Трудно представить, что может быть хуже убийц, ворвавшихся в поезд. Даже при всем желании…
– Мне знакомы твои интонации, – насмешливый голос с той стороны звучал неестественно громко – видимо, сказывались последствия легкой контузии.
«А уж как мне твои знакомы! И не передать», – устало подумал я, приказав Якудзе:
– Замолчи!
– Второго тоже знаю, – голос за дверью продолжал неискренне веселиться. – Дорогие мои! Неужели вы пользуетесь имплантатами, копирующими речь? И сейчас пытаетесь оказать психологическое давление на несчастную девушку? Нехорошо…
Чем дольше она будет оставаться в неведении относительно наших личностей, тем больше шансов договориться по-хорошему. Напрасно мы поторопились снять тряпки. Можно было поиграть в ковбоев еще…
– Боже! Это что-то невероятное! Карпин послал клонов!
Раз она нас увидела, значит, предусмотрительные создатели снабдили отсек замаскированным «глазком».
– Кому рассказать – не поверят! Клоны! Настоящие клоны! Насколько я знаю, проект заморозили в тридцать седьмом, когда стало не до игр в Бога. С тех пор никто такими глупостями не занимался. Богатых извращенцев, выращивающих себе органы на замену, сожрали кадавры. Сами по себе копии оказались неэффективны. Внедрение ложных воспоминаний, закрепленных с помощью талисманов-привязок, помогало лишь до тех пор, пока выращенный из пробирки биоматериал не осознавал своей природы. После чего большинство сходило с ума. Представляете? Сумасшедшие копии, бегающие по анклаву? Не представляете? Жаль…
Я-то думал, что худшее позади. Оказывается – заблуждался. Гребаная «Радуга» была набита сюрпризами под завязку. Почти как новогодние сани Деда Мороза…
– Заткнись, сука! Девчонка с тобой?! – Якудза дошел до такой степени возбуждения, когда уже не мог говорить, только кричал.
– Нет.
– Врешь, тварь!!!
– С какой стати так унижаться? Да еще перед клонами? Глупыми розовыми поросятками со сладкой ватой вместо мозгов. Вас наверняка накачали ложными воспоминаниями по самое «не хочу», чтобы вы почувствовали себя людьми.
– Ты знаешь, где она? – я не собирался забивать голову бредом сумасшедшей компьютерной имитации, отчаянно цепляющейся за жизнь.
– Конечно! Только вам не скажу, недоразвитые убожества. Кстати, никого не смутил неестественный цвет кожи? Дорогая моя копия, ты же врач. Должна понимать, что аномалия не случайна. Так не бывает, чтобы все вокруг были нормальными, а вы румяными, как попы младенцев. Интересно, какую лапшу вам повесил на уши Карпин, послав на задание? Что мы клоны? Нет. Вряд ли. Что вы клоны? Тоже не вариант. Подождите, не говорите, дайте сама отгадаю. Великий комбинатор сказал… – она ненадолго задумалась, – …что вы в «Радуге смерти»! Конечно! В тренажере виртуальной реальности может случиться что угодно. Любая самая дикая чушь здесь прокатит за правду…
Одна злобная мегера способна испортить кровь кому угодно. Две превращаются в сущий ад. Чертовы сценаристы постарались на славу, затрахав наши мозги до полусмерти неожиданными поворотами «сюжета».
– Флинт, взорвем дверь, и дело с концом. В багажнике остался брикет «Эс-4», – на лице Якудзы выступили красные пятна, он явно был на пределе.
– Если девчонки там нет, оборвется последняя нить, – возразил я, скривившись от боли – ампутированная рука все настойчивее требовала обезболивающего.
– Она блефует, – старый картежник Валет ни секунды не сомневался в своей правоте.
– А если нет?
– Точно блефует, – заверила нас Герцогиня. – Пытается выиграть время. Скорее всего, у нее на руках раненый или два. Причем серьезно. Поэтому их не было в общем отсеке. Я бы на ее месте вела себя так же: пыталась разозлить, чтобы потянуть время.
– Тянут время, если на что-то надеются, – заметил Валет.
– Значит, просто пытается разозлить.
– Открывай, сука! – Якудза ударил ногой в железную дверь. – Слышишь, тварь?! Открывай!
– Замолчали все! Говорить буду я.
– Попробуй! – донесся насмешливый голос с той стороны.
– Отдай девчонку, и мы уйдем, – мне отчаянно не хотелось расписывать партию в «покер» с нестабильной проекцией Герцогини, даже несмотря на то, что рядом находился лучший в мире эксперт по ее поведению.
– Ты, наверное, шутишь? Карп приказал убить всех. Ему не нужны свидетели.
– Ему нужен только ребенок.
– И мы тоже! Я знаю, где девочка, но не скажу, – она торжествующе рассмеялась.
– Значит, будем взрывать? – Якудзе не терпелось заткнуть пасть ядовитой змее.
– Других вариантов нет.
– Пока мальчики занимаются своими делами, девочки могут поболтать тет-а-тет? Ведь так? – вкрадчиво поинтересовался голос из-за двери.
– О чем?
– О своем, о женском. Согласитесь, не каждый день можно так поразвлечься с собой… И демонами, – зачем-то добавила она после многозначительной паузы.
– Нет, – меньше всего на свете мне хотелось, чтобы две Герцогини обсуждали что-то за нашей спиной.
– Флинт, все в порядке. Идите, я справлюсь. Заодно прихватите аптечку, там обезболивающее для твоей руки. Уверена, минуты нам хватит с лихвой.
Бесполезно пытаться понять женскую логику. Зачем ей понадобилось говорить с виртуальным двойником? О каких развлечениях и демонах вообще идет речь?
– Идите! – док замахала рукой, выпроваживая нас из вагона, одновременно попытавшись изобразить на лице некое подобие заговорщицкой мимики. Мол: «Говорить не могу. У меня есть прекрасный план! Знаю, как разобраться со всеми неприятностями одним махом!»
– Флинт, не оставляй их одних, – предостерег Валет.
Мои нервные окончания уже не стонали – выли от боли. Если взорвем дверь, а там не окажется девчонки, придется продолжить поиски. Не знаю, где и как, но придется. Герцогиня решила помириться, забыв о простреленном ухе, – прекрасно. Я обеими руками «за». Точнее – одной. Здесь и сейчас мне необходима таблетка. Иначе творящийся вокруг дурдом окончательно выйдет из-под контроля.
– Хорошо. Одна минута, – согласился я. – И будь осторожна, мало ли что…
– За меня не волнуйся, – она как-то странно посмотрела, на мгновение став нормальной женщиной, волею случая помещенной в ненормальные обстоятельства.
– Валет, Якудза… Пошли.
– Зря ты согласился, – на ходу бросил азартный игрок.
– Почему? – у меня начало темнеть в глазах от боли.
– Не знаю, – честно признался он. – Предчувствие нехорошее. Как в покере с каре́[44]. Карта отличная, вроде волноваться не о чем, поднимай ставку и срывай банк. Но внутренний голос подсказывает: «Не играй»…
– У меня отличное предчувствие. Давай быстрее шевелиться, – создавалось впечатление, что обрубок руки опускают в кипящее масло. Стиснув зубы, чтобы не закричать от боли, я перешел с быстрого шага на бег.
– Как скажешь, босс, – несмотря на видимое согласие, Валет остался при своем мнении.
Дальнейшее развитие событий доказало – он был прав, а я ошибался. Оставшиеся наедине, демоны всегда сумеют найти общий язык…
Убедившись, что мужчины ушли, настоящая Герцогиня обратилась к клону:
– Ты ведь сделаешь это для меня?
– Да. Кто из твоих выжил? – последовал встречный вопрос.
– Флинт и Якудза. Командир в коме, пулеметчик контужен.
– А девочка?
– Со мной. Она без сознания.
– Не боишься, что я передумаю?
– Нет. Ведь ты это я.
– Напоследок скажи: ты и правда убила Герцога?
Настоящая Герцогиня могла солгать из милосердия, но не сделала этого. Себя нельзя обмануть.
– Никогда его больше не видела.
– Жаль. Я была уверена, что рассчиталась за все.
– Мне тоже. Прощай…
Когда мы вернулись, она выглядела умиротворенной. Не пыталась казаться, а именно выглядела. Пожалуй, именно это поразило меня больше всего.
– Быстро вы, мальчики! – Герцогиня улыбнулась нам, как лучшим друзьям, с которыми встретилась после долгой разлуки.
