Читаем без скачивания Надежда смертника - Дэвид Файнток

Наконец генерал Рубен сообщил о появлении нижнего делегата.

Пауза сменилась пробежавшей по толпе журналистов волне шепота, перешедшей затем в настоящий шквал выкрикиваемых вопросов и требований. Старик прошел мимо них шаркая, его рваное пальто было застегнуто на все пуговицы, как будто он приготовился защищаться. Когда его глаза встретились с моими, он неожиданно для меня кивнул.

Я едва ли не открыл рот от изумления. Это был тот самый старик, который прилетел к площади с капитаном. Тот, кто сопровождал нас вниз в сабвей. Господин… Я обратился к своей памяти, и она не подвела меня: Чанг.

После того как журналисты уехали, совещание приобрело ожесточенный характер.

Мы атаковали старика презрением, лестью, горячей дискуссией, объективными фактами неизбежного поражения нижних. Он сидел словно каменное изваяние.

Наконец Мэрион Лисон подняла руку, призывая к тишине. Она произнесла медленно, с излишне подчеркнутой дикцией.

– Вы понимаете, о чем мы говорили?

Чанг зашевелился.

– Да, я понимаю. Вы думаете, что выиграли, тогда нет надобности говорить о моих людях, умирающих от нехватки воды. Нет надобности предлагать торговаться, как предложил старик с рыжими волосами.

Рубен разозлился:

– Это была ваша идея. Я только…

– Зачем беспокоиться, если вы уже владеете миром? – Старый обитатель улицы наклонился, медленно плюнул на пол. Мэрион Лисон сморщила нос.

На экране Рекс Физер резко выкрикнул, желая привлечь к себе внимание:

– Это – не по существу. Вы сдадитесь сейчас и тем самым сохраните свои жизни?

– В обмен на водный завод? Да или нет?

Все взгляды были обращены на Мэрион.

– Правительство, – сказала она, – рассмотрит это. После.

Чанг изучал ее с чем-то вроде замешательства в глазах.

– Спите ночью, не так ли? Чувствуете себя хорошо, несмотря на то, что делаете?

Раздался тихий звонок. Я посмотрел на пульт, но звук исходил от Чанга. Он сунул руку в карман пальто и, вытащив оттуда телефон, включил его.

– Не могу говорить сейчас, – сказал он. – Совещание.

Генерал Рубен сделал предупреждающий жест:

– Нет, мы предоставим вам возможность уединиться. Сообщите им, чтобы подождали минуту. – Он наклонился к уху помощника, который затем сопроводил Чанга в другую комнату.

Едва дверь закрылась, Рубен бросился к пульту:

– Сейчас!

– Что происходит? – спросил я.

– Мы прослушивали его телефонные разговоры с прошлого вечера. Он говорил с каким-то мальчишкой, используя кодирование, наши люди не смогли расшифровать. Слушайте!

Он включил пульт, и мы услышали в динамиках голос помощника Рубена:

– Отправитель под землей, сэр. Мы транслируем его для определения местоположения.

– Хорошо. Спокойно.

Тяжелое дыхание, затем сморкающийся голос Чанга:

– Да-х-а?

– Господин Чанг, это Филип. – Голос мальчика был печален.

Моя челюсть отвисла. Я быстро огляделся вокруг, чтобы узнать, поняли ли другие, кто говорил.

– Чако, та не должен.

– Они, наверное, слушают нас, так что это и для их ушей тоже. Они запустили ядовитый газ в туннели сабов на севере Девяносто шестой. Нижние внутри мертвы. Тысячи.

– О господи! – Чанг тяжело дышал.

– Сообщите властям, что они убили господина Тенера. Он спустился вниз, пытаясь предупредить их. Я видел его тело.

– Чако…

– Меня зовут Филип. И мне уже все равно. Я в пути, скоро увижу моего друга. Я не знаю, когда скажу ему об этом. Лицо господина Тенера было фиолетовым. Я заметил его только потому, что его одежда очень отличалась от одежды остальных убитых. Кровь лилась из его носа и рта и закрыла его лицо. – Мальчик замолчал, потом продолжил:

– Честно говоря, я сказал бы, что он умер в агонии.

В комнате стояла абсолютная тишина.

– Халб, ваш лидер, велел передать им – никакой капитуляции. Пока они не убьют последнего оставшегося саба. И скажите им, с нами еще не покончено. Так что вы заплатите. Все вы.

Щелчок. Связь прервана. Я сидел, уставившись на пульт.

Девон был в пяти часах суборбитальным. Возможно, я мог успеть на вертолет, который доставит меня к старту челнока. Меня охватило необъяснимое страстное желание посетить Академию, прогуляться еще раз по ее тихим тенистым аллеям. Я издал вопль.

Только когда Мэрион поглядела на меня с тревогой, я осознал, что по моим щекам текли слезы.

50. Педро

Не знаю, как я выдержал бесконечный поход пешком назад к ненавистному залу заседаний. Сердце так сильно колотилось. Первый раз в жизни мне было жаль, что я не похож на нейтрала, из которого слова лились потоком, а всего лишь обозленный нижний с ножом. Устало я снова опустился на стул, осмотрел лица. Верхний Боланд ушел, но остальные те же, что прежде.

Снаружи доносится зловещий грохот. Наверно, опять умирают нижние.

После того как Фити отключил связь, я сделал вывод, что ничего большего мне не оставалось, кроме как доиграть до конца игру смерти. Может быть, как-то я потянул бы для нас время.

Время – все, что у нас осталось. И его мало. Я старался не представлять обвиняющих нас мертвых.

В зале заседаний я ухмыляюсь верхней тетке, показывая гнилые зубы.

– Вы говорили?

Она сладким голосом ответила.

– Я полагаю, что все в порядке?

Рубен хлопнул ладонью по столу, с треском, который испугал всех:

– Ничего подобного.

Она даже не моргнула.

– Вас могут заменить, если вы считаете вашу работу неприятной.

– Как вы можете! – он говорил раздраженно. – Вы думаете, что господин Кан уволит меня по вашему совету? Мы посмотрим.

Их глаза встретились, и те, что опустились, были ее. Сдерживая боль, я ждал, слушая, изучая.

Рубен обратился ко мне:

– Есть ли смысл в дальнейшем диалоге?

Я только сказал:

– Вы слышали?

По крайней мере, он не старался притворяться. Кивнул.

– Кто это сделал?

– Полковник в Сто десятом прибыл с… нет. – Он медленно расправил плечи. – Вирц просил мое одобрение, и я дал его. Я ответствен. Ваши были… Мы думали, они…

Женщина Мэрион стучала по столу, получался громкий звук.

– Это к делу не относится. Что вы собираетесь делать с этим старым… этим человеком?

На экранах Физер и Торн наблюдали спокойно.

У тя нет обломка металла, Педро, иначе б ты вонзил его в надменное сердце генерала. Нет силы, чтобы обхватить пальцами его шею и сжимать до тех пор, пока он не станет похожим на нижних, лежащих в сабвее. У меня нет ничего, кроме слов. Думай, Педро Любой с кучей консервов сможет сделать хорошую мену, но потребуется нейтрал, чтобы торговаться без нее. И не просто какой-то нейтрал. Лучший торговец, когда-либо существовавший, безрассудный старик, который подстрекал отстаивать то, что может быть отвоевано.

Я прочистил горло.

– Хотел бы знать, сколько башен вы собираетесь потерять. Уже две будет трудно восстановить.

– Прошу прощения? – Глаза женщины были холодными.

Я снял пальто, будта приготовился остаться на долгое время.

– Хороший вид здесь. – Я указывал на окно. – Можете наблюдать клубы дыма, проплывающие мимо. – Я наклонился вперед. – Думаете, нация нижних собираться сдаться и умирать, только потому вы щелкнете пальцем? Сотни тысяч оставались по всему городу. – Я надеялся, что это правда. – И сейчас они действительно в бешенстве.

– Не пытайтесь нам угрожать…

– Факты это не угрозы. – Я сердито посмотрел на них. – Думаете, они не сказали мне, используя кодирование по телефону. Лучше приготовьтесь, потому что вы скоро потеряете… – Я сделал паузу, главным образом, чтобы сглотнуть, но также и для того, чтобы придумать то, чему они могли поверить.

Дверь внезапно открылась, и стремительно вошел презрительный майор.

– Сэр, – нижние ублюдки взорвали дамбу!

– Они что? – Рубен вскочил.

– Несколько минут назад. Этот грохот, что мы слышали… они разрушили дамбу за Уолл-стрит, вода поднимается и вот-вот хлынет. – Он уставился на меня с нескрываемой ненавистью. – Две гигантские волны примерно в пятьдесят ярдов высотой.

Я сцепил пальцы вместе, показывал им самодовольную улыбку.

– Посмотри на этого нижнего сукиного сына…

– Где нижние?

– Ни одного не видно.

На экране адмирал спросил:

– Каков ущерб?

– Вода поднимается, но люди не могут так быстро подняться выше. Уже затоплены фундаменты Фултона. Бог знает как справимся…

Эрнст Рубен резко оборвал:

– Я хочу видеоизображение с вертолета. Нет, ей-богу я схожу посмотреть. Организуете мне прикрытие, нижние где-то поблизости. Стрелять без предупреждения. Заседание прервано на час. Действуйте!

– Есть, сэр! – Грувс вышел большими шагами, генерал – за ним.

Я притворился улыбающимся ради верхней женщины. Людям, ждущим на экране, я сказал:

– Говорил вам, нижние в настоящем бешенстве. На что вы надеетесь?

Физер, единственный из них политик, встряхнул головой, будто он устал.