Читаем без скачивания Варвары и Рим. Крушение империи - Джон Бьюри

Проблема, вставшая перед Валентом, была намного сложнее. Неожиданно, не оставив времени на обдумывание и подготовку, он получил просьбу впустить в свою страну чужеземный народ варваров, вооруженных и воинственных, осознающих свое национальное единство. Их следовало обеспечить продовольствием и определить территорию для проживания. Римское государство было высокоорганизованным, но в нем не была предусмотрена такая функция, как удовлетворение неожиданных требований подобного рода. Как и можно было ожидать, когда варвары переправились через реку и разбили лагерь в Нижней Мёзии (совр. Болгария), сразу возникло множество трудностей и начались весьма прискорбные инциденты. И военные, и гражданские власти были не в состоянии справиться с ситуацией, что вовсе не удивительно. Результатом стало восстание готов и война, которая продлилась почти два года. Ее кульминацией было сражение при Адрианополе в 378 году, ставшее заметной вехой в истории. Это одна из трех самых известных катастроф, выпавших на долю Рима в конфликтах с германцами. Первая – сражение в Тевтобургском лесу в IX веке до н. э., когда были уничтожены легионы Вара, военачальника императора Августа. Вторая – уничтожение армии и убийство императора Деция готами и другими в 251 году при Абритте. Римский историк Аммиан Марцеллин завершает свой труд этим сражением, и впоследствии нам приходится черпать свои знания о взаимоотношениях Римской империи и германцев из скудных хроник, произведений авторов высокопарных стихов и случайных записей в церковных анналах.

Сражение при Адрианополе

Сражение при Адрианополе состоялось 9 августа 378 года. Лидером готов был Фритигерн (Фритхигерн), римлянами командовал лично император Валент. Император совершил огромную ошибку, недооценив силы противника. Он завидовал военной славе своего племянника и коллеги Грациана, который стал преемником своего отца Валентиниана I на посту правителя на западе и сразу одержал блестящую победу в войне против алеманнов. Грациан как раз выступил, чтобы помочь дяде сокрушить готов, и умолял его не рисковать до его подхода, чтобы они могли встретить грозного врага объединенными силами и наверняка одержать победу. Валент решил не ждать и получить себе всю славу. (Решение начать битву было вызвано не столько завистью Валента к племяннику, сколько ошибками в определении численности войска готов – Валенту донесли, что тех всего 10 000. – Ред.) Сражение завершилось полным разгромом его легионов (пало 40 000 римских воинов. – Ред.). Сам император также был убит. Этой катастрофы и позора вполне можно было избежать.

Сражение было обстоятельно описано Аммианом Марцеллином, но следует отметить, что, хотя автор сам был солдатом, он определенно не назвал читателям численность войск с каждой стороны. Так что мы точно не знаем, насколько сильны были противники. Гиббон воспроизвел рассказ Аммиана Марцеллина, и вы можете его прочитать в XXIV главе его книги («История упадка и разрушения Римской империи», написанная в 1776–1788 гг. – Ред.). Я же хочу подчеркнуть, что это сражение занимает важное место в военной истории. До того времени в военных действиях римляне всегда целиком и полностью полагались на пехоту. Это был их главный род войск. В сражениях регулярных армий кавалерия всегда считалась вспомогательной силой, второстепенной по отношению к легионам. При прочих равных условиях хорошо обученные легионы были практически непобедимы. В этой битве легионы приобрели новый опыт – их буквально сбила с ног тяжелая германская кавалерия. Этот урок показал возможности кавалерии и оказал большое влияние на последующие военные действия. Между IV и VI веками римские армии и римские военные действия претерпели революционные изменения. В IV веке пехота была родом войск, на который все еще в основном полагались римляне и с помощью которого они завоевывали свои самые громкие победы. В VI веке пехота играла небольшую роль в сражениях, и победы по большей части одерживала кавалерия. Мы располагаем подробными описаниями сражений и IV, и VI веков, поэтому в этом вопросе сомнений нет, ведь описания даны такими надежными, достойными доверия авторами, как Аммиан Марцеллин в IV веке и Прокопий Кесарийский – в VI веке. А вот для промежуточного периода – V века – у нас нет ни одного хорошего описания сражения, данного жившими в то время авторами, так что мы не имеем возможности проследить перемены. Ясно одно: в течение этого века перемена произошла, и была вызвана необходимостью адекватно ответить тактике восточногерманских племен, с которыми велись непрерывные войны.

Все это представляется довольно интересным, поскольку очень долго – до середины Средневековья – и на Западе, и на Востоке именно кавалерия, а не пехота выигрывала сражения. В XIV и XV веках в военном деле снова произошла революция – появились английские лучники и швейцарские пехотинцы, вооруженные копьями и пиками. Они доказали, что пехота может успешно противостоять тяжелой кавалерии.

Поселение вестготов

После своей замечательной победы готы осадили город Адрианополь, который собирались захватить с легкостью и разграбить. Только взять его они не смогли. Зато сельская местность Фракии была открыта их разрушительным набегам в течение двух лет. После этого вскоре война закончилась – было достигнуто мирное урегулирование с готами. Это удалось благодаря военным действиям и искусной дипломатии Феодосия, испанца, который был призван в 379 году Грацианом на место погибшего Валента. Главным препятствием к мирному урегулированию был Фритигерн, который являлся главной антиримской силой. Он желал отвоевать провинции у империи, подобно тому как его предшественники отвоевали Дакию, и основать к югу от Дуная независимое готское государство. Однако после его смерти вестготы были вынуждены, благодаря умелым действиям Феодосия, стать подданными императора – не настоящими гражданами империи, а, скорее, союзниками, на основе свободы и полунезависимости. Они оставались народом, но имели определенные обязательства перед императором. Им были выделены земли в провинции Нижняя Мёзия (современная Болгария) – там же, где Константин устроил их христианских соотечественников, которых Вульфила привел из Дакии. Они должны были платить дань за землю, получать определенные пособия от правительства и служить империи, если возникнет необходимость, как солдаты на федеративных началах под командованием собственного командира. Капитуляция готов имела место в октябре 383 года.

Важными для будущего Европы были следующие события:

1. Принятие целого народа в границы империи – на федеративных началах – положило начало новой стадии вторжения германцев. Характерной чертой распада империи было ее разрушение изнутри.

2. Новая судьба была предназначена Дакии и землям между Карпатами и Дунаем. Дакия перешла от даков к римлянам, от римлян к германцам. Теперь ей предстояло перейти под власть гуннов, а гунны стали предвестниками других неевропейских завоевателей и господ – сначала аваров, потом мадьяр (венгров).

3. Готы, которые давным-давно были политически разделены на вестготов и остготов, теперь делятся окончательно. Они расстались навсегда, и каждый народ пошел своим путем. Больше никогда они не столкнутся с Римом, сражаясь вместе.

Намного позже остготы начали играть важную роль в истории, но в какой-то степени они все же были замешаны в беспорядках этих лет. Теснимые гуннами, значительные отряды остготов переправились через Дунай в районе устья и добавили неразберихи в беспорядки во Фракии. Они потерпели поражение от Феодосия, и тот, проводя ту же политику, которую проводил с вестготами, поселил их на имперской земле, сделав членами федерации. Но не на границе и не по соседству с вестготами – и даже не в Европе. Он переправил их в Малую Азию – во Фригию. Они, правда, были лишь небольшим фрагментом народа, основная часть которого мигрировала на запад к среднему течению Дуная и границам Паннонии.

Феодосий I и Аларих

Феодосий хорошо понимал опасности, связанные с готской проблемой, и последовательно проводил политику дружбы и умиротворения. Он заручился поддержкой готских вождей, которых постоянно развлекал в своем дворце, и обеспечил себе преданных сторонников среди них, самым заметным из которых был Фравитта. Был шанс, что, если и дальше придерживаться именно такой политики, готы постепенно расслабятся, утратят прежнюю неугомонность и национальную гордость и примирятся со статусом имперской провинции. Но если из-за панического страха перед гуннами и ловкости Феодосия прежний независимый дух готов вроде бы и ослаб, все же он не был уничтожен. И хотя многие из них действительно примирились со своей участью граждан империи, были и другие, которые думали иначе. Это разделение мнений открыто проявилось в 392 году, когда после смерти Валентиниана II гражданская война в империи казалась неизбежной. Вожди готов собрались на совет. Вопрос заключался в том, должны ли они выполнять свои федеративные обязательства и служить в армии Феодосия в предстоящей войне. Одна фракция, которую возглавлял Эриульф, утверждала, что они должны отречься от своих клятв и что их интересы отличны от интересов империи. Другую фракцию, выступавшую за верность империи, возглавлял Фравитта. Спор был настолько ожесточенным, что в конце концов Фравитта убил Эриульфа. Исторический интерес этого совета заключался в том, что его можно было считать прелюдией к решающим событиям, случившимся чуть позже – после смерти Феодосия I Великого в 395 году. Готы последовали за Феодосием в кампании против узурпатора Евгения (и в результате победы гото-сарматской (включая аланов) армии Феодосия над франко-галльской армией Арбогаста, реального правителя Запада (при номинальном императоре Евгении), Феодосий последние три года жизни правил единолично. – Ред.). Но когда великий император умер и ему на смену пришли два очень юных правителя, они пересмотрели свою позицию. Это был поворотный момент в истории готов. Чтобы принять судьбоносное решение, собрался народный парламент. Насколько нам известно, преобладали два мотива. Один – это нелюбовь и недоверие к новым императорам, точнее, к их советникам. Другой – опасение, что, если все останется без изменений, готы расслабятся, лишатся силы и начнется упадок. Да и в любом случае следовало подготовиться к возможным чрезвычайным ситуациям, а лучшая подготовка – это объединение и появление сильного лидера. И вестготы выбрали короля. У них было семейство, из которого при необходимости можно было выбрать короля. Это род Балта – храбрых. Выбор народа пал на Алариха Храброго. Тогда этому человеку было около тридцати лет. Он родился на Певке, острове в устье Дуная, участвовал вместе с Феодосием I в последней гражданской войне в роли командира готских федеративных войск и вернулся домой, имея все основания надеяться на быструю карьеру в римской армии. Он стремился, как и другие германские лидеры, к посту римского полководца, командующего легионами. Он рассчитывал на то, что Феодосий выполнит свои обещания, но император умер, обещания так и не были выполнены, и Аларих испытал глубокое разочарование. Перед ним открылся другой путь, и в 395 году он принял королевскую власть над своим народом. Теперь он был врагом, а не защитником империи – сначала на Балканском полуострове, а потом и в Италии.