Самые мелкие хутора опустели, пополнив население более крупных. Вокруг оставшихся поселений выросли засеки и частоколы, которые строили все, кто был в силах держать топор. Молодые мужчины ушли выслеживать бандитские шайки на подступах к холмам, более старшие остались защищать поселения.
Все запасы стрел у Лодана разошлись за пять дней, луки тоже. Арен вместе с Роланом примкнули к одному из отрядов, прочесывающих леса в поисках бандитов. Мастер спрятал домашнее барахло в тайник на склоне холма вместе с заготовками для новых луков и отвел Альну к Караде. Ведающая с радостью приютила подругу воспитанника, каковым считала Арена. Приглашала она остаться и Лодана, но тот взял боевой лук и ушел неизвестно куда.
Глава 16
Жизнь на всех одна
«В бескрайнем океане темной воды плавало мировое яйцо. Время покоилось, ничего не происходило вокруг, только волны и ветер носили яйцо по бесконечным просторам океана. Но внутри яйца зрела жизнь. Однажды яйцо раскололось, и из него родились миры. Горячие молодые звезды воссияли, разбрасывая свой огонь на омытую водами землю, и из их искр появились живые существа. В каждом живом существе с тех пор горит частица изначального пламени, дающего жизнь. Жизнь на всех одна, от начала и до окончания вселенной».
Из сказания народа ладола
Ночное небо было черно, только зарева пожаров ложились багровыми отсветами на низкие облака. Молодой полусотник охраны тайного прииска, стоя у отверстия горной выработки, внюхивался и всматривался в окружающий мир. Нынешняя осень выдалась сухой, и в воздухе, как в тот год, когда Ирион только прибыл в эти места, неистребимо висел запах гари, а по утрам вставало красное солнце в сизой дымке, затянувшей болота. Только теперь горела не только пожухшая к зиме болотная трава — горели торфяники, а где-то пылали и людские поселения — в запахе дыма чувствовался смрад сожженных жилищ. Что-то неладное творилось в окружающем мире.
Уже третью декаду не приходило никаких вестей из Сарандера. Сначала перестали возвращаться охранники и горняцкие смены, уехавшие на отдых, в том числе сотник и второй полусотник охраны. Остававшимся на прииске рабочим и охранникам пришлось запретить отпуска до выяснения ситуации. Четверо гонцов, посланные начальником шахты и оставшимся полусотником, не вернулись тоже.
Шахтерам сократили норму, и теперь они работали полдня. В самой шахте было как-то спокойнее, а вот охрана, находившаяся снаружи, становилась все более нервозной. Ссоры и перепалки возникали из пустяков, и чем дальше от выработки, тем быстрее появлялось раздражение у людей. Ирион заметил это и где приказами, где уговорами заставил охранников переселиться в помещения, вырубленные в скале у начала штольни, разрешая отдаляться от нее только на время дежурства. Самые дальние посты по той же причине пришлось снять — на одном из них размолвка двух охранников дошла до поножовщины, и оба остались живы только чудом. Люди сначала роптали, не желая переселяться со свежего воздуха в сырые и затхлые помещения, но вскоре сами поняли, что там жить спокойнее.
Сам Ирион почти неотлучно находился при руднике, потому что здесь же жила его жена и четверо детей, младшему из которых недавно исполнился год и три месяца. Лела отказалась поселиться в Сарандере и последовала за мужем в рудничный поселок. Большинство шахтеров и охранников только ночевали в нем в дни работы. Лишь две шахтерских семьи жили тут же.
— Послушай, парень! — К Ириону, присевшему на один из камней у входа в выработку, подошел один из старейших охранников рудника, попыхивая трубкой с каким-то тошнотворным болотным зельем.
Во внеслужебное время субординация среди охраны была не в чести, да и сам Ирион на ней ire настаивал.
— Да… — Молодой полусотник обернулся к ветерану.
— Ты хоть знаешь, что на самом деле добывают на этом руднике? Что это за камешки?
Ирион пожал плечами. Охране и шахтерам этого знать не полагалось, но проработавшие на руднике довольно долго все же кое-что начинали понимать, если умели сопоставить факты и обмолвки начальства. Лично Ирион до последнего времени знал только, что золото добывают здесь из «пустой породы», основная разработка ведется ради неких голубоватых кристаллов. Но их попадалось настолько мало, что приезжавший раз в полгода королевский курьер увозил всю добычу прииска в большом кошеле. Однако их стоимость, видимо, была такова, что ради этого стоило платить шахтерам и содержать хорошую охрану. Золота здесь добывалось тоже немного. Шахтерам, правда, платили не выше среднего, доплачивая по далеру лишь за находку кристалла, а вот охрану нанимали из профессионалов, и жалованье было соответствующим. Только год назад комендант города ло’Вари, производя молодого человека в полусотники, неожиданно обмолвился, что кристаллы предназначены для магических целей.
— Я вырос в горах, хоть и намного южнее, — продолжил пожилой воин, расценив реакцию Ириона как отрицание. — Это не кварц и даже не бриллианты. — Наклонившись к уху молодого человека, мужчина выдохнул клуб смрадного дыма, от которого Ириона чуть не стошнило, и прошептал: — Я вообще не знаю, что это за камни. Но их увозят прямо в Нарит для тайных магических исследований Антрайна.
Охранник выпрямился и, еще раз затянувшись, подмигнул Ириону. Молодой человек отдышался и задумался. Информация казалась правдоподобной, даже если некоторые детали и были приукрашены.
У входа в штольню раздался шум шагов, и из отверстия появился молодой охранник из недавно принятых в отряд. Парень начал озираться вокруг и, заметив полусотника, направился было к нему, но тут же увидел второго охранника и остановился.
— Да-нери Онги, — несколько смущенно произнес молодой человек. — У меня к вам важное дело!
— Так говори! — Ирион напрягся.
Молодой охранник, которого звали Рой, стрельнул глазами в сторону своего старшего сослуживца и замялся. В другой обстановке Ирион предложил бы парню прогуляться за уступ скалы, но сейчас это показалось небезопасным.
— Ори, зайди в штольню и заодно присмотри за обстановкой там! — скомандовал полусотник пожилому охраннику, а сам отошел на несколько шагов от входа вместе с Роем.
Приблизившись к командиру, парень тихо сказал:
— Начальник прииска решил сбежать вместе…
Внезапно ощущения Ириона обострились, и он почувствовал под ребром острие кинжала за мгновение до того, как тот проткнул бы ему печень. Этого времени при скорости реакции полусотника хватило, чтобы оттолкнуть охранника, пытавшегося его удержать, и отскочить в сторону. Кинжал проткнул его тело не больше чем на полсантиметра. Ирион уже схватился за свой кинжал, но Рой, закричав что-то нечленораздельное, бросился прямо в сторону болот. Внизу раздался удар тела, упавшего с высоты семидесяти локтей на камни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
