За время воздушных пыток мои войска успели вылезти из подземелья, заняться своими и вручить примчавшемуся к спуску в подземелье барону его сына, действительно оказавшегося среди пленников роя. Вырвать свое начальство из лап титана они не могли, поскольку банально не добивали до нижней границы той высоты, на которой он летал. Ну а у меня тем временем открылась новое умение: 'Стойкость', увеличивающее сопротивление боли, испугу, шоку, ошеломлению и прочим подобным радостям. И когда оно прокачалось до седьмого уровня, моя акрофобия ненадолго сдала позиции, не выдержав гнета обстоятельств. И титан наконец узнал то, что так долго хотел. А после стрелой метнулся к бывшему эльфийскому замку, уронил меня на землю, в которую я вцепился как утопающий в спасательный круг и впал в некое подобие транса у скромного памятника, под которым лежали остатки его дочери.
— Я извиняюсь. — Повторился Ал — Шерез, сев прямо на задницу и, кажется, раздавив одного из моих слизняков, невесть зачем выползшего во двор и не успевшего сообразить, что появившаяся над ним тень вовсе не к добру. Что ж, думаю на этом месте можно будет устроить неплохой общественный бассейн сразу же, как только он встанет. Грунт в образовавшейся впадине, во всяком случае, уже должен быть утрамбован до плотности едва ли не бетона. — Если бы ты не был наполовину эльфом…Если бы я чуть спокойнее воспринял новости…Если бы…Эх, да что там говорить! Если бы я не был таким импульсивным идиотом, моя дочь была бы жива. Я же знал! Чувствовал, будто что‑то не так! И так хотел своротить треклятый фонтан, но удержался! Не захотел портить его красоту! А она ведь наверняка видела меня! Ждала спасения! Надеялась! А потом, когда я ушел, умирала! Долго, ужасно, мучительно!
Вновь впавший в гнев гигант замолотил руками по двору замка, а подпрыгивающая от его мощи земля принялась больно бить меня по лицу. Вот ведь принесло высокоуровневого босса на мою голову! У него же что не вздох — так площадная атака! А если, не дай все боги чохом с матерью — природой во главе, вдруг живот заболит, то окружающие территории и вовсе узнают, каково это внезапно оказаться атакованными химическим оружием массового поражения.
— Одно не могу понять. — Задумался барон, чудом сохраняя равновесие и переводя взгляд с гиганта на дворец. — Как вы вообще пролезли внутрь и не опрокинули здания своими плечами? Для этого вас бы пришлось сложить, по меньшей мере, вчетверо!
— Я не просто так зовусь лордом титанов. — Прогудел Ал — Шерез, немного успокаиваясь и прекращая долбить кулаками по земле. Кстати, в образовавшихся выбоинах имеет смысл поискать ценные ископаемые. Это ж почти готовые карьеры! — В моем замке, что парит сейчас над нашими головами, помимо слуг, детей и женщин живет почти два десятка мужчин моей расы. Для вас они гиганты, но на моем фоне теряются. Зато могут пройти в ваши человеческие постройки…Ну, в самые большие из них.
— Два десятка… — Повторил барон, явно о чем‑то раздумывая.
— По меркам остальных рас это, конечно, немного…Но если бы я захотел поджечь любую твердыню смертных рас с четырех концов, я бы это сделал. — Не без гордости заметил Ал — Шерез. — И никакие защитники мне бы не помешали раздавить своим замком её полыхающие руины.
Все как по команде задрали головы вверх, где в центре маленького локального смерча, не достающего нижним концом своего хобота до земли, парила громадная постройка овальной формы, которая несмотря на свои размеры отличалась изяществом. Изгибающийся волнами фундамент, покатые выгнутые в стороны, будто у корабля бока и возвышающаяся над ними надстройка в кормовой части. Будто отлитая из серебра драгоценность, она сверкала на солнце установленными на многочисленных открытых площадках белоснежными колоннами, переливалась цветными витражами громадных стекол, играла солнцем на остриях устремившихся ввысь шпилей. И вообще вся эта штука походила больше не на летающий замок, а на какой‑то футуристический космокрейсер, который не слишком умело постарались загримировать под творение магии.
— Я благодарен тебе за то, что ты помог мне выяснить судьбу моей дочери, друид. — Продолжил свою речь Ал — Шерез, нервно сжимая и разжимая кулаки своих огромных рук. — И за то, что ты дал покой её остаткам. А больше всего за то, что позволил мне окончательно увериться в истинном виновнике произошедшего.
— Но…Вы ведь и так его уже знали, верно? — Удивился я, огладываясь на дворец, еще несущий на себе следы недавнего ремонта. — Ведь вы же пришли сюда? И все тут развалили…
— Слуга жившего здесь принца попытался продать через третьи руки довольно приметную драгоценность, в которой дорогущий мифрил довольно нелепо был украшен простыми мутными аквамаринами, стоящими не многим дешевле стекла. — Кивнул Ал — Шерез, на лице которого от неприятных воспоминаний воцарилась скорбь. — Моя покойная супруга не была артефактором или ювелиром, но очень хотела научиться этим ремеслам. И дочь всегда носила при себе её самую удачную поделку в память о матери. Запонку как раз из этих материалов, для кого‑то ваших габаритов вполне сошедшую бы за нашейное украшение.
Титан прервался на минуты, погрузившись в свои мрачные думы. А мы с бароном переглянулись. Слушать излияния убитого горем отца и наблюдать за его же истерикой не очень приятно…Особенно когда он, расчувствовавшись, может мимоходом вас затоптать. Но не выдворять же прочь такую тушу? У нас банально сил не хватит, чтобы её просто с места на место передвинуть!
— Когда Альфида пропала, кортеж одного знатного эльфа проезжал неподалеку. Это раз. Про него давно ходили дурные слухи, мол знается с темной магией и похищает женщин. Это два. Мало оснований для визита, достаточно для подозрений. — Ал — Шерез принялся загибать пальцы на своей громадной ладони, которую кто‑нибудь небольшой вроде гоблинов или хоббитов вполне мог использовать как танцевальную площадку. — Чернокнижники редко охотятся на дев моего народа, но лишь потому, что им очень тяжело их получить. И мало у какого колдуна хватит духу и сил справиться даже с одинокой безоружной титанидой. А одинокими и безоружными они не бывают. Но если какая‑нибудь тварь набирает достаточно мощи, то задумывается о том, чтобы использовать в своих мерзких ритуалах особых жертв. Ведь чем они будут лучше, тем сильнее получится его награда. А потому я нанял кое — каких ваших ловкачей проследить за подозрительным эльфом и его окружением. И получил от них информацию о приметной вещи. И третьей причины мне хватило, чтобы пожелать побеседовать с одним ушастым принцем с глазу на глаз.
— Судя по тому, в каком виде это место пребывало долгие годы, беседа не заладилась. — Хмыкнул барон, наверняка хоть раз да посещавший руины до того, как я их отреставрировал. — Выживших эльфов, насколько я знаю из записей своего деда, так и не обнаружили. А все, кто находился достаточно далеко и потому смог спастись, максимум видели издалека огромную фигуру с молотом, окутанную грозовыми разрядами. Думаю, как раз вас, ведь вы намного крупнее своих подданных.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
