Читаем без скачивания Мятеж - Филип Фармер

Иммерман, кивнув Дункану, сел в кресло, обращенное к дивану — футах в восьми от него.

Крылоносый обосновался примерно в трех футах от Иммермана, опустив руки по швам. Его пистолет покоился на боку в кобуре.

В течение нескольких секунд Каребара смотрел по сторонам, словно не понимая, можно ли ему сесть и, если да, где именно.

— Вон туда, — показал Иммерман.

— Благодарю вас. Ваше Превосходительство, — краснея и не отрывая глаз от старика, профессор прошел на указанное место.

Иммерман, плотно сжав губы, промолчал. Ситуация была ясна: в присутствии заключенного никому не дозволялось обращаться к нему по официальному титулу, особенно если этот титул относился к члену СМП Совета Мирового Правительства.

Каребара дорого заплатит за свою оговорку.

Иммерман уставился на Дункана, почесывая левой рукой живот. Перед глазами Дункана снова промчалось видение: дед ласкает крупного сиамского кота, пригревшегося на его животе.

Последовало длительное молчание, затем Иммерман открыл рот, желая что-то сказать.

— Простите меня, Гражданин Руггедо! — прогремел Кэбтэб. — Прежде чем мы начнем обмениваться дружескими любезностями, могу ли я выпить? И не хотите ли вы промочить горло?

Иммерман слегка вздрогнул. Он поморгал, а затем произнес:

— Можете налить себе и угостить своих друзей. Мне ничего не нужно. Но… — он выглядел сердитым, — …больше меня не прерывайте. Говорить можно только с моего разрешения.

— Прошу прощения. Гражданин Руггедо. Мы все чувствуем напряжение, и я полагал, что немного выпивки разрядит обстановку.

— Пожалуйста, пейте, — сказал Иммерман.

Кэбтэб встал.

— Дунк, Тея, вы чего хотите?

— Мне тройную порцию Дикого Радикала, — отозвался Дункан.

— Стаканчик токая, — попросила Сник.

— Простите меня, Гражданин Руггедо, — произнес Каребара, — вы считаете, что алкоголь не помешает Гражданину Дункану нормально работать в тумане?

— Вряд ли, — ответил Иммерман. — Так или иначе — это, пожалуй, единственное сильнодействующее средство, которое вы еще не испытали на нем. Может быть, его способность к сотрудничеству изменится в лучшую сторону в бессознательном состоянии.

Что бы ни собирался сказать Иммерман, он, видимо, решил подождать, пока Кэбтэб разнесет напитки. Он наблюдал за падре, пока тот шел к бару высокому и элегантному, из тикового дерева, украшенного резьбой. Едва Кэбтэб вышел из поля зрения Иммермана, тот перевел глаза на Дункана. Дункан не испытывал перед дедом ни малейшего стеснения и мог спокойно встретить его взгляд, но ему нужно было следить за Кэбтэбом, поэтому он вынужден был переводить глаза из стороны в сторону. Пусть старик думает, что пленник не в состоянии выдержать его взгляда.

До сих пор совместными усилиями они довольно точно разыгрывали сцену из «Марсианского Восстания». Даже мебель в комнате была расставлена примерно в таком же порядке. Иммерман позволил одному из пленников встать и отправиться за выпивкой точно так же, как в фильме Нель разрешил подобное Курляю Эстэркулю Лу-Дэну.

В кино охранник стоял рядом с баром и не отошел от него при приближении Лу-Дэна. Здесь же охранник — это был Толстозадый — сделал два шага в сторону.

Полосатая все еще находилась у двери, а Крылоносый по-прежнему держал пост справа от Иммермана. Полосатая следила за Кэбтэбом, Крылоносый — за Дунканом.

Каребара, прочистив горло, произнес:

— Простите, Гражданин Руггедо. Можно и мне выпить стаканчик шерри?

Иммерман кивнул.

— Кэбтэб, принесите Гражданину Каребаре…

— Я слышал… — перебил Крылоносого падре.

Он открыл маленькую дверцу и вытащил поднос. Поставив на него четыре стакана, падре налил в них понемногу из бутылок на полке бара.

— Вы что будете весь день угощаться? — сухим, резким голосом бросил Иммерман.

— Нет, Гражданин Руггедо. Я только хочу произнести тост. За наш успех и за Бога, Которого Еще Не Существует.

Иммерман в раздражении повернул голову и немного сдвинулся с места.

— Не испытывайте мое терпение! — громко сказал он.

— Простите, Гражданин, — ответил Кэбтэб. — Ваша снисходительность беспредельна…

Он поднял стопку, наполненную тем напитком, который выбрал Дункан, бренди «Дикий Радикал».

— Тост! Пусть торжествует правда и добродетель! — Он опрокинул стакан, кадык его мерно поднялся и опустился. Кэбтэб поставил стакан на поднос и повернулся, направившись обратно через комнату.

Дункан продвинулся к краю дивана и отставил ноги назад, приподняв пятки и приготовившись. Он уперся большими пальцами в ковер, правая рука легла на ручку дивана.

Еще раз взглянув на Иммермана, он сказал:

— Что вы собираетесь делать с нами после того, как мы окажемся ненужными? — Он сделал паузу. — Дедушка!

Иммерман слегка встрепенулся, глаза его расширились.

— Вы помните?

Крылоносый удивленно посмотрел на Иммермана.

Падре проходил мимо Крылоносого. Внезапно повернувшись, он плюнул находившимся у него во рту алкоголем прямо в глаза охраннику.

Как это было в кино, Дункан, словно повторяя роль Лоуренса Бульбуля Амира, резко прыгнул вперед и подскочит к Иммерману. Краем глаза он заметил, как Сник метнулась к Крылоносому. Рука главного охранника рванулась к кобуре.

Дункан и Сник в один голос издали пронзительный визг, чтобы обескуражить тюремщиков и замедлить их реакцию хотя бы на ту решающую долю секунды…

Кричали все.

Иммерман поднялся с кресла как раз в тот момент, когда руки Дункана сомкнулись на его горле. Он повалился на спину вместе с перевернувшимся креслом — Дункан рухнул на него сверху. Иммерман с посиневшим лицом пытался выдавить Дункану глаза. Но вот движения его замедлились, он обмяк, хотя еще и не потерял сознание.

Дункан откатился в сторону и попытался встать на ноги, но в этот миг на него с воплем бросился Каребара. Они вдвоем повалились на пол — вот тело профессора расслабленно повисло, кровь потекла по голове: Сник успела приложиться к ней рукояткой пистолета.

— Все кончено! — хрипло дыша, сказала Сник и добавила: — О Господи!

Дункан, пошатываясь, встал. Иммерман тоже пытался подняться. Дункан нанес ему удар по шее, и старик упал лицом вниз.

Крылоносый лежал на спине с раскинутыми руками и неестественно откинутой головой.

Дункан видел, как Сник пробежала через комнату к распростертому на полу телу Кэбтэба. Дункан поискал глазами Полосатую; она лежала лицом вниз на полу возле двери, пистолет валялся рядом с раскрытой ладонью. Очевидно, Кэбтэб застрелил ее, завладев пистолетом Толстозадого, однако Полосатая успела достать его лучом, пока они пытались повалить друг друга. Затем Полосатая, тяжело раненная выстрелом Кэбтэба, рухнула на пол.