Читаем без скачивания Порочный круг - Уилбур Смит

– Вы с Джонни здесь славно потрудились, – похвалил Карла Гектор. – Превратили этот уголок в рай. Какая жалость, что ты больше не сможешь им наслаждаться.

Перед ними лежал аэродром, и они видели, как Пол и его люди несут Джонни по извилистой дороге.

Они повернули и шли вдоль холма, пока не обогнули выступ черной вулканической скалы. Перед ними открылись водяные сады. На фоне голубого африканского неба фонтаны сплетали кремовые кружева брызг. Водопады стекали по черному склону скалы, низвергаясь в бассейны, и подземными путями возвращались в большое озеро, лежавшее внизу, точно гигантский серебряный щит.

Миновав заросли гигантских папоротников и стрелиции, покрытой гроздьями экзотических цветов, окраской и формой напоминавших хохлатые головы райских птиц, они наконец дошли до каменной стены, ограждавшей логово крокодилов. Крики боли Карла Бэннока и мольбы о прощении и милосердии стихли, когда Гектор и Пэдди положили его животом на стену. Пэдди держал его за ноги, чтобы Карл не перевалился через стену и не упал в зеленую воду в двадцати футах под ним. Гектор рядом с ним перегнулся через стену.

На песчаном пляже, дугой огибавшем дальний край пруда, грелись на солнце два крокодила. Огромные челюсти Ганнибала были широко раскрыты, и маленькие черные цапли сидели на его нижней губе, жадно склевывая пиявок, присосавшихся к деснам. Рядом лежала Алина, неподвижная, словно высеченная из камня. Глаза за прозрачными мигающими веками у нее были блестящие и застывшие, как полированный оникс.

– Ты когда-нибудь думал, Карл, что испытала твоя сестра, когда ее заживо пожирали свиньи? – негромко спросил Гектор. Карл издал сдавленный звук. – Что ж, тебе предстоит это узнать, верно? – продолжал Гектор. – А знаешь, каково потерять того, кого любишь, Карл? – И тут же ответил на свой вопрос. – Нет, конечно, откуда. Ты ведь никогда никого не любил, кроме себя.

А я знаю, каково это. Я потерял жену. Ты ведь знал мою жену, Карл? Да, конечно, знал. Ну-ка назови имя моей жены.

Карл молчал, и Гектор взглянул на Пэдди.

– Надо освежить его память, Пэдди. Дерни его за ногу, пожалуйста.

Пэдди сильно дернул, и Карл взвыл.

– Начнем снова, Карл, – сказал Гектор. – Так как звали мою жену?

– Хейзел. Ее звали Хейзел.

– Спасибо, Карл. Теперь, пожалуйста, помолчи. Хочу, чтобы это имя стало твоим последним словом.

Гектор кивнул Пэдди, тот схватил Карла за ноги, высоко поднял их и перевалил Карла головой вперед через стену. Карл ударился о воду и ушел под поверхность. И вынырнул, задыхаясь и отплевываясь.

На песке Ганнибал со щелчком закрыл пасть, и цапли с криками разлетелись, высоко поднявшись над стрелициями. Ганнибал на коротких лапах повлек свое массивное туловище к озеру и бросился в мутную воду. За ним последовала Алина.

– Тебе легче, Гектор? – спросила Настя, когда они сверху наблюдали бойню.

– Нет, Настя. Легче мне уже не будет.

Он отошел от стены и отвернулся. Остальные встали с боков от него, и втроем они побежали вниз по холму туда, где у начала полосы стоял готовый к взлету «Кондор».

Берни и Нелла увидели их и включили двигатели. Потом вывели самолет из-под защиты здания и остановили в самом начале взлетной полосы.

Как только все трое оказались в грузовом трюме «Кондора», Берни поднял рампу, а Нелла по внутренней связи сказала:

– С возвращением на борт, Гектор. Найди ближайшее место и пристегнись. Взлетаем.

Гектор прошел вперед и, войдя в пассажирский салон, увидел, что он заполнен. На полу лежали три мешка с телами тех, кого они потеряли. Рядом на носилках – перевязанные раненые. Гигантская туша Джонни Конго с опущенной на грудь головой все еще оставалась на стуле. В качестве дополнительной предосторожности Пол Стоув накрыл Джонни нейлоновой грузовой сетью.

– Я не хотел рисковать, сэр. Не нужно, чтобы он проснулся и разнес самолет и всех нас. Но из этой сетки не вырваться даже слону.

– Отлично! – одобрил Гектор.

– Я оставил для вас места впереди.

Пол показал где.

– Где Джо Стенли? – спросил у него Гектор.

– Думаю, в кухне, на откидном сиденье за туалетом.

«Кондор» поднялся в воздух и повернул на север. Пройдя сквозь облака, они набрали полетную высоту, и Берни включил сигнал «отстегнуть ремни». Сразу после этого Гектор встал и прошел за занавеску на кухню. Джо одиноко сидела на откидном сиденье у окна, бледная и печальная. Она посмотрела на Гектора, и он улыбнулся. Джо отвернулась и уставилась в окно. Гектор опустил соседнее сиденье и сел на него.

– Привет, – сказал он. – Хочешь поговорить?

– Не особенно, – ответила она, по-прежнему не глядя на него.

– Как хочешь, – сказал он и сложил руки на груди. Так они сидели некоторое время, но наконец Джо нарушила молчание.

– Не хочу слышать, что ты с ним сделал.

– С кем? С человеком, который убил Хейзел и замышлял убить Кэтрин Кайлу?

Джо не ответила, продолжая смотреть в окно. Тут он понял, что она плачет. Осторожно коснулся ее плеча, но она отстранилась.

– Пожалуйста, уходи, оставь меня в покое, – всхлипнула она.

– Просто уйти или уйти навсегда?

– Да! – сказала она. Гектор встал и пошел к пассажирскому салону.

– Нет! – остановила она его. – Не уходи.

Гектор остановился и повернулся к ней.

– Да или нет? Что будет, Джо?

– Ты убил его.

– Убил или казнил? Наш мир часто зависит от точного значения одного слова, Джо.

– Ты не имел на это права, Гектор! Ты преступил закон и нарушил нормы поведения.

– О каком законе мы говорим, Джо? О законе Аль-Кизаса, законе мести, изложенном в Торе в «Исходе» и подкрепленном пророком Мухаммедом в Коране?

– Я говорю о законе Америки, которого придерживаюсь и который высоко ценю.

Она плакала, и он собрался с духом, чтобы возразить ей.

– Однако ты назвала меня убийцей. Ты уже осудила меня, хотя закон Америки говорит, что я невиновен, пока не доказано обратное.

– Да, здесь можно усомниться. Но ты собираешься убить еще и Джонни Конго. Я слышала по радио, как ты хвастал этим. Если ты это сделаешь, Гектор, я никогда не смогу простить тебя. Не смогу оставаться с тобой.

– Что же мне – освободить Конго? Ты этого от меня хочешь?

– Я этого не говорила, – яростно отказалась она. – Я хочу, чтобы ты передал его в руки закона. Выдай его американской судебной системе, которая уже признала его виновным и вынесла приговор.

Она вскочила и схватила его за руки.

– Пожалуйста, Гектор! Пожалуйста, дорогой! Ради меня! Нет, ради нас обоих. И мы сможем идти дальше вместе.

Он долго смотрел ей в глаза, прежде чем сдержанно кивнуть.

– Хорошо. – Но губы его были сжаты, и по голосу чувствовалось, каких усилий Гектору стоили эти слова. – Я отдаю Джонни Конго тебе в доказательство своей любви. Делай с ним, что захочешь.

Министерство юстиции США выслало из Вашингтона в аэропорт Абу-Зары специальный самолет «Грумман». На борту находились четверо федеральных приставов США с ордером на арест и заключение Джонни Конго.

С разрешения эмира передача произошла в ангаре, где эмир Абу-Зары держал свои личные самолеты.

Все приставы были рослые, со спортивной выправкой и коротко стриженные. Они выстроились перед открытой дверью «Груммана». Все были в штатском, но наметанный глаз Гектора различил слева под мышкой у них бугры – кобуры с оружием. Увидел и острые стальные носы их начищенных черных ботинок.

– Крепкие парни, – решил Гектор, когда с Пэдди и еще восемью бойцами «Кроссбоу» ввел Джонни в ангар. Джонни звенел ножными кандалами, руки у него были прочно скованы за спиной. Передача прошла быстро и без лишних церемоний. Главный пристав передал Гектору официальную расписку правительства США, пожал ему руку и произнес несколько благодарственных слов. И Джонни потащили к открытой двери самолета.

Внезапно Джонни повернулся и посмотрел на Гектора. Несмотря на кандалы и наручники, двое приставов не смогли его удержать. Джонни поволок их за собой. Он изрыгал поток брани, изумивший даже видавших виды оперативников «Кроссбоу».

Джонни подошел прямо к Гектору. Нос его все еще был опухший, свернутый на сторону ударом Гектора.

– Это я отдал приказ убить твою шлюху-жену… – проорал он так близко от Гектора, что тот почувствовал на щеке его слюну. Джонни пригнул голову, чтобы ударить Гектора в лицо. Гектор это предвидел. Он балансировал на носках, и у него была отличная позиция для удара. В этот удар он вложил всю свою силу. И еще раньше, чем коснулся Джонни, понял, что это лучший удар в его жизни. Пришелся он точно в челюсть.

Даже мощные шейные мышцы не помешали голове Джонни запрокинуться. Джонни черной лавиной обрушился на пол ангара и замер. Вдруг наступила полная тишина. Ее нарушил старший пристав.