Кайден обнажил меч. Он казался уверенным и спокойным, хотя я не представляла, что можно сделать против воина на вепре, а у Ликоса ещё и броня налилась красным, показывая, что он – боевой маг.
Пёс набросился на него со спины, вгрызся в загривок, ломая зубы о металлический ворот. Ликос дёрнул поводья, пытаясь направить вепря на Кайдена, но возникший перед ним золотой магический щит вышиб его из седла. Ликос покатился по траве, кромсая обезумевшего пса, крича ругательства, а Кайден золотой молнией метнулся к ревущему вепрю.
Поднырнул под страшными бивнями, выпрямился и вбил клинок точно в висок между глазом и ухом. Отскочил от пошатнувшегося зверя. Огромный пятачок проборонил траву, вепрь дёрнулся и со скрежетом доспехов рухнул наземь.
– Сука-сука-сука! – орал Ликос, наливаясь алым светом.
Сияние магии смешивалось с красной кровью на его груди, руках, кинжале. Он выхватил меч и ринулся на Кайдена. Тот отскочил, выставляя перед собой светящийся золотом кинжал. Меч Кайдена торчал в голове вепря по рукоять, вытащить его оттуда будет непросто.
– Убью! – Ликос ринулся на Кайдена, меж их клинков брызнули искры. – Убью, тварь, вытащу кости твоей матери и буду топтать вепрями, а потом скормлю свиньям! Сотру её имя из всех книг! Твоё имя! Кунмаэля! Вас не должно быть!
Кайден сосредоточенно отшагивал, уходя от алого лезвия или отталкивая его золотистым кинжалом. Ликос рычал и рубил всё быстрее, Кайден словно танцевал. Но его ослабляла рахра. Покалывание пальцев напоминало мне, что сейчас Кайден не в лучшей форме, а я только цеплялась за дерево, не в силах вдохнуть от страха.
Они так шумели, что могли привлечь воинов на вепрях, кинжал Кайдена слишком короток, чтобы добраться до Ликоса с его длинным мечом.
Гарда напитанного магией кинжала выдержала резкий удар меча, давление зарычавшего Ликоса:
– Вас не должно было быть!
Кайден отскочил, тяжело дыша и обливаясь потом.
– Это тебя с братцем не должно было быть, ублюдок! – отступил Кайден и, запнувшись, упал на колено.
Я вздрогнула. Вроде просто слово и обращено сейчас не ко мне, но оно жалило. Ликоса тоже: он с диким криком ринулся в бой:
– Заткнись!
Кайден швырнул ему в лицо траву и землю. Ликос прикрылся локтем и не заметил образовавшегося под ним золотого щита. Тот ударил под мышку, отвлекая от нырнувшего вперёд Кайдена, меч Ликоса просвистел у него над головой, и Кайден вбил золотой кинжал в щель между пластинами по внутренней стороне бедра Ликоса.
Кайден отскочил быстро, но даже за те несколько секунд крови натекла целая лужа. Точный удар в артерию. Нога Ликоса подкосилась.
Пальцы закололо сильнее, целительская магия охватывала мои руки, приказывая лечить, скорее лечить.
Ликос попытался идти за Кайденом, но не смог, завыл по-звериному. Ругался, кричал:
– Я убью тебя, убью!
С каменным выражением лица Кайден убрал кинжал в сапог, подошёл к коню и поднял с земли седельную сумку с алхимией. Я и не заметила, как её выронила.
Закрепив сумку на седле, Кайден дёрнул коня под уздцы и посмотрел на меня. Я отозвала магию, и конь сразу задрожал, закосил безумным взглядом на ползущего по земле Ликоса и труп вепря.
Проходя мимо вепря, Кайден вырвал меч из его головы и, обтерев лезвие о попону, вбросил в ножны. Запрыгнул в седло и направил коня ко мне. Руку он в этот раз не протягивал, одним махом подхватил меня и усадил перед собой.
А затем обнял крепко-крепко, уткнулся носом в волосы, вздохнул. И припустил коня.
Сквозь топот копыт прорывался вой Ликоса и, кажется, треск и грохот от бегущих вепрей. Но мы уносились прочь, и золотая магия раздвигала перед нами кусты и деревья.
Кайден держал меня очень крепко.
***
Накатившая слабость заставила Ликоса забыть об уносящемся прочь Кайдене. С алой горячей жидкостью вытекала сама жизнь, и, плюнув на мечты и на гордость, Ликос пополз в ту сторону, куда ушёл возглавляемый проклятым Змеемордым отряд.
«Если бы не его гордыня, если бы не его ехидство, я бы не остался здесь один, чтобы прийти потом с головой Кайдена и показать, кто умнее», – даже сейчас Ликос не мог избавиться от привычки обвинять в своих неудачах других.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он обещал деду голову Кайдена.
Он прилюдно грозился отнять у дяди титул лучшего мечника Унии.
Он клялся на могиле матери отомстить за её позор.
Он называл себя волком и грезил, как передавит всех собак Канисов.
А сейчас он полз по мокрой от крови траве, он кричал – сипло, слабо, потому что силы таяли с каждой секундой.
Перед глазами Ликоса всё плыло, он не сразу осознал, что смотрит на раздвоенные копыта. Вскинул голову:
– На помощь…
С высоты боевого вепря на него смотрел Змеемордый.
– По-мо-ги… – прохрипел Ликос.
– Это был Кайден? – спросил Змеемордый.
Ликос кивнул, опуская невыносимо тяжёлые веки.
Змеемордый помедлил ещё пару минут, дожидаясь, когда сердце капризного мальчишки, никогда не проявлявшего к нему должного уважения, остановится навсегда, после чего позвал оруженосца и велел искать следы Кайдена.
За голову герцога обещали хорошую награду.
Глава 7. Условие
Потолок был не моим. Не тот цвет, не те узоры дерева на досках. Не то расположение окна, между ставень которого рвался солнечный свет. В комнате не хватало шкафа с книгами…
Сонливость резко прошла, и сразу стало понятно, что потолок и не мог быть моим, потому что я не то что не дома, даже не в своём герцогстве.
Лёжа под тяжёлым одеялом, прислушалась: для постоялого двора здесь было удивительно тихо, лишь на улице изредка ржали лошади, да кто-то обменивался короткими фразами.
Я слушала и припоминала последние дни.
Если появление герцога Кайдена и начало путешествия в памяти отложились отчётливо, то последние пару дней из-за усталости словно размылись, я едва помнила, как мы, чудом и моим бодрящим воздействием на коня оторвавшись от боевых вепрей, приехали сюда и вошли в зал постоялого двора.
Кайден вёл меня под руку, нас сопровождал один из его людей, другие его люди уже сидели в зале. Встретили герцога приветственными криками. Их лица типичных вояк сливались для меня в мешанину знакомых по родной земле черт. На улюлюканья и фразы вроде: «Какую красотку отхватил герцог по пути», «Ваша светлость, обычно это Чигару привозит баб» от утомления хотелось просто плюнуть, а лучше и вовсе их не заметить.
Но Кайден рявкнул:
– Тихо! – И стало тихо, после чего он добавил. – Это мой придворный целитель Эйна, так что побольше уважения, а то она особо крикливым подлечит что-нибудь для воздержания на неделю-другую, и я за вас заступаться не стану.
Тишина царила ещё несколько невыносимо долгих мгновений, а затем один из воинов выдал:
– Не, ну это можно понять. У такой точно приятнее лечиться, чем у старика Граннуса.
Его слова прорвали плотину молчания:
– И меньше шансов огрести по шее.
– Да такой ручкой можно и по шее – не страшно.
Мужчины одобрительно засмеялись, а смысл сказанного Кайденом дошёл до меня, лишь когда он заводил меня в предназначенную ему, если верить провожающему нас слуге, комнату на втором этаже.
– Придворная целительница? – переспросила я, когда дверь закрылась.
– Идеальный вариант, – Кайден раскрыл застёжку на моём плаще и стянул его с плеч.
Я отступила, закрывая лицо руками:
– Невыносимо хочу спать.
– Хорошо, – согласился Кайден и направился к постели. – Можешь отдохнуть, у нас есть немного времени, да и я хотел дождаться Чигару.
Кайден сдёрнул с кровати меховое покрывало, отбросил одеяло. В дверь постучали: служанка явилась с тазиком и кувшином для умывания.
Как умывалась и обтиралась с дороги уже не помню, но судя по чистоте рук – сделала всё хорошо.
