больше никогда не смог произнести и слова своим грязным ртом.
— Н-ну… может у него не было настроения? — малышка пыталась успокоить.
— Да какая мне разница, что у него там с настроением, я рисковала жизнью, а он даже «спасибо» не сказал! Да и мешочек уж больно лёгкий.
Она взглянула на несчастный маленький мешочек, который могла с лёгкостью подкинуть вверх. Конечно, Люмин не хотела выпрашивать деньги силой, но то, что он дал — было просто неприемлемо. Довольно мерзко было с его стороны обесценивать людской труд.
— Э-э-э… ну… не злись так! — она боялась даже притронуться к ней.
— Аргх… всё! Я это так не оставлю!
Люмин развернулась и хотела уже вернуться к этому пареньку, чтобы возмутиться, но Паймон закрыла проход своим маленьким тельцем, через страх и волнение.
— Стой! Да плюнь ты на него! Ради «спасибо» ты всё это делаешь? Мы получили награду! Да, небольшую, но влезать в драку с мирным жителем лучше не надо! — Паймон кричала и сдерживала слёзы, пытаясь остановить её.
Девушка лишь ускорено и быстро дышала, сжимая свои зубы до скрипа. Рука болела и кровь потихоньку выступала за пределы ткани.
— Пойдём домой, я налью тебе чаю! Отдохнём и ляжем спать! Давай же, ну… — она кулачками держала область груди, наклоняя голову вниз.
— Да открой же ты глаза! Нас словно в грязь окунули! Его не научили говорить… значит это сделаю я.
Люмин сделала пару шагов, несмотря на Паймон, но маленькие ручки снова схватились за область груди, пытались её остановить. А ведь та прекрасно знала, что этих сил явно недостаточно, чтобы остановить злую девушку.
— Прошу, остановись… Паймон страшно!
И девушка резко встала, широко раскрывая свои веки. Будто прозрела и увидела свои поступки со стороны.
Это немного успокаивало, но недостаточно.
— Ладно, — сухо ответила та.
В душе была ярость, она чувствовала усталость от всего этого, но это был единственный заработок.
Всю оставшуюся дорогу они шли молча, что у одной, что у другой, было не самое лучшее настроение. Да и говорить никто особо не хотел. Люмин была слишком зла, Паймон боялась сказать лишнего.
Замкнутый круг.
Но это не страшно.
— Ах, ладно, ты иди, а я прогуляюсь.
Она хотела побыть одной. Наедине с собой.
— Ты уверена?
— Не волнуйся.
— А ты точно не вернёшься к нему?…
Люмин вздохнула.
— Точно, — она закатила глаза.
— С-смотри мне!
Компаньон всегда желал наилучшего путешественнице, так что согласилась пройти пол дороги одна, по освещённой и безопасной тропинке, окутанной фонарями.
Глядя вслед Паймон, в её глазах пробежала первая печаль за этот день.
Неподалёку она присела за невысокий камень, облокотившись на руки и свисая ногами над бурлящей водой.
Ручеёк плыл по течению, бьющийся о камни, иногда каплями задевая ножки путешественницы.
Она дышала часто, будто бежала от одного конца Ли Юэ в другой.
Запрокинув светлую голову, девушка увидела свет.
Эти звёзды, не по земному успокаивали. Каждый огонёк таил в себе легенды, каждый был по своему красив и прекрасен, отличающийся от других. Все они были разными, с частицей изюминки. Только это могла заметить лишь путешественница. Или просто пока не нашла человека, что имел такой же взор, как и у неё?
Она не знала.
Девушка вытянула руку к ярким огонькам, словно пытаясь дотянуться до них.
Понемногу её дыхание восстанавливалось, гнев постепенно испарялся из светлой души.
Раздумья дошли до юноши, она вспоминала каждую крохотную встречу. Это успокаивало. Их не особо много, но они словно состояли из маленьких фрагментов, что располагались далеко друг от друга, совсем не связанные и не имели смысла.
И именно таким образом Люмин снова, в который раз уже задумалась над последним и манящим вопросом, на которого не могла найти ответ. Он быстро появлялся у неё на руках, но и так же быстро ускользал.
Нужно встретиться с Чжун ли, — поставила она себе задачу на следующий день, и в этот раз, никто не посмеет остановить её.
Люмин закрыла голову руками и прикрыла золотые глаза.
На кончике носика останавливались холодные капли, чувствуя влагу на своих щеках.
— И что же тебя вынудило сюда явиться? В столь позднюю ночь.
Опять иллюзия? Или это сладкий сон?
Она медленно подняла голову осматривая фигуру, что не являлась воображением. Настоящее тело, правда, излучало оно, что-то тёмное и страдающее. Сразу можно было догадаться кто это.
— Ах… да так, день выдался нелёгким, — говорила она спокойно, словно в миг почувствовала равновесие.
Юноша подошёл ближе, но не присаживался.
Они смотрели друг на друга, без какой-либо неловкости, будто общаясь с помощью мыслей.
— А что насчёт тебя? — Люмин хотела продолжить этот диалог, каким бы он ни был, разговаривая с ним, проблемы переставали ощущаться, а настроение выходило из круга злости и печали.
— Я часто здесь прохожу, сегодня — не исключение.
Якса посмотрел на небо, рассматривая свет. Ему он нравился, жаль только, что чаще всего он наблюдает за прекрасным зрелищем только через маску. Окровавленную и полную тьмой.
— Тебе нравятся звёзды? — она заметила острый взгляд на них.
— Возможно, они все… разные и отличаются друг от друга, — Якса взглянул на девушку в эти секунды и заметил широко раскрытые золотые глаза. — Не бери в голову.
Наконец он соизволил себе присесть недалеко от девушки, будто держа дистанцию между ними. Это огорчало её, но всё равно благодарила.
Но… то, что он сейчас сказал… эти, казалось, простые и ничего не значащие слова ударили в саму душу, расползаясь по всему животу, словно образуя некие бабочки. До этого момента, ей ещё никогда не удавалось слышать подобное от другого, отчего и вызвало такое странное ощущение.
— Я тоже так считаю, каждая красива по-своему, у каждой свой истинный блеск и история, они все отражают личное мнение, но мне нравятся все.
Этот разговор займёт особое местечко в её памяти.
Якса лишь вздохнул, задирая голову к верху, пытаясь уловить каждое свечение.
— Знаешь… ты сегодня совсем другой.
— Разве это так? Вроде ничего сверхъестественного.
— Хмх, — еле сдержала смешок. — Мне кажется именно так.
— Глупость.
Он обратил внимание на руку.
Его взгляд нахмурился.
— Ты ранена, — сухо и тихо утвердил юноша.
— Как ты это понял? — а ведь рана была с другой стороны.
— Я чую запах крови.
— Ах… Да это… пустяки.
Хоть и было до сих пор больно и неприятно, но сказала она это с мягкой улыбкой. Ведь… он впервые так откровенно с ней говорил, не хотелось тревожить его такими пустяками.
— Почему не позвала меня, раз бой был не по силе?
В груди она почувствовала непреодолимый
