Проведя накануне много времени без сна, Фарковский заснул в кресле перед монитором в главной рубке «Ноктюрна». Через некоторое время его разбудил помощник капитана – альфа-блок.
– Что такое?
– Дифтонги, сэр. Их корабль начал маневр.
– Маневр?
Фарковский тряхнул головой и провел по лицу ладонью.
– Ну, значит, сейчас начнется.
90
Тяжелый, тошнотворный сон повторялся снова и снова: вибрирующий от напряжения корпус почтовика сотрясается от страшного удара, дыхание перехватывает удушающий спазм, и наступает полная темнота. Затем вспышка и опять вибрация челнока, отдающаяся в ногах через пол кабины.
«Нужно сказать Тони, чтобы при очередном повторении сна сменил курс, тогда они промахнутся», – подумал Джим и удивился, отчего такая простая мысль не пришла к нему раньше.
«Это из-за тошноты, и голова какая-то пустая. Нужно умыться, нужно поплескать в лицо водой».
Джим попытался пошевелить рукой, но у него не получилось. Попытался дернуть ногой, но и она его не слушались. Тогда он с трудом приподнял отяжелевшие веки и в паре метров от себя, на странном грязно-желтом фоне увидел Тони.
Голова напарника поникла, а длинные руки в области запястий были прихвачены блестящими металлическими замками.
«Эй, Тони!» – хотел позвать Джим, но из его груди вырвался только хрип, перешедший в приступ сильного кашля. Когда приступ наконец прошел, Джим с трудом отдышался, ощутив во рту привкус крови, и неожиданно обнаружил, что раскачивается на прозрачной желтоватой мембране, к которой, как и его напарник, пристегнут металлическими замками.
– Что, приятель, удивлен? – проскрипел очнувшийся Тони и тоже сорвался в приступ жестокого кашля, от которого отходил дольше Джима, сильнее раскачиваясь на мембране.
– Я… ничего не могу понять… Такое ощущение, что мы спим… Все как сквозь вату, – пожаловался Джим.
– Не надейся, приятель, это не сон. Они отравили нас какой-то химической торпедой, что ли… – Тони снова закашлялся. – А еще они, скорее всего, отключили наши процессоры.
Тони поднял глаза, Джим тоже посмотрел вверх – там, под потолком, висели какие-то сложные сетчатые конструкции, они могли излучать блокирующий сигнал.
– Дифтонги думают, что процессоры – это все, чем мы располагаем, – криво усмехнулся Тони.
– А чем мы еще располагаем?
– Мозгами, приятель.
– Точно, а я забыл. Только как нам это сейчас поможет? Похоже, нас собрались зажарить и подать на завтрак императору Дифта.
Джим посмотрел вниз – до пола было метра четыре, а гравитацию, по своим ощущениям, он бы определил в семь десятых.
– Похоже, они поймали нас на этот почтовик, как рыбу на наживку, – сказал Тони и снова закашлялся, от чего опять стал раскачиваться на мембране.
– Ты чего? – спросил он, заметив, что Джим пристально на него смотрит.
– Слушай, Длинный, а ты сумел бы разомкнуть замки, которыми мы пристегнуты?
– Носом мне не дотянуться, – грустно усмехнулся тот.
– Нет, я имею в виду – сам принцип механизма замка тебе понятен?
Тони покосился наверх, потом на свои ноги.
– А чего тут думать, вот эта массивная кнопка – стопор. Ударить по нему, и все дела…
– Ну так ударь, видишь, как эта штука раскачивается…
И Джим принялся раскачивать мембрану, на которой висел, ухитряясь сокращать до трети расстояние, отделявшее его от Тони.
– Попробовать можно.
– Нужно пробовать, Длинный, нужно! Я не хочу на Дифт, там у нас дурная репутация.
– Чем-то воняет, ты не чувствуешь? – спросил вдруг Тони.
– Какая разница? Может, мы обделались, когда нас травили или когда процессоры отключали. – Джим посмотрел вверх, на похожие на антенны решетки. – В момент отключения вполне могли обделаться. Ну что, будешь пытаться?
– Сейчас, – кивнул Тони, концентрируя взгляд на кнопке замка, державшего правую руку Джима. – Начали!
И Тони стал раскачиваться, все увеличивая амплитуду и не спуская взгляда с заветной кнопки. Однако как он ни вытягивал шею, амплитуды не хватило, пришлось взять передышку.
– Давай я тебе навстречу раскачиваться буду, – сказал Джим.
– Сейчас, чуть передохну, а то… после этого газа… Как ты думаешь, за нами наблюдают?
– Возможно, – ответил Джим и стал осматриваться, однако ничего похожего на штатную видеокамеру не обнаружил, только голые матовые стены с несколькими осветительными панелями. – В таком случае они решат, что мы не в себе. Ну что, отдохнул?
– Да. Поехали…
И они стали раскачиваться снова, стараясь держать одинаковый ритм. Дело пошло лучше, и вскоре Тони попытался ударить головой в нужную кнопку.
– Длинный, ты мне в лицо заехал! – воскликнул Джим, однако Тони, не обращая внимания на его стенания, снова боднул головой кнопку, и замок на захвате открылся.
– Уф! – Тони тяжело выдохнул и обвис на своих замках. На его лбу отчетливо виднелась ссадина, у Джима была разбита губа.
– Ну чего ты? Выбирайся! – потребовал Тони.
– Подожди… Рука занемела, я ее почти не чувствуя. Сейчас…
Джим изо всех сил старался пошевелить пальцами освобожденной руки, но пока не получалось. Он даже не мог понять, ослабла ли хватка замка после того, как Тони открыл его.
Наконец, помогая себе всем телом, Джим сумел выдернуть правую руку, но она безвольно повисла.
– Что?! – обеспокоенно спросил Тони. Он знал, какие могли быть последствия применения отравляющего газа.
– Ничего, покалывает просто… Сейчас… – пояснил Джим, морщась от болезненных ощущений. Вскоре чувствительность в руке вернулась, и он потянулся к кнопке на замке левой руки.
– Стой! – остановил его Тони. – Если расстегнешь – повиснешь вниз головой…
– Точно, а я как-то не подумал. Тогда как?
– Давай раскачайся и расстегни мой замок…
– На какой руке?
– Тебе удобнее на левой…
За стеной послышался какой-то шум, как будто поворачивался большой, плохо смазанный механизм. Пленники притихли, опасаясь, что это открывается дверь в переборке, однако вскоре шум прекратился, и Джим, сильно раскачавшись, сумел открыть замок на левой руке напарника.
В этот раз захват раскрылся сам, выпавшая рука Тони, как показалось Джиму, провисла до колена.
– Тони, что с твоей рукой?! – воскликнул он, невольно вспоминая все те ужасы, через которые ему пришлось пройти, когда повар-убийца отсек его товарищу руку.
– Не пугайся, у меня до колена не только рука, – усмехнулся Тони. – Просто я плечо опустил, а руки у меня всегда длинными были – ты что, забыл?
Джим прикрыл глаза, успокаиваясь.
– Длинный, ты меня до шока доведешь своими шутками… Что дальше?
– Делай, как я.
С этими словами Тони пошевелил освободившейся рукой, возвращая ей чувствительность, затем быстро ударил ею по кнопке на правой руке и тотчас ухватился за свободный замок, чтобы не повиснуть вниз головой. Освободившаяся левая рука выпала из захвата и повисла вдоль тела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
