class="p1">С одной стороны, он такой хитрожоп, коих-свет не видывал и, если проморгаешь что-нибудь, он тебя не пощадит. От таких лучше сразу избавляться, потому что потом может быть слишком поздно.
С другой стороны, убить его сейчас — это усложнить себе жизнь, так как Бао вот, у меня в руках, надо просто грамотно его упаковать, чтобы не сбежал. Без него же мне вновь придётся искать алхимики, и там далеко не факт, что не попадётся второй Бао. По сути, неизвестный от слова совсем человек будет не лучше Бао, если не хуже.
Но если взглянуть на проблему немного иначе, то Бао меня не тронет до тех пор, пока не узнает формулу вплоть до пилюли для перехода на тринадцатый уровень. А мне тринадцатая-то особо не нужна, учитывая, что Вьисендо примерно так десятого. Другими словами, Бао не сможет убить меня, пока я не раскрою ему все формулы, а мне просто-напросто делать это не обязательно. Пусть ждёт вечно.
Так что, когда в любой другой ситуации вопрос бы не встал, сейчас, когда мне надо было стать сильнее, убивать его было бы слишком расточительно. Поэтому из двух зол я выбрал наименьшее.
Я внимательно посмотрел ему в глаза.
— Знаешь, Бао, ты прав, без тебя я далеко не уйду, но…
Прежде чем он, ослабленный, успел что-то сделать, мой клинок дёрнулся вперёд и ткнул ему прямо в глаз самым кончиком. Это было филигранно и быстро, никто даже среагировать не успел, включая самого Бао. Лишь мгновение спустя он негромко вскрикнул, дёрнувшись руками к вытекающему глазу, как меч описал небольшую дугу, и его правая рука практически по локоть упала на песок.
И тут же пинком я отправил его отрубленную руку далеко в пустыню, чтобы желания прирастить не возникло.
Насколько я понял, Бао был правшой, по крайней мере и держал он меч правой рукой, и делал многие вещи тоже ею. Поэтому без ведущей руки сопротивляться ему будет сложнее, как и без одного глаза — где-то я слышал, что человеку с одним глазом тяжелее определять расстояние, поэтому пусть будет так.
— Юнксу… — начала было Совунья, но я тихо произнёс.
— Рот закрыла, — и посмотрел на Бао, который стоически пережил ампутацию. — Я бы тебе и ноги отрезал, да тащить не хочется на собственном горбу.
— Ты очень мил, — натужно просипел он.
— Да, удивляюсь своей доброте, — кивнул я. — Считай это месть или способом сдержать тебя, мне плевать. Но всё это ты можешь получить обратно, если будешь вести себя хорошо.
— Получить обратно отрубленную руку? — посмотрел он на меня единственным глазом.
— Да.
Не знаю, поверил он мне или нет, но Бао несколько секунд смотрел на меня, будто пытаясь понять, вру я или нет, после чего вздохнул и молча опустил голову, продолжая передавливать культю.
Придётся ему так посидеть ближайшие сутки, так как дать ему пилюлю лечения я не мог — сразу глаз восстановит засранец. Поэтому пусть так посидит пока и подумает над своим поведением.
Ещё я подумал о ошейнике Джа, но об этом тоже надо хорошенько подумать будет на досуге, так как Джа мне так и не раскрылась за те три месяца, что мы вместе, что меня слегка напрягало. Хрен знает что на уме у этой девушки, и не станет ли она ещё большей проблемой, чем есть тот же Бао.
Теперь надо было поговорить с Совуньей, только перед этим…
— Передавите ему руку верёвкой, чтобы не истёк кровью, — попросил я Совунью, и дождавшись, когда она накинет ему на культю жгут, подошёл и ударил с теплотой в сердце ублюдка по затылку, отправив в отключку.
Теперь надо было поговорить с этой клухой.
— Лунная Сова, что меня останавливает сейчас убить вас? — негромко спросил я, глядя ей в глаза.
— Ничего, — ответила она безмятежно.
— Тогда бы почему мне этого не сделать? — задал я выходящий из этого вопрос. — Ведь я не могу понять, на чей вы стороне.
— Я на стороне своей подруги.
— О-о-о… наслышан я о вашей дружбе. Да и сам как-то видел, насколько вы дружны, — фыркнул я.
— Много времени прошло с того момен…
Я ударил её по лицу так, что Совунья, брызнув кровью из губ и носа упала на песок.
— Я спас вас, Лунная Сова, вытащил на своём горбу и помог моему мастеру вас найти, чтобы та вас исцелила. Когда я увидел, как вы пытались защитить Ки, мне казалось, я знаю, на чей вы стороне. Но сейчас, когда вы вот так просто закрываете собой этого ублюдка, я спрашиваю себя, а какую именно цель вы преследуете?
Она вытерла кровь из-под носа, облизнув разбитые губы.
— Я не предала сейчас никого.
— Вроде как нет, но выглядит так, будто вы играете и за своих, и за чужих.
— Я не дала допустить тебе ошибку, Юнксу, — ответила Совунья, попытавшись встать, но я ногой придавил её обратно к песку, приставив кончик клинка к шее.
Нет, я не издевался, не пытался как-то самоутвердиться или сделать какую-нибудь подлость, пользуясь своей силой. Ситуация была слегка непонятно, и я просто не знал, как относиться сейчас к Совунье. С одной стороны, оставить Бао неплохая идея — свой личный алхимик. С другой — а именно ли эту цель она преследовала?
А что, если это двойная игра? А что, если она там ипётся с Бао и поэтому спасла его, как влюблённая дурочка? Хотя с другой стороны, смысл тогда было его травить, если технически, он мог одержать надо мной победу? Что у неё вообще в голове?
Да, ситуация выглядела именно как то, что Совунья хотела и моей победы, и использовать Бао, но… так ли это? И не пытаются мне сейчас лапшу на уши вешать? Или может она пыталась и нашим, и вашим: и мне отдать победу, и Бао спасти? Ведь сегодня Совунья хочет его спасти, пусть и говорит, что знает, на какой она стороне, а завтра уже помогает ему сбежать, так как он тот самый единственный…
Знаю я, на что люди способны.
Только сам не мог вот так просто без реальных причин по одним соображениям убить подругу Чёрной Лисицы. Вот с Бао всё понятно. Или будь здесь какой-нибудь разбойник, который до этого вовсю грабил и убивал — тогда бы был другой разговор, так
