домогался американки. Алекс-волшебник ухватился за этот слух: вот, говорил он, видите, а факирчик-то не такой святой, каким себя выставляет!
Махариши мог быть кристально чист в своих помыслах, словах и делах, как верили некоторые из его почитателей-битлов. Мог и не быть. Никаких доказательств порочащего его слуха никто не представил. Но это уже не имело значения. Маленькая община, разгоряченная, замкнутая и слегка истеричная, плевать хотела на поиск улик или опровержений. Словно в романе Эдварда Моргана Форстера «Поездка в Индию», слухи, сплетни и, возможно, культурные различия быстро взяли свое.
Синтия позже вспоминала: после девяти недель в ашраме Джон сказал ей, что разочаровался в Махариши. Леннон решил, что для духовного человека, каким выставлял себя йог, тот слишком сильно интересовался деньгами, славой и знаменитостями — по сути, повторил все обвинения, которыми в шутку бросалась в Махариши британская пресса, когда Beatles стали им столь публично одержимы. Вариант, что он в одно и то же время может быть и хорошим, духовным человеком, и успешным дельцом, видимо, не рассматривался.
Харрисон разрывался на части. «Когда уже и Джордж заподозрил, что все это правда, — рассказывал Джон, — тогда я подумал: «Ну, если уж и Джордж в нем усомнился, тут явно что-то неладно»». Он решил покинуть ашрам и, как обычно, подал пример всем остальным.
— Почему ты уезжаешь? — спросил Махариши.
— Если ты такой космический, догадайся сам, — отрезал Джон.
И вот так, на фоне слегка иррационального и необоснованного страха, будто Махариши может помешать им покинуть ашрам, приключение Джона с «маленьким факиром» подошло к концу.
Ну, почти… Такси, перевозившее Джона и Синтию в Нью-Дели, сломалось, и, когда водитель отправился искать помощи с автомобилем, Джон вышел на обочину и поймал машину — изумленный незнакомец узнал его и любезно отвез пару в отель.
Авторы часто находят способ обрушить месть на голову тех, кого считают предателями. В душе Джона, автора песен, уже пустила корни мысль отомстить гуру, ославив его на весь свет. «Maharishi, what have you done, You made a fool of everyone»[105], — родились первые строки. Джордж, невероятно расстроенный, все-таки уговорил его скрыть имя того, в кого был нацелен удар. Так Махариши уступил место некой сексуальной Сэди. «Sexy Sadie, oh yes, you’ll get yours yet»[106]. Это было злобно.
Случилось ли что-нибудь неприятное с неведомой юной американкой, когда та была в Ришикеше, никто не узнал, и это наводит на подозрение, что, скорее всего, ничего там и не произошло. Джордж всегда будет считать, что с Махариши поступили плохо, и позже примирится и с ним, и с движением трансцендентальной медитации. Но самое большее, что сделает Джон — и что для него максимально приблизится к извинению, — это признание спустя несколько лет после тех событий: «Мы ошиблись… Мы ждали гуру, и он пришел…»
Лететь в Лондон из Индии довольно долго, и есть две версии того, что произошло во время полета. Одна гласит: после недель трезвости в Ришикеше Джон напился и вывалил на Синтию настоящую исповедь — рассказал, что и до свадьбы, и во время их брака занимался сексом с сотнями девушек, и кого-то из них она даже знала, а иных считала добрыми подругами.
Синтия писала, что в полете была до слез расстроена тем, как все вышло с Махариши, а о сексе они говорили на кухне в Кенвуде, спустя несколько дней по возвращении домой.
«Знаешь, Син, у меня ведь были и другие женщины», — совершенно внезапно сказал Джон. По ее воспоминаниям, она ответила, что тронута его честностью. «Все о’кей», — сказала она. Он обнял ее, сказал, что все еще ее любит, и спросил, были ли у нее романы. Она сказала, что нет. Только флирт, ничего больше.
Хроники отношений в рассказах двоих совпадают во всем крайне редко. Но именно так Джон и Синтия запомнили — или решили запомнить — миг, ставший их точкой невозврата.
43. «Хочу сказать тебе кое-что важное. По ходу, я Христос»
В Англии Джон мгновенно вернулся к наркотикам. Но гигантская махина, которой стали Beatles, должна была продолжать свой путь, и теперь, в отсутствие Брайана, ее главной движущей силой стали энергия Пола и его идеализм. Пол говорил мне тогда, что Apple, компания Beatles, «скорее похожа на западный коммунизм… Мы хотим создать совершенную деловую организацию… не только для нас, но и для общего блага…» И с этой целью они с Джоном стали планировать поездку в Нью-Йорк, где собирались публично объявить о своем новом предприятии.
Лед в отношениях Джона и Синтии на мгновение растаял, когда Джон на выходных сгонял в кислотный трип с Дереком Тейлором, новым пресс-секретарем битлов и примерным семьянином. Но когда Синтия спросила, может ли она поехать с ним в Нью-Йорк, холод тут же вернулся. Нет, сказал Джон, не может. Это деловая поездка, ему предстоит много работы, а еще нужно готовить новый альбом.
Так что вместо этого она приняла предложение отдохнуть две недели в Греции вместе с Дженни, сестрой Патти Бойд, Донованом и Алексом-волшебником, снова оставив Джулиана на попечении экономки Дот Джарлетт.
Когда Синтия уезжала в аэропорт, Джон лежал на кровати. «Он пребывал в том состоянии полутранса, которое я не раз уже у него наблюдала, поэтому едва повернул голову, чтобы попрощаться», — вспоминала она.
В Нью-Йорке Джон и Пол казались сверхделовыми. В костюме, чисто выбритый, Джон сидел на пресс-конференции рядом с Полом и мужественно отвечал на вопросы журналистов. «Мы хотим создать систему, где людям, желающим просто снять фильм… не нужно стоять на коленях в чьем-то там кабинете, — сказал Джон. — Нам не нужна груда золотых зубов в банковском сейфе!» В своем телеобращении он пригласил граждан США реализовывать свои творческие мечты с чеком от Apple.
Прислушалось ли нью-йоркское деловое сообщество к идеям западного коммунизма? Сомнительно. Всех просто сбила с толку эта сумасшедшая идея. Все, о чем говорили Джон и Пол, казалось совершенно непродуманным в деловом смысле — за исключением разве что Apple Records. Если их краткий визит и кончился чем хорошим, так только тем, что Пол снова повстречал фотографа Линду Истман, которая привлекла его годом раньше, на вечеринке по случаю выхода в свет пластинки «Sgt. Pepper».
Но когда после официального запуска компании был сделан следующий шаг и в лондонской андеграундной газете International Times разместили рекламу, призывавшую читателей присылать свои сценарии, песни, стихи, магнитные ленты, дизайнерские проекты одежды, изобретения, пьесы, электронику, романы и студийные записи, за несколько дней офис
