много испытательных комплектов его старых УР-10…
— Ну да, ракет, которые могут донести полтонны на шестьсот километров.
— Ракеты-то у Челомея действительно универсальные. Он предложил пакетом из четырех таких ракет поднять спускаемый аппарат «Зари» километровна четыреста, и при возвращении условия для аппарата будут примерно такими же, как и при возвращении с орбиты. Я, конечно, в космических делах не специалист, но Мстислав Всеволодович говорил, что с помощью таких тестовых запусков можно будет теплозащиту отработать где-то за полгода.
— А сколько у Челомея этих УР-10? Хватит на полгода испытаний?
— Владимир Николаевич сказал, что двигатели у Глушко получились весьма неплохие, если их спасать и производить дефектацию после полета, то в среднем одного комплекта хватит на пять полетов. А средства спасения двигателей у него уже неплохо отработаны.
— Ну да, спускаемый аппарат может сгореть, а ракета, которая вместе с ним туда же на четыре сотни поднимется…
— Не поднимется. Пакет УР-10 взлетит километров на сто-сто двадцать, а дальше спускаемый аппарат будет поднимать, как у Челомея это называют, «бочка». Вот у «бочки» двигатель сгорит, однако этих двигателей на втором заводу Глушко сделают сколько угодно, причем по три штуки в неделю. Я и разговор-то завел поскольку нужно Глушко и Челомею немного денег подкинуть чтобы «Заря» у нас уже в следующем году полетела.
— Немножко — это сколько? — поинтересовался Николай Семенович.
— В пределах двух миллионов. И в фонды зарплаты около миллиона. Возьмем из резервного фонда правительства.
— Я не против, — улыбнулся Берия, — о таких суммах даже и говорить неприлично: один спутник системы «Заря» примерно столько стоить будет.
— Есть подозрение, — добавил Николай Семенович, — что товарищ Королев под программу «Заря» хочет провести работы и по полетам в космос человека. Собаку-то он запускал не от радости живодерской…
— Ну будем ему мешать, — ухмыльнулся Пантелеймон Кондратьевич, — если это ускорит программу «Заря»,то пусть хоть сам в космос летит. Товарищ Неделин уже распланировал по «Заре» более двадцати запусков, и чем раньше они начнутся…
— Пусть Королев поразвлекается, — резюмировал Берия, — но за результат ему придется ответить. Мы особо за этим проследим…
Глава 25
Весной пятьдесят девятого на пассажирские линии вышли обновленные «Соколы»: на самолет был поставлен новый двигатель с тягой на тонну больше прежнего, а Александр Александрович еще и фюзеляж удлинил на полтора метра — и теперь машина выпускалась в версии С-82 (то есть на восемьдесят два пассажира). Немцы продолжали выпуск С-60, хотя для них тоже двигатель поменяли — но причиной было скорее нежелание «иностранных заказчиков» слишком плотно ставить в салоне кресла, для капиталистов комфорт пассажиров оказался важнее. То есть пока важнее: у них-то авиабилеты были дорогими, простой народ самолетами пользовался нечасто — а непростой в тесноте летать не желал. То есть руководство авиакомпаний так считало…
Еще за границу очень успешно стали продаваться маленькие реактивные самолетики товарища Адлера — и причиной столь внезапно возросшей их популярности тоже стал новый двигатель. Для этого самолетика его разработали в КБ Швецова под руководством Павла Соловьева, и в результате получили очень интересный мотор: соловьевцы заботились прежде всего о топливной экономичности для увеличения дальности полета, но двигатель получился еще и довольно тихим. А впервые использованный реверс тяги обеспечил машине Адлера еще и прекрасные взлетно-посадочные характеристики: мало того, что самолет мог взлетать и садиться на травяные аэродромы, так теперь ему и взлетная полоса требовалась в районе четырех сотен метров. А высоко в горах — где-то в полкилометра.
Кроме пассажирских самолетов, высокую репутацию завоевали и советские самолеты военные, причем завоевали в буквальном смысле этого слова: во Вьетнаме северяне использовали советские «Сапсан-19» и китайские Миг-17, но как раз осенью пятьдесят восьмого туда поступили (причем «на испытания») новенькие истребители Гуревича. В довольно небольшом количестве поступили, даже французы считали, что их было не больше двадцати четырех штук — но эти самолеты просто «смахнули» с неба всю авиацию уже американскую. «Смахивать» оказалось очень просто: в СССР какими-то кривыми путями поступила американская самонаводящаяся ракета класса «воздух-воздух», и советские инженеры, ее тщательно изучив, сделали ракету даже получше. То есть в условиях войны во Вьетнаме получше: она американские самолеты сбивала, а американские ракеты истребитель Гуревича достать не могли: они просто летели со скоростью меньшей, чем мог лететь советский истребитель. И «бои» шли по одной-единственной схеме: «русские» подлетали на расстояние выстрела, выпускали пару ракет и тут же улетали на полной скорости домой. Понятно, что американские самолеты падали с неба далеко не всегда — но все же падали, а вот «Вьетконг» потерь не имел.
В результате президент Эйзенхауэр летом принял историческое решение и все американские войска из Вьетнама вывел: «проклятые коммунисты», пользуясь практически полным отсутствием сопротивления в небе с помощью Су-7 просто вбамбливали сухопутные подразделения южных вьетнамцев в грязь, и американцам при этом тоже доставалось изрядно — а портить репутацию партии перед выборами прославленный генерал не хотел.
А вот товарищ Мао на репутацию (и свою, и репутацию партии) похоже плевать хотел. Так что летом пятьдесят девятого Китай понес тяжелую утрату, а Председателем Госсовета стал Чень Юнь, ранее занимавший пост первого заместителя председателя. Товарищ Патоличев лично приехал на похороны Великого Вождя, а после них вдумчиво побеседовал с товарищем Ченем:
— Ну и как вы планируете выбираться из нынешней эадницы? Я имею в виду экономику страны, а интересуюсь в плане какую помощь СССР оказать может. Сразу скажу: гор златых обещать не могу, но помощь мы все же можем оказать довольно значительную.
— У вас есть конкретные предложения?
— Откровенно говоря, кое-какие проработки у нас были сделаны и предложения определенные есть. Но я не знаю, насколько они будут соотноситься с вашими планами.
— Планы… планы у нас простые, — Чень Юнь по-русски говорил с некоторым трудом, но в данном случае предпочел услугами переводчика не пользоваться. — Прежде всего нам нужно как-то накормить народ…
Разговор двух руководителей продолжался часа четыре, но ни один из них не пожалел о «потерянном времени», а в течение пары дней после этой встречи были подписаны договора на строительство в Китае двух заводов тракторных, двух десятков уже «малых металлургических предприятий», пары десятков заводов по выпуску всякого другого полезного. В том числе и новенького авиационного завода, на котором предполагалось выпускать все тот же «МАИ-2». С обычным поршневым мотором: товарищ Чень людские ресурсы Китая
