когда она уже в покоях Дианы была. Потом «Дрёму» использовала, чтобы наверняка.
— Опрометчиво, Вика. Я читал, что на людей в бессознательном состоянии опасно использовать. Может кровоизлияние в мозг случиться. Она не маг….
— Не подумала. — Честно призналась Вика, обнимая меня за шею. — Что делать будем?
— Я пойду напьюсь, а может свечку в церкви поставлю. — Сообщила Лаврова, обмахивая лицо рукой. — Тут около килограмма! Нас бы… Что теперь с этим делать? А главное… — Кира помолчала, глядя на Тори оценивающим взглядом. — У меня теперь к княжне Елисеевой много вопросов, как личных, так и….
— Девочки, а знаете, — я немного помедлил, поглядывая на связанную служанку в наркотиках, как на гуся в яблоках. — Давайте, вы вдвоём отправитесь куда-нибудь «проветриться» за периметр академии, познакомитесь получше, а я здесь со всем разберусь?
Судя по одновременному кивку Киры и Тори, возражений не нашлось.
Поздний вечер. Особняк барства «Альфа».
— Пётр, чего мрачный такой, будто случилось что-то непоправимое? — Поинтересовался Владимир Пожарский, поглядывая на старосту класса «Альфа». — Сидишь тут… Надулся, смотришь в одну точку, и вином накачиваешься. Это из-за ссоры со Светланой и Таней? Что у вас вообще произошло? Они тебя видеть не хотят.
— Да там что-то серьёзное. — Подал голос Степан Годунов, разворачивая шахматную доску другой стороной, чтобы походить белыми. — Даже я под горячую руку попал… Предложил сесть и поговорить вам втроём, а они обе как с цепи сорвались. Говорят, сейчас ты у нас на кол сядешь. Такие вот дела. — Взгляд брюнета с жидкими кучерявыми волосами перешёл на Елену, которая что-то старательно вырисовывала в рабочей тетради. — Трубецкая, может ты с ними поговоришь? Чего они на Петьку взъелись?
— Стëпа, вот честно, своих проблем хватает. — Не поднимая головы сказала зеленоглазая блондинка, аккуратно ведя карандашом по линейке. — Пусть сам разбирается. Петя у нас мальчик взрослый и самостоятельный.
— Клавдия, может ты с сестрёнками поговоришь? — Предложил Михаил Пожарский, но девушка с грустным лицом лишь отрицательно покачал головой.
— Да пошли они! — Неожиданно выкрикнул Пётр, глядя в сторону лестницы на второй этаж хмельным взглядом, специально повысив голос. — Даже с простым делом справиться не смогли!
— Это с каким? — Заинтересовался Годунов, сделав ход за чёрных, вновь повернув доску.
— Уже не важно. — Махнул рукой Шувалов, поигрывая вином в бокале. — Чёрт… Где Лазарь, когда он так нужен?
Из коридора со стороны приёмной раздался какой-то шум, после чего послышался гомон и визг прислуги. Парни не успели повставать со своих мест, как из арки ударил столб густого чёрного магического дыма. Послышались звуки борьбы, пару раз что-то грохнуло, в непроглядной черноте мигнуло несколько магических вспышек. Ближайшие тридцать секунд в гостиной раздавались глухие ритмичные удары. Внезапно, чернота быстро рассеялась, как и появилась.
— В этот раз я через дверь. — Сообщил князь Мышкин держа левой рукой Шувалова за ворот кителя, и хорошенько размахнувшись, врезал по окровавленному лицу Петра, швырнув его на пол. — Добрый вечер, господа и прекрасные дамы.
— И что это значит? — Спокойно поинтересовался Годунов, начиная расстёгивать манжеты кителя, чтобы его снять перед боем.
— А я сейчас поясню. — Спокойно сказал Станислав, подзывая жестом испуганную служанку, появившуюся здесь волшебным образом, в руках которой был поднос. — Катечка, солнце моё, поставь вон на тот столик. Не бойся, они тебя не тронут.
Сбиваясь с шага, пройдя пятёрку метров, служанка поставила трясущимися руками серебряный поднос на столик, рядом с княжичем Годуновым.
— Так вот почему сюда СКН приезжало… — Проговорил Степан, и сделав несколько шагов, взял с края подноса копию чека на предъявителя, изучая печать и роспись.
— Катюша, расскажи, за что ты получила эти денежки? Смелее, милая….
— Не нужно. Здесь не все дураки. — Поднял руку княжич Годунов, передавая копию чека Владимиру Пожарскому, который лишь едва взглянув на печать, чертыхнувшись заохал, передав копию своему брату.
— Надеюсь, вам теперь понятна моя мотивация? Про то, как он и сёстры Милославские хотели сфабриковать обвинение в воровстве против Алексея, речь сейчас даже не ведётся…
— Вполне понятна. — Кивнул Степан, поглядывая на силящегося подняться Петра осуждающим взглядом. — О чём ты думал, Шувалов? Речь сейчас даже не о князе Мышкине… Ты хоть понимал, чем это могло закончиться для всей академии? Даже если бы у тебя всё получилось, то это было бы огромное пятно на репутации РАВМИ и ректора.
— Петь, ты… У меня даже слов нет. — Владимир всплеснул руками, брезгливо наморщив нос, украдкой мазнув виноватым взглядом по князю Мышкину. — Почему, дел ты наворотил, а стыдно за тебя сейчас мне? Ума не приложу! И главное, никому не сказал. Всё крадучись, тайком….
— Петь, хоть я тебя другом считаю, но по роже ты за дело получил. — Переминаясь с ноги на ногу вынес свой вердикт Михаил. — Ты знаешь, я за тебя горой стану, но сейчас… У меня нет такого желания.
— Трусы и слабаки! — Хрипло рыкнул Пётр, сплюнув кровью на мраморный пол, после чего повернулся к Мышкину, указав на него пальцем. — А ты покойник, деревенщина! Это война! Ты посмел причинить вред наследнику рода Шуваловых, а значит….
— Ты легко отделался, княжич Шувалов. — С полной уверенностью заявил Мышкин. — За попытку клеветы, попрание чести и достоинства уважаемого княжеского рода Мышкиных, завтра, в семь часов вечера ты бы уже находился в зале столичного княжеского собрания по повестке. Я бы призвал тебя к ответу прямой там. Разумеется, живым бы ты оттуда не вышел. И признаться, мне очень по душе пришёлся этот вариант. Настолько, что мне захотелось обсудить его с одним человеком… Скажи ему спасибо. Он тебя спас.
— Что ты несёшь? О ком ты….
— Обо мне. — Донеслось из арки коридора, а в общую гостиную быстрой походкой вошёл высокий статный мужчина с узкой бородкой и в дорогом костюме, которого сопровождало четверо магов.
— Отец? Но… — Пётр шикнул от того, что задел рассечение на скуле платком, пытаясь поспешно утереть кровь. — Отец, посмотри, что он….
— Помолчи. С тобой у нас будет очень серьёзный и неприятный разговор, но позже. — Подойдя к Станиславу, глава рода Шуваловых снял перчатку с руки. — Рад нашему личному знакомству, молодой князь.
— Взаимно, Иван Александрович. —
