Ложась спать, новоявленный пограничник уже распланировал, как снова приступит к подробному допросу Судьи о том, чего же они так от него хотели, а заодно потребует от Ксюши, чтобы она общалась с ним в человеческом виде – тогда-то уж он точно заставит ее вспомнить их самые теплые отношения. Однако, снова открыв глаза, он понял, что в окна палаты бьет утренний свет, а значит, ему ничегошеньки не приснилось.
Тихо паникуя, Влад признал, что пока он ни бельмеса не смыслит ни в астрале, ни в реале. Тем не менее, это не поколебало решимости выздоравливающего: он осторожно, но целеустремленно стал выполнять гимнастику, которую разучивал накануне с врачами. Что бы и как бы сейчас не происходило, он знал, что должен немедленно оказаться в Питере, а там… на месте разберется…
* * *
…«Интересно, кто это успел настучать нашей родной милиции?» - раздумывал Влад, осматривая хмурого, пропитанного запахом табака мужчину, который представился следователем. Хотя, что тут думать: врачи и передали по инстанции – все же дело серьезное.
- Чем могу быть полезен? – невозмутимо ответил больной на суховатое приветствие оперуполномоченного.
- Вы единственный, кто может пролить хоть какой-то свет на это происшествие, - сходу признался офицер и, пододвинув свободный стул, уселся напротив Влада. – Я понимаю, что Вы еще не вполне оправились, но войдите в мое положение – время уходит, и шансов найти преступников все меньше.
- Да, не позавидуешь, - кивнул Влад и догадался спросить. – А дело-то, в Питерской милиции, наверно, завели?
- Завели там, а когда выяснили, что жертвы отсюда, пришлось объединять усилия…
- Представляю, какие усилия, - иронично усмехнулся больной. – Хоть какие-нибудь зацепки-то имеются?
- В интересах следствия, до его завершения данные не разглашаются даже пострадавшим, - нахмурил темные брови сыщик и все же опять признался. – Но, сами понимаете, у меня сейчас тридцать нераскрытых дел на руках висит. Так что без сотрудничества ваших обидчиков найти будет трудно. Это, конечно, в том случае, если таковые вообще были.
- Интересно получается… я что, сам себе грудь прострелил?
- Вообще-то это тоже не исключено при попытке самоубийства. Но, поскольку пистолет не обнаружен, то есть некоторая возможность, что стреляла Ваша знакомая…
- Какая еще знакомая?
- Ну не будете же Вы отрицать, что были знакомы с Ксенией Ершиной? – в свою очередь удивился человек из органов.
- Ага, первый подозреваемый уже есть. А поскольку других нужно днем с огнем искать, то легче меня и оформить…
- Зачем Вы так? – покачал головой гость и пояснил. – Это может показаться кощунственным, но чаще всего в таких делах бывают замешены именно близкие люди, и поэтому следствие не может основываться на эмоциях. Лучше поясните мне: каким образом Вы оказались вместе с подругой в Петербурге? По показаниям матери, она отправилась туда одна.
Влад довольно долго молчал, смотря прямо в глаза сыщику и раздумывая: «Говорить правду или нет?» Но, кажется, во взгляде пограничника появилось что-то новое. Прожженный психолог, которым несомненно являлся опытный сотрудник органов, вдруг виновато опустил взгляд и каким-то жалобным тоном произнес:
- Вы поймите, факты должны совпадать, иначе, кто-то говорит неправду…
- Понимаю… - медленно выговорил Влад, решаясь-таки на авантюру. – Давайте заключим маленький договор – надеюсь, он не будет противоречить никаким принципам юриспруденции.
- Я тоже надеюсь, что Вы не предложите ничего криминального, - повеселевшим голосом заявил сыщик.
- Тогда ответьте мне на один вопрос: сколько еще девушек пропало в Питере в тот и два-три последующих дня?
Опер был явно озадачен таким вопросом. Сначала он, помотав головой, спросил, каким образом это может относиться к данному делу, но потом признался, что не располагает такими данными. Когда Влад добавил, что пропавшие девушки, скорее всего, не из Петербурга, то сыщик, несмотря на всю его опытность, совсем потерял нить беседы. Тогда Владу и пришлось все рассказать по порядку: и про Невского Льва, и про девушек, которых преступники собирались отлавливать весьма оригинальным образом. Под конец рассказа следователь, уже не стесняясь, возмущался:
- Вот подлецы! Это ж надо такое удумать. Точно рассчитали, что девушки будут пропадать из разных городов и свести в целое эти случаи сразу не удастся. А им нужно два-три дня, чтобы напрочь замести следы, - мужчина от досады хлопнул себя по коленям. – Сколько дней прошло, а Питерские даже не удосужились разослать разнарядку по этому Невскому Льву. Ведь ясно было, что пропавшие приезжали по приглашению одной фирмы.
- Вообще-то не факт, что они всем одно и то же название фирмы высылали, - заметил Влад.
- Да, надо срочно проработать это направление, - кивнул опер и досадно хмыкнул. – Опять бандиты нас обскакали – честно сказать, не представляю, как их теперь отыскать. Девушки уже за тысячи верст. Хорошо, если еще в России.
- А вот это оставьте, пожалуйста, мне… Девушки где-то недалеко. Неудача с Ксюшей заставила их залечь на дно, но Вы правы: долго с таким «товаром» на руках они задерживаться не станут.
В глазах сыщика загорелся огонек подозрения. Он не замедлил усомниться, откуда Владу это может быть известно. На что пограничник просто ответил:
- Я это чувствую. Так же, как почувствовал опасность, угрожающую Ксюше. Но теперь я не намерен опаздывать, как в тот раз. Давайте договоримся: Вы не будете мне мешать, а я постараюсь распутать это дело своими средствами. Мне нужно Ваше содействие: любая информация о пропавших девушках – имена, фотографии… здесь все может помочь.
- Да что Вы, в конце концов, себе возомнили? – рассержено воскликнул сыщик. – Я подписку о невыезде должен взять, а тут шаманизм какой-то… - однако, его возмущение быстро угасло под пристальным взглядом больного, и под конец оперуполномоченный пробормотал. – Ну, хорошо, делайте что хотите. Только дайте мне координаты, по которым в любое время можно связаться.
Влад не знал, что творится с его организмом, но ясно, что вторая отключка внесла еще большие коррективы в его ненормальность – раньше таких гипнотических свойств за собой он не замечал. Чтобы все и вся подозревающий сыщик так легко согласился на все бредовые предложения? Влад бы рассмеялся, если бы кто раньше сказал ему, что такое возможно.
Но факт оставался фактом. Больной даже усомнился: возможно, он точно так же давил на врачей, которые готовы были выписать странного пациента хоть прямо на кладбище? Хотя такое иногда происходит и без всякой мистики. К тому же, думать о своем здоровье, когда можешь уже самостоятельно передвигаться, в то время как несколько чужих судеб зависит от твоей расторопности – это прямо-таки верх жлобизма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
