— Милорд? — тихо спросил оказавшийся рядом священник.
— Тот рыжий рядом с Вулзи — убийца, святой отец. Вулзи ожидал покушения, но ему не был известен преступник. Мы только сейчас его опознали. Не могли бы вы предупредить кардинала?
Священник кивнул. Он доверял графу, верно служившему его величеству и получавшему приказы от самого кардинала, и его бледной как смерть жене, преданной фрейлине ее величества. Смешавшись с хором, он пробрался в последний ряд, оказавшись в дальнем конце алтаря, прошептал что-то другому священнику и вместе с ним стал медленно двигаться в сторону рыжеволосого служителя церкви. Вскоре они уже стояли по обе стороны от него.
— Вы пойдете с нами, святой отец, — тихо сказал духовник королевы. — Ваш заговор раскрыт, и кардинал захочет лично побеседовать с вами после мессы.
Француз испуганно дернулся, но, не поднимая скандала, позволил себя увести. Его проводили к боковой двери, и все трое оказались на ристалище. Там уже ждал граф. Наскоро обыскав пленника, он нашел зловещего вида кинжал. Кончик казался чуть темнее остального лезвия.
— Осторожно, — предупредил граф, — он отравлен!
— Может, вы и спасли кардинала, но король и королева скоро будут мертвы! И вы ничего не сможете сделать! — прорычал священник.
Граф Уиттон стиснул шею француза и поднес кинжал к его горлу.
— Имена твоих сообщников, — коротко велел он.
— Иди к дьяволу! — прошипел священник.
— Ты действительно готов отдать жизнь в бессмысленной попытке уничтожить английского короля, чтобы похитить его дочь? Воображаешь, будто Франция станет править Англией? О нет, в Англии еще остались люди, чья кровь позволяет им претендовать на трон! Герцог Букингем, например. Только его покорность Тюдорам позволила последним получить корону, но если династия Тюдоров закончится, герцог вполне может предъявить свои права!
Он чуть вдавил кончик кинжала в кожу священника. Тот долго молчал, очевидно, обдумывая слова графа.
— Но что будет с нами? — нервно спросил он наконец.
— Назови имена остальных и объясни, где они сейчас находятся. Я отдам тебя твоей госпоже: пусть делает с тобой все, что пожелает! Мы не намерены уничтожить дружбу, возникшую между нашими нациями за этот месяц. Говори же, или, клянусь Богом, поцарапаю тебя этим клинком и оставлю умирать без покаяния!
— Пьер и Мишель, слуги королевы-матери. Они стоят в церкви рядом с ней. Пьер выше всех остальных, кроме разве вашего короля. Мишель стоит справа от него. Уберите кинжал, умоляю!
Граф швырнул его на землю и отдал кинжал духовнику королевы.
— Глаз с него не спускайте, святые отцы, и не позволяйте встать, пока швейцарские гвардейцы не придут за ним. Если попытается бежать, уколите кинжалом, — велел он, а сам поспешил в церковь и поговорил с лейб-гвардейцами Генриха. Те немедленно подошли к месту, где находились слуги вдовствующей королевы, и незаметно оттеснили их в сторону. Мало кто заметил эту сцену, поскольку собравшиеся были поглощены красотой и великолепием мессы. Многие посчитали это великим историческим событием и хотели впитать все до последнего слова, чтобы потом рассказывать детям и внукам. Даже Луиза Савойская не обратила внимания на происходящее. Заговорщиков тоже вывели через боковую дверь, и теперь все трое стояли на коленях, со связанными за спиной руками, под охраной лейб-гвардейцев. Английские священники уже вернулись в церковь.
— Отведите их туда, где не увидят ни короли, ни придворные, — велел граф капитану стражи. — Я сам поговорю с его светлостью после мессы, и он решит, что с ними делать.
— Да, милорд, — ответил гвардеец.
И тут откуда-то донеслись злобные крики:
— Саламандра! Саламандра! Негодяй, что ты наделал?! В воздухе повис запах пороха и серы.
— Что там такое? — удивился капитан.
— Похоже, — пояснил граф, — что один из фейерверков, предназначенных для вечерних празднеств, преждевременно взорвался. Пойду проверю.
Оказалось, что он был совершенно прав в своих предположениях. Маленький мальчик, нанятый в деревне пиротехником, по случайности поджег фейерверк «Саламандра».
— Отродье косорукое! — ругался мастер. — Я бы еще простил его, будь это любой другой фейерверк, но личная эмблема короля! А времени сделать другой не осталось!
— Где мальчишка?
— Я его поколотил и прогнал.
— Но ты знаешь хотя бы, как его зовут? — терпеливо допытывался граф.
— Жан. Безмозглый сыночек моей сестры, — буркнул мастер.
— Мне нужно с ним поговорить.
— Жан! Жан! Где ты, жалкий кусок дерьма? — завопил мастер. — Немедленно вернись, или, клянусь, я спущу шкуру с твоего тощего зада!
Пришлось довольно долго ждать, прежде чем из-под фургона выполз грязный худенький мальчик с голодными глазами.
— Быстро сюда, наглое ты отродье! Знатный господин желает поговорить с тобой, хотя в толк не возьму, что ты можешь ему сказать!
— Погоди, — спокойно приказал граф. — Иди сюда, парень.
— Д-да, господин, — испуганно прошептал ребенок, оглядываясь по сторонам, словно в поисках выхода.
— А теперь расскажи правду и, если я тебе поверю, получишь награду. Но, учти, я сразу пойму, лжешь ли ты. Понятно тебе?
— Да, господин, — уныло повторил мальчик.
— Скажи, ты ведь не просто так поджег королевскую «Саламандру» в тот момент, когда солнце стояло в зените? Тебе заплатили? Ну, не молчи. Я прав? Говори правду.
Мальчик втянул голову в плечи.
— Я… я что-то сделал не так, господин?
— Возможно, но я не стану тебя наказывать, ибо в этом твоей вины нет. Только я требую правду. Тебе заплатили?
— Да, господин, — кивнул мальчик. — Это был священник. И он дал мне серебряную монетку. Сказал, что мать короля хочет подшутить над сыном.
— Серебряную монетку? — взвился мастер. — Где она, маленькое ты дерьмо? Монета должна по праву перейти ко мне за все неприятности, которые ты мне причинил! — Окинув племянника яростным взглядом, он протянул широкую лапищу: — Немедленно отдай!
— Я отнес ее матери! — гневно заорал мальчишка. — Ты ничего мне не платил, с тех пор как взял в подмастерья! Матери нечем кормить остальных детей!
Мастер наградил мальчишку оплеухой и снова размахнулся, но граф перехватил его руку.
— Оставь парня в покое! Он может понадобиться, чтобы опознать священника, а в этом случае и ты что-то получишь.
— А что случилось? — догадался спросить мастер, внезапно испугавшись этого спокойного англичанина.
— Мы раскрыли заговор высоких особ, а твоего племянника обманом подговорили зажечь фейерверк, который должен был стать сигналом для убийц, — пояснил граф.
Мастер в ужасе перекрестился, бормоча молитву Божьей Матери.
