— Колесо вертится, — сказала она с горькой улыбкой. — Теперь ты богаче, чем я.
— Мы же с тобой договорились, что неважно, у кого деньги. Прошлого не существует. Хочешь выйти за меня замуж?
— Я не хочу замуж. Я буду жить с тобой, не регистрируясь.
— Но почему?
— Я ничего не умею делать: ни убирать квартиру, ни зарабатывать… Я могу только воровать. Кто захочет жениться на такой женщине?
— Я. Мы наймем маленькую меблированную квартирку, где ведение домашнего хозяйства будет включено в общую стоимость, и я научу тебя помогать мне в работе. Муни ничего не понимает в освещении. Ты познакомишься со знаменитостями. Увидишь, моя дорогая, как это интересно!
— Очень приятно звездам познакомиться с бывшей каторжанкой? — бросила она.
— Не будь такой. Никто ничего не узнает о твоем прошлом. Муни единственный, кто знает, но он будет молчать.
Она покорно пожала плечами.
— Хорошо. Чем я могу тебе помочь?
— За пятнадцать дней я научу тебя всему, что касается освещения при фотографировании, это несложная и приятная работа. Хочешь выйти за меня замуж? Я не буду заставлять тебя вести домашнее хозяйство. От тебя требуется только одно: оставаться всегда со мной.
— Это глупо, Гарри. Ты же ничего обо мне не знаешь. Как ты можешь хотеть жениться на мне?
— Я знаю все, что мне надо знать. Если ты меня любишь, все будет хорошо.
— Я очень люблю тебя, Гарри и хочу, чтобы ты был счастлив, я же могу принести только одни неприятности. Ты это сам увидишь. Я так создана, и этим все сказано. Ты можешь отличать хорошее от плохого, и думаешь, что все такие, как ты. Думаешь легко переделать жизнь? — Она уселась на пол у ног Гарри. — Все не так просто, как ты думаешь. Я не хочу менять свою жизнь, милый. Я порочная со дня рождения, и всегда ввязывалась в какие-то неприятности. Это моя доля. Мой отец был служащим, мать — домашней хозяйкой. Она не умела ни читать, ни писать и целый день ничего не делала. Дом напоминал свинарник. Я целый день была предоставлена самой себе и моталась по улицам. Однажды вечером отец вернулся домой пьяным и поднялся ко мне в комнату. Мне в то время уже было пятнадцать лет. Мать застала нас. Разгорелся скандал, и отец столкнул мать с лестницы. Та повредила себе позвоночник. Он получил пять лет тюрьмы и еще пять лет за убийство соседа по камере. Меня отправили в исправительный дом, но я быстро оттуда сбежала и устроилась на работу в прачечную. Работа в прачечной навсегда вылечила меня от желания зарабатывать себе на жизнь честным трудом. — Она замолчала, закурила и бросила спичку на пол. — Это неприятно и мне очень жаль, но тебе надо знать, Гарри, на ком ты собираешься жениться. С одной девушкой я начала воровать в больших магазинах. Ее поймали, а я так испугалась, что на время перестала заниматься этим ремеслом. Затем началась война. Я жила с одним американским офицером. Тот купался в деньгах, но был невероятно скуп. Я потихоньку воровала у него деньги, но он был так богат, что ничего не замечал. Он мне не нравился, но я оставалась с ним, так как надеялась, что он заберет меня в Америку. Но однажды он уехал, даже не предупредив меня. Десять дней я провела на панели. Потом наткнулась на одного типа, который научил меня карманным кражам. На него уже работали три женщины. Все было продумано блестяще. Никогда до этого у меня не было столько денег. Потом я встретилась с тобой, и в тот момент ты, не зная меня, спас от полиции. И тогда первый раз в жизни я испытала угрызения совести. Я хотела и до сих пор хочу, чтобы ты был со мной всегда. — Она погасила окурок в пепельнице. — Потом я украла портсигар и должна была отдать его Роберту, человеку, на которого я работала. Но безделушка была так хороша, что я не смогла противостоять соблазну подарить ее тебе. Это была ошибка, но вся моя жизнь — это сплошные ошибки. — Она раздраженно махнула рукой. — Вот видишь, какая некрасивая история. Я из тех женщин, которых можно только пожалеть. Раз двенадцать у меня была возможность честно зарабатывать пять-шесть фунтов в неделю, но я всегда предпочитала легкие заработки. Такая уж я есть. И давай больше не будем больше говорить о женитьбе, пожалуйста.
— Мне в высшей степени наплевать на твое прошлое. Все, что я хочу знать, — это любишь ли ты меня. Ты мне сказала «да», и я хотел бы, чтобы ты это повторила.
Она подняла на него глаза:
— Да, я тебя люблю, Гарри. Временами я бы предпочла не любить тебя. Но я никого не любила, кроме тебя. Но почему это так? Почему бы мне не полюбить какого-нибудь парня из своей среды, такого же грязного, как и я?
Гарри обнял ее.
— Замолчи, Клер. Если ты действительно хочешь сделать меня счастливым, выходи за меня замуж. Все будет хорошо. Прошлое неважно.
— Ты хочешь жениться на мне после того, что я тебе рассказала?
— Разумеется. Ты моя, остальное неважно. Я тебя прошу только об одном.
Какое-то мгновение она смотрела на него, потом, опустив глаза, сказала:
— Ладно, раз ты этого хочешь. Но я тебя предупреждаю, что совершенно ничего не умею делать и никогда не смогу быть хорошей хозяйкой.
Гарри не поверил ни одному ее слову.
Глава 3
Следующие три недели Гарри был чрезвычайно деятелен. Дорис нашла для него двухкомнатную квартирку в приятном и тихом районе города за три фунта в неделю или за четыре фунта, включая все услуги. Это было больше, чем предполагал Гарри, но он принял условия. Ведь он обещал Клер, что освободит ее от всех забот.
Дорис восхищалась красотой и элегантностью Клер. Но она все же не могла удержаться и не сказать Муни, что Клер все же могла и слегка потрудиться.
— Во всяком случае, она от этого бы не умерла.
— Нас это не касается, — оборвал ее Муни, — есть женщины, не созданные для домашней работы.
К счастью для Гарри, в эти три недели работы было немного. Клер была возбуждена, и ей все время хотелось куда-то идти. Она потратила значительно больше денег, чем он мог себе позволить, но он успокоил себя тем, что это следствие приобретенной свободы.
Гарри редко видел Аллана Симпсона, так как имел дело с его заместителем Вилли Леманом.
— Мой контракт кончается, — заявил он Леману. — Как вы думаете, не смог бы я освободиться от условия работать исключительно на Симпсона? У меня много свободного времени, и я мог бы заняться другой работой.
Леман, молодой близорукий человек, ответил, что поговорит с Симпсоном.
— Мистер Симпсон не любит, когда его персонал работает на стороне. Но, может быть, он сделает для вас исключение… Я попытаюсь. А может, мне добиться для вас увеличения зарплаты. Сколько вы получаете сейчас?
— Двадцать пять фунтов, из которых я плачу двум своим помощникам. После всех вычетов и налогов у меня остается только десять фунтов.
— А если их будет двадцать, вас это устроило бы?
— Я предпочел бы работать на стороне, мистер Леман, если это возможно.
Леман уселся. Гарри ему нравился, и он ценил его работу.
— Хорошо, я замолвлю за вас словечко. На ком вы женитесь?
Дата свадьбы уже была назначена. Церемония должна была проходить в мэрии района, где находилась их новая квартира. Гарри очень беспокоил внешний вид Клер. Она была больше похожа на больную, готовящуюся к серьезной операции, нежели на счастливую невесту.
В утро свадьбы он брился, когда она вошла в его комнату.
— Э, — запротестовал он, улыбаясь. — Жених не должен встречаться с невестой утром в день свадьбы. Это приносит несчастье. — Но, увидев лицо Клер, он перестал шутить. — В чем дело, Клер?
Она что-то пробормотала, замолкла и загнанной лошадью посмотрела на него.
— Я понимаю, — продолжал он, вытирая лицо. — Ты взволнована. Пойдем выпьем что-нибудь покрепче, и ты придешь в себя. Иди одевайся.
— Ты уверен, что все еще хочешь на мне жениться? — произнесла она вспыльчиво. — Уверен, что никогда не пожалеешь об этом?
Их беседа была прервана Муни, который был возмущен, увидев, что они нарушают обычай, запрещающий молодоженам видеться в день свадьбы до того, как распишутся.
Процедура бракосочетания была безрадостной, несмотря на робко проглянувшее солнышко.
— Не нравится мне такая свадьба, — пробормотал Муни на ухо Дорис. — Напоминает похороны. Нужно заставить выпить этих двоих.
Была договоренность, что свадебного путешествия не будет, а просто состоится обед с участием Муни и Дорис. Гарри настаивал на поездке за город, туда, где он когда-то провел такой замечательный день с Клер, и невеста согласилась.
Обед прошел удачно благодаря Муни, который занимался напитками. Клер в конце концов развеселилась от его постоянных шуток.
После обеда Гарри и Клер забрались в старый «мор-рис», оставив Дорис и Муни, которые настояли, что останутся дома, чтобы привести все в порядок.
