class="p1">Задохнусь же… И тут меня осенило.
А запаха-то и нет. Совсем!
Разве при пожаре так бывает? Где дым? Вонь гари?
Остановилась и призадумалась. Конечно, возможно, здесь есть какая-то магическая приблуда, устраняющая всё это. Но зачем тогда эвакуация, если огня нет?
Пока соображала, позади послышался знакомый шум. Карета. Ехала она сама по себе. Ни лошади, ни кентавра.
Приподняв бровь, рассматривала эту странную диковину. Поравнявшись со мной, кто-то невидимый открыл дверь. Не успела я отшатнуться, как что-то пахучее брызнуло в лицо. Мгновение, и перед глазами расплылись черные круги. Я медленно опустилась на пол, так ничего и не сообразив.
Глава 90
В голове гудело. Я слышала крики. Даже вопли. Тьма резко рассеялась, сменившись на полумрак. Дым. Глубоко вдохнув, я закашлялась.
Меня мелко затрясло от дикого ужаса. Я всегда боялась огня. Селилась не выше третьего этажа, и всё из-за панического страха перед пожаром. Найдя в себе силы, приподнялась на локтях и, мало что соображая, выглянула в окно. Правое крыло первого и второго этажа замка пылали словно факел. Огонь жадно облизывал стены. Вокруг метались гаргулы. Вот почему я ничего не видела. Окна ни туда выходили. Сейчас же вся страшная картина предстала взору. Жуть какая!
Закашлявшись, я постоянно моргала.
— Да, я думал, ты сгоришь там, — рявкнул кто-то рядом знакомым голосом. — В здании понатыканы противопожарные гномовские штучки. Ни дыма, ни запаха в первые минуты. Ты бы в аккурат выбежала на огонь. Но боги тебя любят, проклятая человечка. Ты вышла совсем с другой стороны.
Повернув голову, я пыталась рассмотреть во мраке кареты говорившего. Знала ведь голос и очень хорошо, но сообразить ничего не могла. Паника при полуобморочном состоянии не способствовала здравомыслию.
— Любят тебя боги, да не совсем. Успел перехватить. Чисто случайно. Ничего. Добью сам, а может и хорошо, что так вышло. Выгоду с тебя поимею по полной. Не сдохла, так сама себе виновата.
Не успела я и рта раскрыть, как в лицо снова брызнули чем-то жутко вонючим.
Упав на диванчик, тяжело задышала, ловя ртом воздух как рыба. В голове каша из мыслей.
— Я очень надеюсь, что господин Джакобо сдохнет, побежав тебя спасать. Такая удача будет. Драма, как любила его мамаша. Так вас и похоронят вдвоем на мою радость. А я тебя просто как собачонку вышвырну в твой мир. Скули там по своему Инчиро. Он, кстати, не знает, что именно я был последним тайным любовником его мамаши. Решил подобраться ближе к нему с той стороны, но эта дура взяла и померла... А такие планы были! Я мог бы стать ему папой, — пространство наполнилось тупым хихиканьем.
Моё сознание уплывало. Но я всё ещё могла слышать этот мерзкий голос. Ничего, кроме жуткой неприязни, он во мне не вызывал... Запах дыма усиливался...
Перед глазами стоял объятый пламенем замок...
Нет... Инчиро не паникер... Его гаргулы проверят окна... Сам он не полезет... Он не я... Не поддается эмоциям...
Это была последняя мысль...
***
... Толчок. Боль под ребрами. Знакомый шум. Рев моторов автомобилей. Ветер. Звук сигнала. Мужские крики. Всё такое привычное. А главное, воздух. Едкий. Родные выхлопные газы.
Снова сигнал автомобиля. Пробка, не иначе.
С трудом разлепив глаза, уставилась перед собой. Грязный бетонный пол. Холодный до ужаса. Вместо окон, залепленные целлофаном проемы. Стройка. Да нет. Стены выровнены и окрашены в бледный голубой цвет. Ремонтные работы. Выходит здесь, скорее всего, пусто.
Я попыталась приподняться и глухо застонала от боли. Тело закоченело и не разгибалось. Холодно. Меня мелко трясло. На коже дыбом становились волоски.
— О, очнулась? — кто-то присел рядом.
Начищенные лакированные туфли с острым носом, белые узенькие штанишки...
— Лафилье, — выдохнула. — Ну кто же ещё?
— Господин Лафилье! — высокомерно заявил он. — А ты думала, я так просто позволю тебе разрушить всё то, что создавал столько лет? Два выгодных проекта. Они бы озолотили меня. Да, я купался бы в прибыли... Но нет. Этот рогатый дурак решил влюбиться. И в кого? Человечка! Ни рожи, ни кожи.
— Ты себя, ушастый, давно в зеркало видел? — проворчала, пытаясь размять ноги. — Вот уж действительно, кто урод.
За свою несдержанность я получила очередной удар в спину. Но это, как ни странно, меня взбодрило, а вернее — разозлило и прибавило сил.
— Ты, крысеныш, видимо на подсосе у корпорации, да? Крошки собираешь со стола босса. Зад ему нализываешь и красивые отчеты подсовываешь. Думаешь, их не читают? Ошибаешься, я там красиво всё почеркала. Так что умойся. Ни завода тебе, ни ипподрома.
— Тварь! — ещё один удар.
Зашипев, я выдохнула сквозь зубы.
— Много о себе мнишь, Ариночка. Лучше будь со мной поласковей, а то и здесь не оставлю тебя в живых. А так поползаешь ещё немного на четвереньках передо мной. У меня большие планы на твой вонючий мирок. Золота здесь раздобыть легко. Осталось отжать у Джакобо эту часть здания. И будет у меня всё как у него.
Оставив меня в покое, он прошелся по пустому холлу. Покрутился, как полоумный. На его лице расплылась такая счастливая улыбка, что точно стало понятно — дурак.
— Здесь всё как в его замке. Точка перехода междомирья. Нет... Не такое же! Лучше! Много лучше. Двенадцать этажей, парковка в несколько ярусов. И не кареты с этими вонючими недолюдьми с копытами. А машины. Красивые. Из металла. А какая у них скорость. О да! Я много читал про этот мир. Я буду здесь королем! Набью золотом карманы. Женщины! Свой ресторан! Поклонение. Они упадут к моим ногам...
— Рестораны или женщины? — зачем-то уточнила.
Просто его слова казались мне потоком бреда.
Он рот закрыл и взглянул на меня.
— А карманы от золота не порвутся? Нет? А вообще, не хранят у нас золото в одежде. Для этого банки есть. И ещё налоговая. Да. Эти везде прибыль учуют и за данью придут. Да и таких мамкиных нагибаторов у нас каждый третий. Беги-ка ты, ушастый, пока не поздно, в свой милый уютный мирок, пока тебя здесь не сожрали акулы пострашнее Инчиро.
— Ты, — выдохнул он со свистом. — Я всё знаю об этом мире. Всё! Здесь разбогатеть легче простого. Достаточно купить акции...
— Херакции, — засмеялась я. — Интернетное ты ушастое лапушьё. Пока не поздно, лучше верни меня туда, где взял, и
