Между тем гармоническое общество есть нечто подобное Земле Обетованной, которую человек должен завоевывать неустанно, стремясь осуществлять Божию правду в отношениях между людьми.
Пророки не предлагали конкретных планов социального устройства, ибо они были учителями веры. Но именно вера должна была, по их мысли, служить главным ориентиром в поисках Земли Обетованной. Человек должен стремиться к ней, не отрывая, однако, взора от духовного идеала, начертанного перед ним.
Справедливость и мир, человечность и сострадание — все это, по учению пророков, является прямым требованием Бога, Его призывом к людям, живущим на земле:
Тебе сказано, человек, что есть добро и чего Ягве требует от тебя.Только поступать справедливо, и любить милосердие, и в смирении ходить перед Богом твоим.
Мих 6, 8
Отказавшись от мысли, будто справедливое общество есть же само Царство Божие, пророки тем не менее остались поборниками социальной правды. Для них она была земным воплощением веры, признаком готовности людей встретить Грядущего.
Предреченное свершится: Бог явится в мир, чтобы обновить и очистить его. Но каким будет Его пришествие? Если человек не окажется подготовленным к нему, оно станет страшным Судом миру …
Первый суд свершился на Голгофе. «Суд же состоит в том, что свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели свет» (Ин 3, 19).
Но Евангелие — только начало Царства; Сам Христос говорит о Своем втором явлении во славе. И это ставит христианский мир в положение, близкое к позиции людей Ветхого Завета, людей, чаявших Богоявления. Мы так же, как и они, устремлены к новой Земле и новому Небу, и так же, как и к ним, обращен к нам призыв Господень: взыщите правды!
Слово Божие вдохнуло в христианские народы мощный импульс, жажду созидания. Вся двадцативековая история их есть поиски Земли Обетованной, вдохновленные Библией. Надо признать, что в этой истории темных страниц было не меньше, чем в истории народа Божия; она знала не меньше ошибок и взрывов злой воли, чем Ветхий Завет. Теократические иллюзии не один раз замутняли христианское понимание истории. Народам казалось, что Царство Божие достижимо земными средствами. Но действительность, как это было и во времена пророков, неизменно разоблачала утопии, обнаруживая бессилие человека в том, что может сделать только Бог.
Все усилия людей бесплодны, если они не связаны с верой в Божий замысел о творении, но в то же время пассивное ожидание Царства, отказ от земного делания — означают глухоту к Божественному зову. Именно потому, что пророки ожидали конечного Богоявления, они были неустрашимыми поборниками земной правды.
«Пророки» нового времени Николай Федоров и Тейяр де Шарден верили в то, что человечество в процессе своего возрастания безболезненно перейдет от Земли Обетованной к Царству Божию. Если оставаться в реалистических рамках, это весьма маловероятно. Но кто решится диктовать истории и огульно отрицать эту, пусть даже столь сомнительную, перспективу? Не уподобится ли он, по справедливому сравнению Федорова, Ионе, который упрекал Бога в том, что Тот не разрушил Ниневию? Не ведет ли это отрицание к мстительному нигилизму и устранению человека от его прямого назначения в мире? История — это не рок, но свобода, а где свобода — там до конца остаются альтернатива и выбор путей…
Человечество, идущее из тьмы веков к «жизни будущего веса», может в конце концов оказаться достойным встретить ее, даже если сейчас, в термоядерный век, это кажется нам немыслимым. Но столь же, если не более, вероятно, что оно придет к рубежу истории обанкротившимся, погрязшим в злобе и безумии. Тогда прольются апокалиптические «чаши гнева», и рождение нового эона бытия станет мировой катастрофой, о которой говорит Библия.
Но каков бы ни был исход человеческой истории, перед всеми, чающими «нового неба и новой земли», стоит задача трудиться в мире, укрепляя себя пророческим видением Царства. Жизнь и служение библейских провидцев являют в этом смысле великий пример.
По-еврейски «давар» означает и слово, и дело. В разделении того и другого была ошибка Фауста, который хотел оставить только «дело». Но столь же опасно заблуждение тех, кто, пытаясь парить в безвоздушном пространстве, опускает руки, все предоставляя сверхчеловеческим силам.
У пророков воля к борьбе укреплялась в богообщении и молитве, питалась их доверием к Творцу. В этом их исключительное значение в истории духа. Великие мудрецы древнего мира совершили подвиг, отвергнув старое понимание религии, согласно которому отношение человека к Высшему было сделкой. Но библейским учителям открылось нечто бесконечно большее: глубочайшая связь человека с Сущим, единение, которое не только приносит мир и свет, но рождает потребность в деятельном добре. Им открылась тайна Творца, страждущего за мир, чудо Божественной Любви. И теперь, после них, когда Любовь Бога явлена на Кресте с предельной полнотой, она бесконечно углубляет наш союз с Ним, Источником неиссякаемой духовной силы.
ПРИМЕЧАНИЯ
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
1. Эта мысль ясно выражена в работе известного православного богослова М. Поснова. «Идея Завета Бога с Израильским народом в Ветхом Завете» (с. 165)
2. Замена живого слова Божия письменной Торой является несомненным фактом после пленной истории Израиля (см: С. Stuhlmuller. Роst-Exilic Period.— JВС, I, р. 341). Священная книга становится высшим авторитетом веры. Разумеется, мы не можем проникать в божественные тайны и допытываться, почему кончился этот поток Откровения. Но косвенным ответом на вопрос может служить уже приведенное выше мнение: период дарования истины кончился для того, чтобы она стала предметом самостоятельного усвоения и применения к жизни.
3. Это характерная черта так называемой «хокмической» литературы (писаний мудрецов). Книга Притч берет за основу житейскую мудрость. Книга Иова также не проповедует открытую автору тайну, а вопрошает Бога. Этот подход Д. Скофильд называет подходом «среднего человека». «Он начинал не от Бога, а от обычного человеческого опыта, с которым мудрецы были хорошо знакомы. Часто критикуя пророческие учения и установления священников, они старались помочь скептикам и отщепенцам-агностикам найти новые ценности в жизни и новый подход к ней и страданиям» (J. N. Schofield. Introducing Old Testament Theologу, р. 23).
ПРИЛОЖЕНИЯ
1. ИСТОРИЯ СПАСЕНИЯ, ЗАПЕЧАТЛЕННАЯ В ВЕТХОМ ЗАВЕТЕ
(схема)
J. I-я Св. История (ЯГВИСТИЧЕСКАЯ); источники: устное Предание, эпос и древние законодательные тексты. Записана в Иудее около Х в. до н. э. Вошла в книги: Бытие, Исход, Числа, Второзаконие; охватывает время от сотворения мира до вступления Израиля в Ханаан. См. перечень фрагментов в «Магизме и Единобожии».
Е. II-я Св. История (ЭЛОГИСТИЧЕСКАЯ); источники: устное Предание, эпос и древние законодательные тексты. Записана в Северном Израиле около IX-VIII вв. до н. э. Охватывает время от Авраама до вступления Израиля в Ханаан. Вошла в книги: Бытие, Исход, Числа, Второзаконие. См. перечень фрагментов в примечаниях к гл. 3.
Р. III-я Св. История (СВЯЩЕННИЧЕСКАЯ); источники: устное Предание, эпос, древние законодательные тексты и богослужебные уставы. Записана в Вавилоне между VI и V вв. до н. э. Охватывает время от сотворения мира до вступления Израиля в Ханаан. Вошла в книги: Бытие, Исход, Левит (целиком), Числа, Второзаконие. См. перечень фрагментов в примечаниях к гл. 16.
D. IV-я Св. История (ВТОРОЗАКОННИЧЕСКАЯ); источники: устное Предание, Книга войн Ягве, Книга Яшар, эпос, законодательные тексты, летописи. Составила книги: Иошуа (Иисус Навин), Судьи, Самуил (1-2 Царства) и Цари (3-4 Царства). Записана между 561 и 538 гг. в Вавилоне. Охватывает время от смерти Моисея (XIII в. до н. э.) до смерти Навуходоносора II (562 г. до н. э.).
В современной Библии эти четыре Св. Истории в совокупноcти составляют Тору (Пятикнижие) и сборник Первых пророков («Исторические книги» Ветхого Завета).
V-я Св. История (ХРОНИСТИЧЕСКАЯ); источники: летописи, документы, записи Эзры и Нехемии. Составлена около IV в. до н. э. Начинается общечеловеческой родословной (от Адама) и завершается описанием реформ Эзры. Составила книги: 1-2 Хроники (Паралипоменон), Эзры (Ездры) и Нехемии (Неемии).
2. КНИГА ПРОРОКА ИСАЙИ
Согласно прочно установленным выводам библейской науки, Книга пророка Исайи — произведение не одного лишь священного автора, но духовное свидетельство целой школы, основанной Исайей, сыном Амоца. Тщательный анализ текста, проведенный библеистами, позволяет в какой-то степени уточнить разделение, хронологию и авторство отдельных частей книги.
