- Я вернусь к тебе... - ветер подхватил последние слова умирающей девушки, донося их до того, кто мчался к ней, пытаясь успеть вдохнуть хоть каплю жизни в скорчившееся от боли тело. Но уже слишком поздно. Посмотрев в полные отчаяния глаза любимого, Лина улыбнулась... и умерла, не в силах перенести боль отката.
Эпилог
Рассматривая столпившихся людей, черноволосая девушка невольно усмехнулась, в который раз поражаясь любопытности окружающих. Сама она никогда не понимала, почему кто-то приходит в безудержный восторг при мысли о том, что сможет увидеть героев давней войны вместе с правителем.
О ней ей очень много рассказывала наставница, когда они с другими воспитанницами сидели перед сном около камина с кружкой горячего молока. В такие вечера, Лина заворожено смотрела на языки огня, наблюдая за проносившимися картинами далекого прошлого, отражающимися в пламени, и поражающими своей реалистичностью. У нее всегда было богатое воображение, возможно именно по этому, по словам наставницы, она и могла, управляя магией, делать весьма необычные вещи, которые были не под силу ни одной из ее подруг.
Лина была сиротой. По словам госпожи Дарьаны, как звали наставницу, которая содержала приют для сирот, ее родители погибли на войне, оставив ей лишь имя. Райлин. Но девушка никогда не жаловалась на судьбу, всегда выискивая положительные стороны даже в самой безнадежной ситуации. Странно, но уже с детства Лина никогда не чувствовала себя одинокой, предпочитая проводить время в тишине и вдали от кого-либо. Ей всегда казалось, что есть те, кто ее ждет, с кем она обязательно встретится. Девочки, живущие вместе с ней считали это лишь фантазией, глупыми бреднями "черноокой", как ее прозвали за поразительную способность менять цвет глаз с изумрудно-зеленого, на черный. Но не наставница. Дарьяна всегда улыбалась, когда Лина рассказывала про свой очередной сон, где ее кто-то звал, просил придти поскорее, и говорила, чтобы она не обращала внимания на тех, кто не может понять того, что им не дано.
Пихнув локтем толкавшуюся женщину, лезущую вперед, Лина вздохнула. Она не понимала, зачем было так необходимо идти на церемонию поступления в академию. Сиротам там делать нечего, это она поняла уже давно, когда только начала мечтать об интереснейших уроках, благодаря которым смогла бы постичь границы своей силы. Но наставница упорно потащила ее на праздник, все время, повторяя странную фразу о том, что "она уже достигла нужного возраста и сегодня...". Что должно было быть сегодня, Райлин не знала, лишь предполагая, что это как-то связано с тем, что сегодня ей исполнилось ровно пятьдесят лет. Будь у нее семья, она стояла бы не здесь, среди толпы зевак, а на середине огромного поля, приветствуя тех, кому только сегодня суждено было учиться там, где она жила бы уже двадцать пять лет.
- Лин, не спи! - наставница одернула ее за рукав, потянув за собой в первые ряды.
- Зачем мы вообще сюда пришли? - Лина недовольно поморщилась, упорно работая локтями, чтобы поспеть за женщиной.
- Узнаешь, - загадочно подмигнув, Дарьяна, наконец, пробилась к заветному кругу, вокруг которого разожгли костры. - Смотри внимательно.
В эту минуту вперед вышел правитель в окружении нескольких людей, среди которых были главы пяти Кланов и еще два незнакомых Лине парня и девушка, с развевающимися на ветру белоснежными волосами, невольно приковывающими взгляд. Райлин уже много раз видела церемонию поступления, но никогда еще не было столько народа, все будто бы чего-то ждали.
Остановившись посередине окруженного пространства, правитель начал традиционную речь, то и дело, бросая внимательные взгляды на поступающих, и все время чему-то разочаровываясь. Но Лину, вопреки обыкновению, на этот раз совершенно не интересовало ни приветственное слово, ни испытания детей. Раз за разом ее взгляд возвращался к молодому парню, стоящему чуть поодаль от правителя. Черные, как смоль, волосы небрежно трепал ветер, а синие глаза смотрели цепко и, как показалось девушке, устало. В его образе было что-то такое родное, такое безумно знакомое, что она непроизвольно сделала несколько шагов вперед, привлекая внимание. Рядом что-то крикнула наставница, но Лин было уже все равно, она, не отрываясь, смотрела в самые любимые глаза на свете, постепенно меняющие выражение с удивленного, на недоверчивое, а затем наполняющиеся безграничным счастьем. Память вернулась мгновенно, словно и не было этих долгих пятидесяти лет после ее возрождения, и Лина, счастливо засмеявшись, побежала вперед, оказываясь в объятиях Дориэна, крепко прижимающего ее к себе с такой силой, словно боясь вновь потерять. Обняв парня, она нашла его губы, через поцелуй, передавая всю свою любовь.
- Ты все же вернулась, - оторвавшись от девушки, ларрьян нежно потерся щекой о ее лицо.
- Конечно, я же обещала, что никогда тебя не покину, - Лина крепче прижалась к любимому. - Даже не надейся сбежать от меня.
- Котенок, - Дориэн счастливо улыбнулся, держа в объятиях ту, что для него дороже жизни.
- Я люблю тебя, Дориэн, - чувствуя, как участилось его дыхание, Райлин довольно усмехнулась.
Она не знала, что ждет их впереди, но в одном была уверена: с чем бы ни пришлось столкнуться, они всегда будут вместе, ведь даже Боги имеют право на счастье.
Казань, 2009г.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
