— Т. 2. — М.: Мысль, 1978), хотя этот перевод сильно устарел и путает читающих. Само русское слово «истолкование» в том смысле, в котором оно здесь употребляется, конечно, устарело, однако наличие этого термина в устоявшемся названии трактата вынуждает повсеместно переводить глагол «interpretari» словом «истолковывать». Читателю следует понимать его в смысле «переводить» с языка мысли на язык слов, «интерпретировать мысль словами», ведь язык есть посредник в общении людей. Соответственно название аристотелевского трактата должно было бы звучать на современном языке примерно так: «О способах интерпретации мысли словами». Заслуга Исидора в том, что он все это четко объясняет (из аристотелевского текста это не очевидно). К слову сказать, в упомянутом здесь 4-томном издании Аристотеля, в комментарии к тарктату «Об истолковании», допущена ошибка: там говорится, что само это название является русской калькой с латинского заголовка «De interpretatione», предложенного Исидором в «Этимологиях». Это неверно. Во-первых, Исидор везде пишет «Perihermenias», во-вторых, этот греческий термин встречался и раньше, например у неоплатоника Аммония Гермия (V в. н. э.), а сам термин вполне мог принадлежать даже Андронику Родосскому (I в.).
376
Введение к книге «Об истолковании». В рукописи эти слова отмечены как заголовок отдельной главы.
377
Вот это Аристотель именовал «Περὶ ἑρμηνείας», а мы называем истолкованием (interpretatio). Здесь у Исидора очевидная ошибка: указывая на синонимичность терминов «interpretatio» и «Perihermenias», он обнаруживает непонимание греческого слова, то есть не умеет отделить предлога от имени существительного. Кроме того, он еще и склоняет: N.: Perihermenias; G.: Perihermeniarum; Ac.: Perihermeniam (!); Ab.: Perihermeniis.
378
Вещи, которые замыслил ум, истолковываются посредством утверждения и отрицания. Этот параграф навеян отнюдь не вводной частью, а главами 6 и 7 трактата. Видимо, в латинской школьной традиции существовало какое-то краткое введение к трактату «Об истолковании», принадлежащее Викторину или Боэцию.
379
Имя. См. Arist., De interpr., 2: 16а 19–21 (дословная цитата, кроме примера).
380
Линдсей справедливо исправляет notat на nota, так как в тексте Аристотеля стоит именно «знак» (σημει̂ον), следовательно, это была ошибка переписчика.
381
Глагол. См. Arist., De interpr., 3: 16b6–7 (дословная цитата, кроме примера).
382
Речь. См. Arist., De interpr., 4: 16b26–27 (дословная цитата, кроме примера). Любопытно, что греческий аналог термину «речь» — это.
383
Высказывающая речь. См. Arist., De interpr., 4: 17а8–9.
384
Утверждение и отрицание. См. Arist., De interpr., 6: 17а25–26 (дословная цитата, кроме примера).
385
Противоречие. См. Arist., De interpr., 6: 17а33–34.
386
Компетентное объяснение можно найти в самой книге. Исидор признает, что у него получилось довольно беглое изложение содержания трактата, то есть изложение только его вводной, определительной, части. Остались нераскрытыми главы 7–14.
387
Далее последует не изложение обеих «Аналитик», как можно было бы ожидать, но только ассерторической логики Аристотеля, то есть о модусах простых категорических силлогизмов (гл. 4–7 кн. I «Первой Аналитики»). Кроме того, отсутствие совпадений с аристотелевским текстом свидетельствует, что Боэциев перевод «Аналитик» уже к VII в. был утерян, то есть не был по каким-то причинам личного для Боэция характера известен читающей публике с самого начала.
388
Чтобы не возникло ошибки и обмана из-за лжи софистических выводов. Примером такого лживого софистического вывода может служить силлогизм: «Если Сократ — лошадь, то Сократ — живое существо. Но Сократ не лошадь. Следовательно, Сократ не живое существо». Знающий диалектику сразу же заметит, что рассуждение сделано по неправильному модусу: A ⟶ B, ⏋A ├ ⏋B (где запись «A1, A2 ├ C» эквивалентна «A1⟶ (A2 ⟶ C)», то есть «если A1 и A2, следовательно C)».
389
Фигур простых категорических силлогизмов три. Исидор здесь оставляет вопрос о том, что есть силлогизм сам по себе и каковы его составные части, так как это уже рассматривалось применительно к силлогизмам риторическим (см. главу 9). Термин «formula» для фигуры принадлежит Апулею из Мадавры (см. примечание к ссылке Исидора на него). Кроме того, пусть читателя не удивляет отсутствие IV фигуры силлогизма, поскольку как самостоятельная фигура она вошла в школьную традицию только со времен «Логики Пор-Рояля» (1662 г.), хотя и после этого пользовалась славой «неестественной» фигуры. Как известно, те силлогизмы, которые мы сегодня называем пятью сильными модусами IV фигуры, были изобретены учениками Аристотеля Теофрастом и Евдемом в качестве дополнительных модусов I фигуры. Именно так они излагаются Боэцием, а за ним — Исидором. Первым, кто предложил выделить их в отдельную фигуру, был, по словам Аверроэса, перипатетик и знаменитый врач II в. н. э. Клавдий Гален, однако вся логика европейского средневековья и Возрождения шла под знаком трех фигур.
390
Модусов первой фигуры девять. Определение фигуры см. Arist., An. pr., I, 4: 25b35–36. Для всех фигур указываются только сильные модусы. Для всех модусов этой фигуры в качестве среднего термина взято «честное». Порядок модусов — аристотелевский.
391
Общеутвердительное высказывание. Термины «dedicative» для утвердительного высказывания и «abdicative» (см. следующий модус) для отрицательного высказывания принадлежат Апулею.
392
Пример первого модуса I фигуры. См. Arist., An. pr., I, 4: 25b37–40. Изображение примеров в виде схем — мое. Читатель должен иметь в виду, что порядок следования посылок противоположен современному, то есть у Исидора вначале идет меньшая посылка, а за ней большая. Для примера техники логической речи, вот формулировки всех четырех модусов I фигуры по-латыни: Barbara: «Omne iustum honestum: omne honestum bonum: omne igitur iustum bonum»; Cesare: «Omne iustum honestum: nullum honestum turpë nullum igitur iustum turpe»; Darii: «Quoddam iustum honestum: omne honestum utilë quoddam igitur iustum utile»; Ferio: «Quoddam iustum honestum: nullum honestum turpë quoddam igitur iustum non est turpe».
393
Второй модус I фигуры. См. Arist., An. pr., I, 4: 25b40–26a2.
394
Третий модус I фигуры. См. Arist., An. pr., I, 4: 26a23–25.
