Скажи мне, о чем ты думаешь?
Ее глаза скрыты плотной черной тканью, и она делает глубокий вдох, прежде чем произносит в ответ единственные слова, способные разрушить наш брак:
- Я думаю, что, возможно, нам стоит признать поражение.
- Это то, чего ты хочешь?
Она в отрицании качает головой.
- Я пугаю тебя?
- Ты? Нет. Твои действия? Да.
- Что ты видишь? - спрашиваю я, поправляя повязку так, чтобы полностью закрыть глаза.
- Ничего.
- Что ты слышишь?
Какое-то время она молчит.
- Океан. Также я могу и чувствовать его. Мы раскачиваемся.
- Только что я заметил то же самое.
Уголки ее губ ползут вверх.
- Я слышу тебя.
- Хорошо, слушай меня и используй все свои органы чувств, - я беру кусочек ананаса и касаюсь ее губ. - Просто доверься мне. Ты можешь это сделать?
Ее дыхание замедлилось.
- Да
- Открой ротик.
Она следует моего приказу, и я кладу сочный фрукт ей в рот. Я медленно кормлю ее. Кусочек фрукта и затем кусочек кекса. Периодически я даю ей сделать глоток из теплой кружки с кофе. С каждым шагом она подчиняется. Спустя некоторое время я спускаю халатик с ее плеч, и она издает хнычущий звук.
- Детка, ты прекрасна.
- Пол, это... некомфортно.
- Ты права. Мой член такой твердый, что это причиняет боль.
Мои слова заставляют ее улыбнуться.
- Может я могу помочь тебе?
Я снова становлюсь на колени перед ней и раздвигаю ее колени, рассматривая ее блестящую киску.
- Нет детка. Сейчас моя очередь.
Ее мышцы напрягаются, но так как я продолжаю сидеть между ее ногами, она не может сомкнуть их.
Захватив кусочек ананаса своими губами, я скольжу вверх по ее телу, оставляя сладкий след по направлению к ее груди. Медленно я опускаюсь вниз, до тех пор, пока не оказываюсь у ее клитора, дразня его сладкой прохладой. Ее стоны наполняют мои уши. Затем я снова скольжу вверх и подношу сладкий кусочек к ее губам.
- Попробуй это. Попробуй, насколько он стал слаще, смешавшись с твоим соком.
Она повинуется.
Я начинаю спускаться по проложенному ранее пути, на этот раз слизывая сладкий сок с ее кожи, пока мой язык не оказывается глубоко внутри нее, и она не начинает извиваться на стуле.
Я контролирую ее удовольствие, и это мне нравится.
Контроль не должен означать боль, он также может нести и удовольствие. Даже когда с ее губ срывается мое имя, я не останавливаюсь. Поцелуй за поцелуем, я облизываю и посасываю, чтобы подтолкнуть ее еще выше. Ерзание ее бедер и то, как она сжимает подлокотники кресла, рассказывают мне больше, чем ее слова.
Когда она лишена зрения, то оказывается в моем полном распоряжении для всего, что я планирую сделать с ней дальше.
Когда я перемещаю ее ноги на свои плечи, она откидывается спиной на спинку стула.
- У меня отличный вид на твою киску.
- Пол, пожалуйста...
Мой язык кружит вокруг ее клитора, пока я пью ее соки. Как только я пускаю в ход зубы, мышцы ее ног напрягаются все сильнее.
- Пол, я... я...
- Сделай это, - приказываю я.
Дженн кричит, пока ее тело дрожит и трясется. Она все еще тяжело дышит, и я встаю, возвращая на место ее халат и завязывая пояс. К тому времени, когда я снимаю повязку, мы оба улыбаемся.
Я сажусь за стол напротив нее и подмигиваю ей.
- Хочешь еще кофе?
Она качает головой.
- Кофе? После всего что ты только что сделал, ты спрашиваешь меня про кофе?
- Да, моя любовь, кофе.
Ее глаза внимательно изучают меня, надеюсь, она видит меня так, как никогда не видела раньше.
- Кофе? - спрашиваю я снова, подвигая наши пустые чашки.
- Да, я бы выпила еще, - отвечает она, - но я не уверена, что мои ноги в рабочем состоянии.
- Если их основная функция быть тисками, то они отлично справляются. Детка, ты сжимала мою голову, - я встаю и достаю кофейник из кофемашины. Вернувшись, я целую ее в макушку. - Не волнуйся. У тебя будет много возможностей услужить мне в ответ.
Хотя я вижу некоторую озадаченность в ее взгляде, в большей степени она излучает удовлетворение и насыщение.
Присаживаясь на свое место, я спрашиваю:
- Хочешь я позвоню и закажу экскурсию или останемся на острове?
- Чем еще можно заняться на острове?
- Если я скажу, что все здесь создано для того, чтобы трахаться, ты выберешь экскурсию?
Продолжая прижимать чашку к губам, она устремляет на меня взгляд.
- Определенно нет.
- Так моя жена не против объезжать мой член весь день?
Она пожимает плечами.
- Мне кажется, иногда нам все-таки придется прерываться на еду.
Глава 7
![]()
Дженн
Оказывается, на острове есть чем заняться, кроме того как заниматься любовью. Соединив руки, мы продолжаем прогуливаться по пляжу. Мы устроили эту прогулку не только для того, чтобы насладиться красотой острова, но и чтобы выполнить то, что советовала доктор Кайзер - говорить.
- Пол? - зову я его, пока пальцы моих ног утопают в теплом песке, а солнце и морской ветерок ласкают лицо.
- Да?
- Нам нужно стоп-слово?
Он остановился, не разрывая наши сплетенные пальцы.
Оглядываясь назад, я замечаю наши следы на песке и удивляюсь переменам в муже. Можем ли мы вернуться к тому, как было прежде, и хочу ли я этого?
- Как ты узнала про стоп-слова?
- Из литературы, - отвечаю я честно. Ричард не верил в подобные ограничения. Он утверждал, что настоящая саба никогда не захочет воспользоваться стоп-словами. Он сказал, что сабу можно душить до тех пор, пока она не окажется на пороге смерти, и даже тогда она не будет просить, чтобы ее Дом остановился. Это был его способ обуздать меня и указать, как вести себя.
Я балансировала на самой грани больше одного раза.
Я отталкиваю эти мысли, концентрируясь на задорной усмешке своего мужа.
Его улыбка становится шире, и он приподнимает бровь.
- Значит, ты читала о подчинении?
Я киваю.
- Не в последнее время, но читала. Про это написано целое множество женских романов.
- И что ты думаешь об этом?
- Я уже говорила тебе. Меня это пугает.
Он опускается на песок, вытягивая свои длинные и босые ноги в сторону берега, а затем тянет меня за руку, чтобы я присоединилась к нему.
- Тогда то, что ты читала, - было неправильным.
- Неправильным? Что ты имеешь в виду?
- Я говорил тебе, что в нашем браке были секреты. Мои секреты. До встречи с тобой покорность была тем, что я искал в женщинах. Меня привлекали женщины, у которых желание подчиняться было в крови, - он сжимает мою ладонь.
Мой пульс ускоряется, когда я вспоминаю, как Ричард сказал мне, что знал это обо мне, прежде чем я подчинилась.
- До меня?
