Байбаков был польщен вниманием эстрадной певицы к его скромной персоне. Однако вежливо осведомился: «А чего она хочет от меня?» Секретарь парткома и председатель профкома растерянно пожимали плечами. В самом деле, чего она хочет? Учитывая желание коллектива воочию увидеть и послушать популярную артистку, Байбаков, несмотря на обычную занятость, дал согласие.
Через несколько дней состоялся концерт. Сначала целый час Пугачева пела в сопровождении ансамбля. Затем села за рояль и еще полчаса исполняла собственные произведения. Концерт завершился стоячей овацией. Пугачевой вручили «миллион алых роз» в виде огромного букета и на служебной «Волге» проводили до дома.
«Я, конечно, был удивлен, что она не обратилась ко мне ни с какой просьбой, — рассказывает Байбаков. — Но через пять дней мне доложили, что Пугачева просит принять ее. Я дал согласие. За чашкой чая Алла Борисовна изложила свою просьбу — выделить ей около ста тысяч инвалютных рублей для покупки за рубежом музыкальных инструментов и световой аппаратуры. Я вначале пытался отвертеться, мотивируя трудностями с валютой, но под ее энергичным нажимом позвонил министру культуры П. Н. Демичеву, и, посоветовавшись, мы нашли возможность помочь. Примерно через полгода после того памятного разговора я получил приглашение от Пугачевой в Театр эстрады на концерт. На сцене ослепительно сверкала новейшая музыкальная аппаратура. Правда, из-за грохота оркестра и световых эффектов я был вынужден пересесть с первого ряда на свободное место в десятом ряду, но в итоге получил большое удовольствие от концерта».
Для популярных артистов Госплан не был неприступной крепостью.
«Ввод советских войск в Афганистан явился для меня полной неожиданностью»
Тяжелым грузом на испускавшую дух советскую экономику легла война в Афганистане.
Восьмого декабря 1979 года Брежнев, Суслов, Андропов, Громыко и Устинов приняли решение ввести в ДРА контингент советских войск — 75–80 тысяч человек. Двадцать пятого декабря части 40-й армии перешли границу с Афганистаном.
В Российском государственном архиве новейшей истории хранится документ под названием «Запись беседы А. Н. Косыгина, А. А. Громыко, Д. Ф. Устинова, Б. Н. Пономарева с Н. М. Тараки 20 марта 1979 года». Над заголовком — штамп: «Особая папка. Совершенно секретно». Пометка: «Разослано членам Политбюро ЦК КПСС, кандидатам в члены Политбюро ЦК КПСС». И еще одна: «Подлежит возврату в ЦК КПСС».
Вот фрагмент этого документа:
А. Н. Косыгин. Политбюро поручило нам обсудить с вами все вопросы, по которым вы считаете нужным обменяться мнениями.
Мы внимательно обсуждали положение дел, создавшееся в вашей стране, искали такие пути оказания вам помощи, которые в наилучшей степени отвечали бы интересам нашей дружбы и вашим отношениям с другими странами. Пути решения возникших у вас проблем могут быть разными, но наилучшим из них является путь, который сохранил бы авторитет вашего правительства в народе, не испортил бы отношений Афганистана с соседними государствами, не нанес бы ущерба международному престижу вашей страны. Нельзя допускать того, чтобы дело выглядело таким образом, будто бы вы не смогли сами справиться со своими собственными проблемами и пригласили на помощь иностранные войска. <…>
Свои же задачи на нынешнем этапе мы видим в том, чтобы охранять вас от всяких возможных международных осложнений. Мы будем вам оказывать помощь всеми возможными средствами — поставлять вооружение, боеприпасы, направлять людей, которые могут быть вам полезными в обеспечении руководства военными и хозяйственными делами страны, специалистов для обучения вашего военного персонала обращению с самыми современными видами оружия и боевой техники, которые мы вам направляем. Ввод же наших войск на территорию Афганистана сразу же возбудит международную общественность, повлечет за собой резко отрицательные многоплановые последствия. Это, по существу, будет конфликт не только с империалистическими странами, но и конфликт с собственным народом. Наши общие враги только и ждут того момента, чтобы на территории Афганистана появились советские войска. Это им даст предлог для ввода на афганскую территорию враждебных вам вооруженных формирований. Хочу еще раз подчеркнуть, что вопрос о вводе войск рассматривался нами со всех сторон, мы тщательно изучали все аспекты этой акции и пришли к выводу о том, что если ввести войска, то обстановка в вашей стране не только не улучшится, а, наоборот, осложнится. Нельзя не видеть, что нашим войскам пришлось бы бороться не только с внешним агрессором, но и с какой-то частью вашего народа. А народ таких вещей не прощает. Кроме того, как только наши войска пересекут границу, Китай и все другие агрессоры получат реабилитацию.
Н. М. Тараки. Очень признателен вам за обстоятельное изложение позиции советского руководства по вопросу, который я хотел обсудить. Я тоже говорю прямо, откровенно, как ваш друг. Мы, в Афганистане, также считаем, что возникающие проблемы должны в первую очередь решаться политическими средствами и что военные акции должны носить вспомогательный характер. В политическом плане мы предприняли ряд мер и убедились, что большинство народа остается на нашей стороне. После моего выступления по радио с разъяснением характера гератских событий в ряде городов страны в течение только одного дня состоялось 102 демонстрации, участники которых несли лозунги с осуждением Хомейни и его приспешников. Это убедило нас в том, что наши внутренние противники не столь уж многочисленны. Обрадовали нас и сообщения о том, что часть войск, принимавших участие в мятеже, сложила оружие.
После моего визита в Советский Союз и подписания очень важного договора между нашими странами американские империалисты и другие реакционеры сильно озлобились на Демократическую Республику Афганистан. Они поняли, что Афганистан окончательно потерян для Запада. Средства массовой информации США, Пакистана и Ирана распространяли всякого рода клеветнические материалы, в которых поносили нас. В тесной дружбе Афганистана с Советским Союзом кроется главная причина антиафганской деятельности империалистов и реакционеров.
В конце 1990-х к Байбакову обратился экономический обозреватель одной из газет:
— Знали ли вы, как председатель Госплана СССР, о предстоящем вводе войск в Афганистан, советовались ли с вами предварительно об этой крупной акции, которая потребует больших финансовых и материальных затрат?
— Нет, никто со мной по данному вопросу не советовался, — был ответ. — Я узнал об этом из официальных сообщений. Ввод советских войск в Афганистан явился для меня полной неожиданностью. Конечно, такая крупномасштабная акция имела не только военно-политический аспект. И мне следовало бы заранее знать о предстоящем шаге. Но получилось так, что Госплану задним числом было дано указание изыскать дополнительные средства, чтобы обеспечить всем необходимым армию и помочь населению Афганистана. Непродуманность такого решения (имею в виду чисто экономический его аспект), плоды которого мы пожинаем и поныне, была очевидна и тогда.
По данным ЦРУ, Советский Союз
