В ту же минуту волк увидел в клубах дыма трех летучих мышей, направляющихся к одной из лож первого яруса. Сеймоур опустился на задние лапы. Каким же дураком он был! За годы обучения наследники настолько развили свои магические способности, что сами могли о себе позаботиться. Разве они нуждались в помощи оборотня? Превратившись в летучих мышей, они поднялись в ночное небо и в считанные секунды выбрались из огня. А вот он, Сеймоур, теперь оказался в чертовски опасном положении.
Он завертел головой. Нет, дороги назад не было. Сцена была перекрыта горящими обломками здания, а возле выходов толпилось столько людей, что нечего было и пытаться протиснуться туда. Дым становился все гуще. Не только людям становилось дурно, волк тоже начинал задыхаться. Ему не хватало воздуха. В отличие от вампиров, Сеймоур должен был дышать, вне зависимости от того, в каком обличье он пребывал.
Что ему оставалось делать? Сквозь клубы дыма волк напряженно разглядывал ложу, через которую решили выбраться вампиры. Ничего не поделаешь, ему следовало пробираться той же дорогой. Сеймоур оценил высоту первого яруса. Нет, в волчьем обличье ему не удастся туда забраться. Необходимо превратиться в человека. Нехватка воздуха мешала Сеймоуру, и он знал, что в человеческом теле переносить ее будет еще труднее, но у него не было другого выхода. Он изогнулся и вытянулся, испачканная сажей шерсть исчезла и превратилась в чувствительную человеческую кожу, которая болела от раскаленного воздуха. Вытянутая волчья морда оборотня сжалась и приобрела черты мужчины, немного похожего на Иви. Длинные косматые волосы были такими же белыми, как и шерсть волка.
Пригнувшись, Сеймоур поспешил к ряду колонн, на которые опирался первый ярус, и начал взбираться по стене, цепляясь за лепные украшения и опираясь на них ногами. Он всегда был хорошим скалолазом и теперь, ловко извиваясь, быстро поднимался по стене. Добравшись до парапета, оборотень подтянулся на руках, задыхаясь и кашляя, перелез через него и свалился на пол затянутой дымом ложи. Нужно было пробираться дальше!
Собравшись с силами, Сеймоур поднялся на ноги. Едва он выскочил из ложи в коридор, как одна из горящих балок обвалилась и прижала оборотня к полу. Сеймоур видел размытые очертания фойе и двери, ведущие на балкон. Тяжелая балка лежала на его ногах, обжигая кожу и скрывавшиеся под ней мышцы. Сеймоур издал вопль отчаянья, больше похожий на волчий вой, чем на крик человека.
Но он сильный! Он оборотень! Нечеловеческим рывком Сеймоур отодвинул пылающую балку в сторону и в ужасе уставился на свои ноги. Боль туманила его взор и разум. Неужели он сейчас потеряет сознание? Нет! Этого нельзя допустить. Иначе — все кончено.
В глазах у Сеймоура потемнело, и он провалился в черную пустоту.
* * *
— Быстрее! Едьте быстрее! — крикнул Брэм.
— Как я поеду быстрее? Везде заторы! Похоже, каждый направляется к театру, и все ради того, чтобы поглазеть на жуткое зрелище, — проворчал кучер.
Латона убедилась в том, что он был прав. Сзади них ехали двое мужчин в полицейской форме, а вот пожарной команды нигде не было. Чем ближе девушка и ее спутники подъезжали к театру, тем более устрашающими казались им масштабы пожара.
— Боже правый, надеюсь, там внутри больше никого не осталось! — воскликнул профессор.
Латона тоже на это надеялась. Она молча молилась о старой баронессе, Кларе и Филиппе. Хоть девушка и не была влюблена в него, как пыталась показать Брэму, ей нравились Шей, и она чувствовала себя в их доме так, словно у нее появилась семья. Латона не хотела, чтобы с ними что-то случилось! О, святые небеса, никому из людей она бы не пожелала подобной судьбы.
Экипаж остановился. Дальше проехать было невозможно. Брэм выпрыгнул из фиакра и сунул в руку извозчику несколько монет.
— Отвезите госпожу обратно во дворец Шей.
— Что? — возмущенно воскликнула девушка и стремительно выбралась из кареты. — Нам нужно посмотреть, что там происходит, возможно, Шей нуждаются в нашей помощи!
Профессор присоединился к ним с обеспокоенным выражением лица. У Брэма, видимо, больше не было сил с ними спорить.
— Держись рядом со мной, — попросил он Латону и бросился к театру.
Девушка и профессор побежали за ним.
— Ужасное зрелище, — пробормотал Брэм, когда они приблизились к зданию театра. — И где пожарные? Неужели никто не вызвал пожарных?
Этот вопрос повторил один из стоявших поблизости полицейских. Он схватил за руку мужчину, который, судя по одежде, был рабочим сцены.
— Я не знаю, догадался ли кто-то задействовать пожарный извещатель.
— Но ведь в каждом театре есть служащий, который должен отвечать за это, — не унимался полицейский. — Где он?
Рабочий обернулся.
— Я видел его незадолго до начала представления. Он собирался на минутку заскочить в пивную…
В этот момент к театру подъехали первые пожарные. Полицейский — судя по форме, офицер — подбежал к ним.
— Где остальные? Почему так долго? — набросился он на пожарного, сидевшего на козлах.
— Нужно сперва их вызвать. Двое извозчиков сказали нам, что горит какая-то крыша. Мы думали, одной повозки будет достаточно…
Пожарный замолчал, глядя на огромные огненные языки, которые поднимались над крышей и вырывались из верхних окон. Этажом ниже на балконах толпились и взывали о помощи охваченные смертельным ужасом люди.
Офицер послал несколько конных полицейских с приказом направить сюда всех жителей и все транспортные средства Вены, которые могут помочь в борьбе с пожаром.
— И спасательные полотна! Черт возьми, нам нужны полотна, чтобы спасти этих людей!
— Не может быть, чтобы все зрители уместились на балконах. Сотни людей, должно быть, все еще внутри! — в ужасе воскликнула стоявшая рядом с ними женщина.
— Но почему тогда никто не показывается из ворот? — спросила Латона.
Очевидно, полицейский спрашивал себя о том же.
— Они не могут открыть двери, — объяснил пожарный и схватился за топор. — Все двери открываются вовнутрь, а толпа посетителей напирает на них.
— Так выломайте их! — закричал офицер.
— Именно это я и собираюсь сделать!
Пожарный взял еще двух человек из команды, и все они, вооружившись топорами, побежали к театру. Остальные члены бригады начали разматывать пожарные рукава.
— Я вижу там баронессу! — закричала Латона, заметив старую женщину в толпе.
Теперь полицейские изо всех сил пытались оттеснить людей от театра, чтобы освободить место для пожарной команды.
— О, дитя мое! — зарыдала баронесса и обняла Латону. — Видно, сам Господь уберег вас и не дал вам приехать вовремя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
