Два восхода спустя через главные ворота столицы изменчивых вошла процессия, собравшая значительный урожай удивленных взглядов жителей и гостей селиума. Впереди, на гордо вышагивающем тарго, восседал Олар, известный как личный хран Гайде. Его сопровождал боевой отряд альвов. Еще один представитель этой расы сотворенных, связанный вместе с черноволосой девушкой, находился в центре колонны. Позже к отряду присоединились Хранители закона, получившие личный приказ Правителя — сопровождать. При попытке к бегству — убить пленников без разговоров и предупреждения.
Хмурые, избитые, в рваной одежде, ничуть не защищающей от холода. Осунувшееся лицо человечки выдавало страх, а сотворенный хранил небрежную невозмутимость. Иногда мужчина с иронией смотрел в выпрямленную, маячившую впереди спину Олара да окидывал неприязненным взглядом соплеменников, отпускающих сомнительного свойства шуточки в адрес пленника.
Процессия подошла к временной резиденции Гайде — огромному особняку на возвышенности в богатейшем квартале столицы. Спешившись и подарив ласку животному, Олар сказал несколько слов Хранам возле ворот во внутренний двор дома. Его пропустили внутрь, как и пленников, но не спускали глаз со столь необычного явления. Что происходит? Многие в этот восход задавали себе один и тот же вопрос. Вскоре на площади стали собираться любопытствующие. Неудовольствие жестокими решениями Гайде временно отступило перед напором новой скандальной новости. Непонятно еще, какой, но запах жареного чувствовали многие. На исходе второй шестой восхода Правитель показался страждущим и первым делом с наслаждением добавил еще один синяк на лицо пленного альва. Тот сплюнул кровь и недобро усмехнулся:
— Умница… — прошелестел еле слышно саркастический голос сотворенного.
— Терпишь? — Гайде приподнял подбородок Сойварраша. — Терпи, ублюдок, недолго осталось. Захочешь еще сладкого — обращайся. Я и Олар к твоим услугам! — Правитель усмехнулся и слизал кровь с костяшек пальцев.
Толпа, не имеющая возможности слышать занимательный диалог, затаив дыхание, наблюдала за сценой избиения через прутья кованой ограды. Недоумевала… О причинах проявленной их лидером низости… Сразиться с равным противником любой из них завсегда готов, но издеваться над тем, кто не в состоянии ответить ударом на удар… Подло. Нехорошо.
— Приветствую вас, мои подданные! — Гайде вышел за пределы забора и поклонился зрителям. — Вы, наверное, хотите узнать, чем это существо, — Высокий указал себе за спину, — заслужило такую честь — прибыть в нашу столицу с почетным караулом, — молчание. Никто не решился выкрикнуть. — Я расскажу вам и предоставлю право решать, что с ним сделать, но не всем, а лишь избранным! — собравшиеся загудели. Понятно — низкорожденных обойдут стороной. Блистать будут Высокие. — В памяти многих сохранились события моей последней смерти, — морфы невольно кивнули. Кто помнил. — Так вот… этот альв и есть мой убийца!
Толпа ахнула, а потом взревела негодующим кличем. За такое преступление против всей расы изменчивых одного разбитого лица мало!
— Казнить! Казнить! Казнить! — яростно скандировали сотворенные, вознося вверх сжатые кулаки.
«Эх, отдать бы его сейчас им и полюбоваться на разорванные клочки… А как же обещание самолично оторвать голову… Достаточно, что в этот миг альв выступает в роли ярмарочного уродца…»
— Но! — Гайде покровительственно простер руки, утихомиривая подданных. — Он уже один раз избежал смерти от рук Олара! Он выжил при ранении! — и снова тишина. Традиции все знали сызмальства. — Я смиренно подчиняюсь обычаям, — жест добавит Правителю очков в игре с приверженцами ушедшего режима, — поэтому мы будем его судить! — согласный рев народа. — Олар подберет судий, а завтра состоится справедливый суд, и большинством голосов мы вынесем приговор! — закончил торжественную речь Правитель и удалился.
Изменчивые бесновались остаток восхода и всю ночь. Сменяли друг друга на посту перед резиденцией, изредка будили спящих в доме сотворенных громкими выкриками наподобие «смерть убийце», но отдыхали не все. Гайде и Олар обсуждали предстоящий фарс:
— Ты всех собрал? — потягивая из бокала альвовское вино, произнес Высокий.
— Да. Все заговорщики прибудут в залу. Ты сможешь уничтожить их всех. Разом. Не раздумывай, мой мальчик, не жалей, — напутствовал убийца сына. Уверенный, что все делает правильно. Захваченный прилипчивым заклинанием наваждения. Замечательный подарочек от Гайде.
— Твой каро-ари, Кейссен, довольно интересен. Он может быть нам полезен еще? Где ты его нашел? — Олар уже в возрасте. Да и действие заклинания снижает его способности, превращая в чрезвычайно узколобое существо, а снять нельзя. Взбунтуется! Ему нужна замена, и альв вполне подходит на эту роль. То, что он не морф, огромный плюс. Другие расы более заслуживают доверия, чем представители собственной.
— Мы оба искали Сойварраша Аль Шо и Стихийника. Нам повезло случайно, — убийца явно преуменьшал свои заслуги. «Ах… Эта скромность… Может, рано отстранять опытного сотворенного от дел…» — Альв обессилел после схватки с безумным магом. Он был выжат полностью, поэтому нам удалось захватить его.
— А Стихийник? — жадно уточнил Правитель. — Он ускользнул? — бокал в руках лидера лопнул, раздавленный руками.
— Увы… — убийца не стал оправдываться. Шансы поймать неуловимую смерть еще не все исчерпаны. — С ним была только эни. Мы взяли ее с собой. Похоже, она имеет какое-то значение для Аль Шо.
— Творение… — прошептал Гайде. Потрясенный, откинулся на спинку кресла. Какая удача! Развлечение будет более пикантным, чем ему казалось вначале…
А в зале с низким потолком за крепко запертой дверью и решетками на окне синеглазая девушка улыбалась второму пленнику, и он отвечал ей. Мысленно успокаивая. Они тоже готовились…
Тридцать пять сотворенных. Почти поровну заговорщиков и сторонников. Среди последних магов не много, чтобы не вызывать подозрение, наоборот, глупые и ограниченные изменчивые готовые поддакивать любому слову Лидера. Поддерживать каждое действие, насколько некрасивым бы оно ни было, но именно они покинут залу живыми, а остальные полягут в ловушке, приготовленной Гайде. Прощения не будет. Раньше надо было думать о последствиях организованного заговора. Жаль, не все так дальновидны, как их Правитель.
Каменный помост. Жаровня с разложенными пыточными инструментами на небольшом удобном столике рядом с ней. Палачу не придется далеко тянуться, чтобы сменить орудие истязания, а палачом планировал быть сам Гайде. Руки тряслись, и рот захлебывался слюной от предвкушения расправы над альвом. Маловато зрителей в театре ужасов для тщеславия Правителя, но при всех жителях селиума скрыть правду будет сложно, и пытки не в чести у изменчивых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
