— Ты поедешь со мной или нет? Отвечай!
Больше он не мог справляться со своими чувствами. Надоело мучаться, страдать. Почему, живя всего один раз, они должны отказываться от своего счастья?
Он хотел ее. Он страдал. И ничто уже не могло его остановить.
От страха Джилли потеряла дар речи. Увидев, что она вся дрожит, Джейк немного опомнился.
— Ну, прости. Нам нужно поговорить. Попроси Уилфреда перенести ваш отъезд, — произнес он. — Хоть на сутки. Я должен тебе что-то сказать. Слышишь?
Он уже не приказывал, а умолял.
— Ты сошел с ума!..
Джилли вырвалась и хотела убежать. Но он снова схватил ее за руку.
Она чувствовала, как его пальцы впились в ее тело. От боли она пошатнулась. Джейк тряс ее. Она пыталась вырваться.
На шум выбежала Лори. От неожиданности она вздрогнула, увидев, как какой-то мужчина тряс ее родственницу.
Она подбежала к ним, пытаясь защитить Джилли.
— Почему вы к ней пристаете?
— Убирайся к чертовой матери! — заорал Джейк.
Он резко оттолкнул Лори, так, что она едва не ударилась об стену.
Джилли уже бежала по лестнице. Обессиленная, она упала на кресло в гостиной.
Джейк догнал ее, поднял и снова начал трясти. Его лицо наливалось краской. Волосы торчали в разные стороны. А глаза… Он был похож на страшного зверя в своем гневе.
— Ты сошел с ума, Джейк.
По ее щекам катились слезы.
— Что ты хочешь?
— Тебя… — прорычал он. — Иди ко мне.
Он сжал ее крепко, пытаясь поцеловать.
Изо всех сил Джилли оттолкнула его и опять упала в кресло, вспотевшая и взъерошенная.
— Нет! — кричала она. — Уйди!
Но он снова поднял ее — резко и грубо.
От страха Джилли трясло и она стала задыхаться.
Он сжал ее в объятиях.
— Я поцелую тебя.
Джилли отворачивалась, но Джейк был неумолим. Он искусал ей губы.
Почувствовав кровь, Джилли ударила его в живот. На секунду Джейк отпустил ее. Она выскочила на улицу. Он бежал следом за ней.
— Помогите! — в отчаянии кричала Джилли, задыхаясь от слез. — Оставь меня!
Джейк бежал за ней, хватая за руки. Она вырывалась.
От неожиданности гости застыли в изумлении. Все были в недоумении, ничего не понимали.
Наконец Джейк догнал ее, свою жертву, и схватил ее так, что обессиленная Джилли лишилась чувств и опустилась на землю.
Мужчины повскакивали со своих мест. Заломав разъяренному Джейку руки, они пытались урезонить его пыл.
Он вырывался, но они крепко держали его.
Сильно побледневшая и изможденная Джилли лежала на траве. Женщины, шокированные случившимся, сгрудились вокруг нее.
— Пропустите! — миссис Паркинсон осторожно протиснулась среди собравшейся вокруг лежавшей на траве Джилли толпы.
— Какой ужас! — вздыхали дамы.
— Да это, просто кошмар!
— Несчастная Джилли!
— Он просто ненормальный!
Возмущенные вздохи долго не стихали. Таких инцидентов в Аделаида-Хиллз еще не видели.
Собравшиеся строили догадки, пытаясь понять, что же все-таки произошло. Почему так взбесился Сандерс? И что у него общего с миссис Мейган? Она ведь раньше никогда не жила здесь.
Словом, местному обществу было о чем поразмыслить и поговорить.
Джилли перенесли в спальню. Миссис Паркинсон с трудом удалось привести ее в чувства. До самолета оставались считанные минуты, и нужно было спешить.
Уилфред, для которого случившееся стало ударом, очень беспокоился за здоровье жены и старался как можно быстрее уехать. Уберечь ее от этого типа.
Джозеф и Лори сопровождали их до аэропорта. Они опаздывали. Уилфред вел Джилли, ничего не видевшую, к самолету. Они поспешно поднялись по трапу.
Лори и Джозеф еще долго стояли, провожая глазами растворяющийся в небе самолет.
Глава 11
Джейк Сандерс, кто он? Признание. В семействе Сандерс ожидается пополнение. Джилли и Джейк на отдыхе. Возвращение в Аделаиду. Ссора с Уилфредом. Память — худший спутник жизни.
Еще никогда в жизни Джейк не был так противен и отвратителен сам себе. Он уже никого не винил, он ненавидел себя.
Чудовище! Сумасшедший! Как он мог позволить себе такое выкинуть? Чего он добился? Позора! Причинил страдания Ребекке. Разрушил покой Джилли. Да и Уилфред… Можно представить, что он переживает сейчас. Так искренне любит жену, и вот на тебе такое…
Сколько раз он давал себе слово ограничивать себя со спиртным. Не позволять себе лишнего…
В последнее время он был особенно буйным, когда выпивал лишнего.
Но на этот раз чувства обострились чересчур…
Он лежал один в спальне, даже не замечая, как прошла ночь.
Внутренняя пустота и одиночество угнетали. Джейк не знал, как будет жить дальше. Одной неосторожной глупой выходкой, в один миг он все разрушил и все потерял.
Ведь все уже было решено: они разошлись тихо и мирно, как порядочные люди. Почему бы не смириться с судьбой? Ведь жил же он без нее шесть лет? И был счастлив. Зачем пытаться вернуть то, что давно потеряно?
Как он посмотрит в глаза Ребекке? И вообще, как теперь все будет?
А что, если она уедет и заберет Томми? От этой мысли бросало в жар… Еще больше он становился зол на самого себя.
Зато вечно страдающим от скуки жителям Аделаида-Хиллз теперь будет о чем поговорить. Возможно, об этом скандале упомянут в газетах… И конечно, все узнают на работе.
Нет, не об этом он теперь должен думать. Ребекка! Как сделать, чтобы она поняла? Он не переживет ее уход! Теперь она нужна ему как никогда!
Ребекка была замечательной женой. Они чудесно подходили друг другу по характеру. Темпераментный, горячий Джейк и кроткая уступчивая Ребекка. Они были прекрасной парой. И редко ссорились.
Конечно, Ребекку нельзя было назвать робкой овечкой. Она была отнюдь не глупа, с ней было интересно в компании. Она всегда сглаживала острые углы не только в их отношениях с Джейком, но и в любом общении.
Она была очень доброжелательна к людям и всегда умела понять, а такие качества очень редки в современном человеке…
Она могла работать, причем зарабатывала очень прилично, и заботиться о семье. И все получалось у нее гладко.
Когда они познакомились, она заканчивала колледж. Ее специальностью было корпоративное право.
У них все получалось бы гладко, если бы не внезапно вернувшееся прошлое….
Джилли! Даже сейчас Джейк не мог признаться самому себе, что любит ее.
В нем как будто жили две любви: любовь-привязанность к Ребекке и любовь-страсть к Джилли.
Он мучался, а воспоминания… О! Как бы он хотел избавиться от них! Но не мог.
