— Вы что же, атаковали чужой спутник? — президент не поверил собственным ушам.
— Это не мы, господин президент, — улыбнулся Римлянин и кивнул Корсару.
— Вы позволите, господин президент? — спросил Роберт Дрейк.
— Слушаю вас, господин полковник.
— В основу разведывательного оборудования этого спутника было заложено несколько моих собственных идей, я сам принимал участие в его создании. Это передовые идеи из разряда оборонных. Оборудование позволяло обнаруживать не только лучи, подобные тому, который исходит из Сердца, но и многое другое. Поскольку возможности спутника позволяли использовать его не только для обороны, но и для нападения, я заранее предусмотрел техническую возможность его саморазрушения способом, известным мне одному. Несколько часов назад я этот способ применил. По дороге из аэропорта в «Оазис»…
Президент молча пожал британскому разведчику руку.
— А как же Корабль, — вновь обратился президент России к Римлянину. — Он ведь реагирует на луч?
Римлянин кивнул Незалежному.
— Говори, Борис, — предложил президент, не дожидаясь, когда гений спросит у него разрешения.
— Я сумел «развязать» луч и энергетику Корабля, господин президент, — заявил Незалежный. — Объяснять подробности слишком долго и сложно. Сегодня Корабль не отреагирует!
— И как ты до этого додумался?
— Водки выпил в пятницу у Андрея на юбилее, — признался аспирант, сконфузившись, — а в субботу утром озарило.
— Ты же не пьешь!
— Я случайно…
Женщины, до сих пор смирно сидевшие у стеночки на стульях, специально для них принесенных мужчинами, оживились.
— Боря, тебя озарило до того, как мы начали тебя рассолом отпаивать, или после? — съехидничала Лидия.
— Или когда мы грозились Насте позвонить? — поинтересовалась Светлана.
— Так его в пятницу и озарило! — воскликнула Анастасия. — Когда его бандиты собирались на печь посадить за то, что он чужую бабу увел. А в субботу он просто вспомнил!
Анастасия с улыбкой погрозила жениху пальцем. Елена, Татьяна Васильева и Синтия с интересом прислушивались к дружеской перепалке.
— Нет, в самом деле, — воскликнул гений "чистой воды", — это объяснять сложно, а сделать очень легко: чуть-чуть состав моей крови изменить…
— Не вздумай только ради науки пол менять! — вскричала Анастасия.
Мужчины шутку оценили.
Кроме президента страны, ученых, Римлянина, Корсара и Мастера в лаборатории находились генерал Одинцов, подполковник Васильев, майор Пятистенный, лейтенанты Звягинцев и Гнедич, Олег Азаров и еще одно существо мужского пола — мраморный дог Чарли.
Олег устанавливал на штатив видеокамеру. Чарли ни на шаг не отходил от полковника Дрейка, еще в Торонто привязавшись к нему всей своей собачьей душой!
— Жаль, академика Добродеева сегодня не будет, — заметил глава государства. — Уж он-то присутствие при первом Контакте всей своей жизнью заслужил!
— У него серьезный сердечный приступ, господин президент, — сообщил генерал Одинцов, — двоюродный племянник в автокатастрофе погиб. А первый Контакт — не последний!
— Моей дочери тоже не будет, — вздохнул Бокалов.
— У нее, надеюсь, не сердечный приступ?
— Да что-то вроде этого, — усмехнулся декан.
— Любовь у нее, господин президент, — значительно произнесла Лидия с места.
— Что ж, — улыбнулся глава государства и взглянул на Римлянина, — как говорит один из самых необыкновенных людей, каких я когда-либо встречал, любовь всегда важнее!
Когда-то этот красивый и гордый человек, беззаветно преданный России, тогда — очень молодой генерал, привел его к власти. Не один, разумеется, со своими единомышленниками, имен которых он так до сих пор и не раскрыл.
"Вы очень похожи на древнего римлянина, вылитый языческий вождь!", — заметил будущий президент в середине декабря 1999 года, обдумывая неожиданное предложение возглавить страну, сделанное этим смелым и решительным человеком. — "Почему именно я?".
"У вас чистые мысли", — ответил генерал. — "Такие же, как у нашего семнадцатилетнего русского гения, хотя он, конечно, поумнее нас с вами. Вам и в голову не придет использовать его открытия и феноменальные возможности во вред русскому народу — только на пользу!".
С тех пор и повелось — «Римлянин». Генерал, все же, не был лишен толики тщеславия!
Президент оглядел собравшихся в лаборатории людей. Это были молодые и постарше, сильные духом и телом, красивые и талантливые, настоящие русские люди!
— Им будет принадлежать Россия, — подумал президент, и к его горлу подкатился ком. — Им и нашему народу. В лепешку расшибусь!..
Он взглянул на британского разведчика и отважную канадскую журналистку.
На безымянном пальце левой руки Синтии Тейн красовалось великолепное обручальное кольцо, скоро она станет леди Дрейк!
Благородный рыцарь и его Прекрасная дама. Замечательные у нас союзники!
— Мы готовы, господин президент, — сообщил профессор Азаров.
Женщины поднялись со своих мест и подошли поближе.
Гений "чистой воды" глубоко вздохнул. Он снял льняную вышитую салфетку с малахитового блюда искусной работы, укрепленного на поворотном механизме. Механизм был только что точно сориентирован по отношению к одной из планет Созвездия Большой Медведицы.
Затаив дыхание, русские люди смотрели на Сердце России.
Оно лежало на малахитовом блюде, переливаясь всеми оттенками красного цвета, то бледными, то насыщенными до цвета драгоценного рубина. От Сердца исходило спокойное чистое сияние.
Илья, крепко прижав к себе жену, смотрел на него, как завороженный. Он вспомнил, каким холодным и безжизненным было Сердце, когда он взял его в руки на дне кратера Священной горы Меру чуть больше полутора месяцев назад.
Теперь Сердце было живым!
Борис Незалежный взял со стола острый стальной нож и привычными движениями сделал на своих ладонях два разреза. Положив нож на место, аспирант взял со стола мензурку, окропил ранки на ладонях ее прозрачным содержимым, и поставил назад.
Вновь глубоко вздохнув, русский гений положил на Сердце свои ладони и душой обратился к Всевышнему.
Сердце России стало слабо пульсировать и сильнее заиграло красками. Исходящее от него чистое сияние усилилось.
Аспирант вдруг перестал молиться. Он удивленно поднял голову, будто прислушиваясь к собственным мыслям. Удивление появилось и на лице Римлянина, не сводящего с гения пристального взгляда.
Борис отнял от Сердца ладони, взял льняную салфетку и, вытирая ею руки, подошел к остальным.
— Они здесь, с нами, — негромко произнес аспирант и стал смотреть в сторону пустого пространства лаборатории.
Все присутствующие, едва дыша от волнения, стали смотреть туда же.
Ответный луч тонкой энергии, пробив пространство и время, проник в лабораторию, образовав сходящийся у потолка, бледный, почти невидимый световой конус.
Внутри этого конуса, сначала тускло и расплывчато, но с каждой секундой все более ярко и отчетливо стали проступать две стоящие бок о бок фигуры.
Мужчина и Женщина!
Прекрасные, высокие, русоволосые, в свободных светлых одеждах, они дружественно улыбались землянам, вызывая у них такие же доброжелательные ответные улыбки.
Голограмма звездной четы, чьи физические тела находились сейчас за много световых лет от Земли, проявилась совершенно отчетливо.
Мужчина отпустил плечо своей женщины, которую бережно обнимал, и поднял в приветствии правую руку.
Земляне восторженно зааплодировали. Чарли торжественно гавкнул.
Звездная женщина, ощутив на себе восхищенное внимание земных мужчин, слегка покраснела от удовольствия. Елена с оттенком тревоги взглянула на мужа.
— Свободы и счастья вам, арии, — приятным баритоном заговорил мужчина по-русски, а его жена почтительно наклонила голову. — Давайте знакомиться!..
