— А?— не сразу среагировал учёный.— Нет, довольно странные показания. Зонд не хочет подниматься выше одиннадцати километров.
— Особенности атмосферы,— предположил Саша.
— Мы тоже сначала так подумали, но обрати внимание на показание гравитометра,— Иваненко указал на одну из цифр в правом столбце.— Семнадцать.
— Семнадцать чего?..
— …метров на секунду в квадрате! На поверхности восемь! Обрати внимание на динамику: с высотой сила гравитации растёт!
— Как такое возможно?— ошарашено спросил Александр.
— Хороший вопрос,— ответил учёный и чуть помолчав ответил.— Видимо законы в этом мире несколько иные, чем в нашем. Если это так, то мы действительно находимся не в нашей Вселенной, либо законы для разных точек Вселенной разные. Что из двух верно, пока трудно ответить…
* * *
22 мая 2114 года.
Кремль, Москва, Российская Федерация.
…Владимир Иванович Сергеев смотрел то на представителя Высшего Совета ОМБ, Пётра Фёдоровича Кирюшина, то на руководителя Научного Отдела ОМБ, Хельмута Клауса.
— То есть,— наконец сказал Президент,— Китай даже ближе к созданию гипердвигателя, чем мы предполагали.
— Да,— ответил Клаус.— Им остался месяц. Разумеется, они скрывают это.
— Пытаются скрыть,— лукаво улыбнулся директор ФСБ.
Сергеев тяжело вздохнул и ответил:
— Иногда я жалею, что они поменяли политику… Раньше не хотели идти дальше Китайской Стены. Сейчас готовы вырваться к звёздам.
— Да, нельзя не признать некоторую мудрость их политики: пока шло противостояние, они оставались в стороне. Сейчас же идут вперёд,— сказал Кирюшин.
— Федеральное Космическое Агентство,— начал Клаус,— утверждает, что для проведения испытаний уже всё готово. Почему мы не даёт отмашку? Европа согласна. Почему Россия и Америка думает? Какие есть аргументы против?
— Вы слышали о нападении на ПИЦ и о существовании Путей.
— Но это лишь досужие домыслы. Я не вижу никакой связи. Разве можно верить слова противника?
— Над этим мы и думаем,— ответил Кирюшин.
— Почему не вступаем в контакт с аборигенами?
— Мы не хотим пока выдавать своего присутствия. Да, конечно, рано или поздно, они увидят базу, но пока не будем торопить события,— ответил Пётр Фёдорович. Сергеев подумал, что тот уже несколько устал от учёного. В принципе Клауса понять можно было. Он отвечал за многие проекты. ФКА тоже рвалось вперёд. Но время есть. Ещё есть время обдумать ситуацию.— С гипердвигателем мы думаем.
— Почему? Аналитический Отдел проработал все возможные варианты. Мы всё равно не сможем остановить этот процесс. Это неизбежно. Но сейчас мы лишь даём возможность Китаю вырвать у нас из рук то, что мы заслужили.
— Я понимаю вас,— ответил Президент,— и разделяю ваши опасения. Космический челнок уже готов?
— Да, готов. Установку мы закончили две недели назад.
— Первый полёт должен состояться в автоматическом режиме.
— Автоматика проверена,— заверил его руководитель Научного Отдела.— ФКА готово в любой момент произвести запуск с космической станции «Фаэтон». Челнок прыгнет к Марсу и вернётся обратно через две минуты после старта. Уверяю вас, всё безопасно.
— Да, я видел расчёты,— согласился Президент.
— Вы даёте разрешение?
— В ближайшее время вы получите ответ.
Клаус от возбуждения даже заёрзал на стуле. Кажется, он и не сомневался в положительном ответе российского президента.
Сергеев решил обсудить ситуацию с Вильямом Ансером, американским президентом, и выдать согласованное решение. Владимир Иванович не сомневался, что рано или поздно событие, которого они так долго ждали, произойдёт, но всё-таки что-то удерживало его от поспешного принятия решения. И дело здесь отнюдь в отсутствии решительности. Проблема лежала в результатах уничтожения террористической группы из, так называемой, Тени Земли и Путях Древних. Можно конечно податься соблазну (а он невероятно велик), и отбросить все сомнения, но опрометчивость часто приводила к ошибкам. История знает множество таких примеров, а игнорировать опыт истории опасно. Теперь человечество выучило этот урок, но всё же разве можно остановить течение научной мысли? Ведь любое открытие есть результат в определённой степени закономерный, опирающийся на множество предпосылок и оснований, и остановить исследования не под силу никому. Если не сейчас, то через пять-десять лет она появится у кого-нибудь другого…
* * *
Кэтрин с радостью в сердце смотрела на каплеобразный корпус гипердвигателя. Второй образец. Они всё-таки сделали это! Сколько трудов и времени потрачено на него! И уложилась группа в кротчайшие сроки. Конечно, здесь помогло то, что прототип всё-таки нашёлся. Сейчас многострадальный прибор находится на орбите и готовится к проведению испытаний, вот только начальство почему-то всё никак не хочет дать добро. Кейт и её группа уже две недели назад настроили всю автоматику, прочитала на компьютере координаты, но на этом дело остановилось. Девушка уже терялась в догадках, почему. Алекс говорил насчёт новой информации о технологии, о её потенциальной опасности для общества, но Кэтрин не воспринимала аргументы всерьёз.
Девушка посмотрела на часы.
«Да, пора бы и отдохнуть»,— подумала Кейт и, попрощавшись с сотрудниками, вышла из лаборатории. На улице настолько же жарко, как и сухо. У входа в здание стояла машина. Кэтрин помахала рукой водителю, который стоял чуть в стороне. Тот кивнул и направился к автомобилю.
В салоне было не так душно как на улице. Работал кондиционер, поэтому до жилых корпусов Кэтрин доехала с комфортом.
Комната располагалась на втором этаже. Она вошла, закрыла за собой дверь и, сбросив обувь, с блаженством рухнула на кровать. Даже переодеваться не хотелось. Какой в этом смысл, если глаза слипаются, голова трещит от напряжения. Кэтрин почувствовала, что засыпает. Она не стала противиться…
Кейт стояла у своего дома. Волны океана накатывали на берег, оставляя полосу мокрого песка. Мамины цветы чуть приседали под нежным ветром.
«Странно»,— подумала она,— «как я здесь оказалась». Она пыталась вспомнить, откуда и куда шла, но никак не могла. Вдалеке она увидела молодого человека. Он внимательно смотрел на неё, словно изучал… или ждал. Спокойный и уверенный взгляд, чуть ироничный.
Кейт сделал шаг к нему навстречу. Молодой человек тоже чуть приблизился, затем огляделся, словно кого-то искал, и направился к ней. Он двигался уверенно и грациозно. Чувствовалась в нём какая-то твердость, внутренняя сила. Вскоре он оказался около неё, и Кэтрин почему-то с удивлением заметила, насколько он красив. На нём были чёрные штаны свободного покроя и белоснежная рубашка. Высокий, смуглый с сияющими, как алмазы глазами, он завораживал. Хотелось смотреть на него снова и снова. Было в этом человеке что-то неземное, можно даже сказать, божественное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
