Из всех крейсеров не более 10 единиц должны были иметь срок службы свыше 15 лет. Число 31 для эскадренных нужд определялось исходя из норм, принятых в японском флоте – 26 крейсеров для операций в составе эскадр плюс 25 %. Для достижения запланированного числа крейсеров к 1929 г. требовался довольно напряженный график строительства. Крейсерскую программу изложил Леопольд Эмери в палате общин 21 января 1924 г. Он предлагал строительство 42 новых крейсеров. Первые 8 кораблей следовало заложить уже в 1924 г., затем по 8 единиц в 1925 и 1926 гг. Строительство остальных предполагалось начать позднее.
Что касается эсминцев, то здесь за точку отсчета опять же брались японские показатели, и исходя из них было выведено число 104, которого планировалось достигнуть к 1935 г. Это означало строительство по две флотилии эсминцев в год, по 9 кораблей в каждой, начиная с 1926 г.
Битти прилагал все усилия, чтобы график выполнения судостроительных программ соблюдался неукоснительно. Но давалось это не просто, особенно после того, как с декабря 1924 г. к власти вновь пришел консервативный кабинет, на сей раз во главе со Стэнли Болдуином. Портфель министра финансов тогда достался Уинстону Черчиллю. Ситуацию весьма образно обрисовал английский историк Корелли Барнетт: "Королевский флот едва пережил шестилетний период пребывания Черчилля на посту министра финансов, понеся существенные потери даже в тех классах боевых кораблей, которые не были ограничены вашингтонским соглашением. …По поводу строительства новых крейсеров, необходимых для замены кораблей, отслуживших свой срок, между Черчиллем и первым морским лордом Дэвидом Битти происходили настоящие сражения".
Одновременно взлелеянные первым морским лордом крейсерские программы подверглись удару со стороны заокеанских соперников. Усилия британских военных верфей не могли не вызвать ответной реакции в Соединенных Штатах. Начиная с 1926 г. в администрации Кулиджа и военно-морских кругах США стали открыто говорить о том, что "победа", достигнутая ими на Вашингтонской конференции, ускользает из рук. Американцы начали подготовительную работу по созыву новой конференции по ограничению морских вооружений, которая, по их замыслу, должна была нанести еще один удар по морской мощи Великобритании. Правительство США дало понять, что оно будет настаивать на распространении пропорции 5:3:3 на все классы боевых кораблей. При этом требование паритета с Великобританией по крейсерам приобретает для Вашингтона особое значение.
Конференция трех ведущих морских держав открылась 20 июня 1927 г. в Женеве. К тому времени соотношение сил их крейсерских флотов выглядело следующим образом: США имели 18 крейсеров, суммарным тоннажем 155 000 т, Великобритания имела 54 крейсера (332 000 т), крейсерский флот Японии насчитывал 25 единиц (156 000 т.). При этом в Англии и Японии пополнению крейсерского флота уделяли гораздо больше внимания и темпы строительства были выше, чем в Соединенных Штатах. Но на этот раз англичане не собирались поступиться своими преимуществами.
Английскую делегацию в Женеве возглавил лорд Роберт Сесиль, лидер "атлантистов" – сторонников англо-американского сближения, и морской министр Уильям Бриджмен. Последний панически боялся предстоящих дипломатических маневров, и ему ужасно не хотелось отправляться в Женеву. Поначалу он пытался настаивать, чтобы вместо него ехал Битти, но последний счел, что в интересах флота ему лучше оставаться в Лондоне. Однако первый морской лорд снабдил своего шефа подробнейшими инструкциями. Если на Вашингтонской конференции только американская делегация предложила четкую и продуманную программу сокращения морских вооружений, то на этот раз американская и английская стороны каждая выдвинули свой проект.
Англичане, например, предложили вновь вернуться к вопросу о линейных кораблях и авианосцах. Английская программа предлагала увеличить срок службы линкоров с 20 до 25 лет, сократить предел тоннажа с 35 000 до 30 000 т, уменьшить максимальный калибр главной артиллерии с 406 мм до 356 мм (с 16 до 14 дюймов). Водоизмещение авианосцев также предлагалось сократить с 27 000 т до 25 000 т. Английская сторона считала целесообразным подразделить крейсера на две категории: тяжелые, водоизмещением от 7 500 т до 10 000 т, вооруженные 203-мм орудиями главного калибра; и легкие, вооруженные артиллерией калибром не более 152 мм и имеющие водоизмещение не свыше 7 500 т. По тяжелым крейсерам англичане соглашались установить соотношение 5:3:3, а легкие предлагали вообще не ограничивать.
При ознакомлении с английским проектом создается впечатление, что британская делегация выдвинула заведомо неприемлемую для американской стороны программу. Ведь ее положения, в особенности в той части, которая касалась пересмотра ограничений, налагаемых на линкоры и авианосцы, в случае ее принятия потребовала бы полной ревизии вашингтонских соглашений. На это США никогда не пошли бы. Американские морские эксперты сразу отметили, что принятие английского варианта по линейным кораблям дало бы ощутимые преимущества британскому флоту. В его состав недавно вошли сильнейшие линкоры "Нельсон" и "Родней". Таким образом, англичанам было бы выгоднее, если бы новые американские корабли строились меньшего размера.
Такая ситуация вполне устраивала первого морского лорда, и он лично немало потрудился для создания этого дипломатического тупика. 21 июня он писал жене: "При первом ознакомлении с предложениями США и Японии на конференции совершенно очевидно, что мы слишком расходимся во мнениях и предстоит выстроить слишком длинный мост, прежде чем мы сможем даже помыслить, чтобы пойти навстречу. По счастью, я связал наших военно- морских представителей так, что они и шага не смогут ступить без консультаций со мной, и в этом смысле, я думаю, все будет хорошо".
Действительно, сбить "твердолобого" "Вилли" Бриджемена с заданного ему курса оказалось делом безнадежным. Тем более, что ему нашелся и достойный оппонент в составе американской делегации – адмирал Хилари Джонс, который, по выражению американского историка Бенджамина Уильямса, "на международные отношения смотрел через якорный клюз". Женевская конференция с самого начала и вплоть до закрытия проходила в ожесточенной борьбе между делегациями по всем обсуждаемым вопросам. Англо-американская дискуссия приобрела исключительную остроту и после переговоров, длившихся более месяца, окончательно завела конференцию в тупик.
Каждая сторона непримиримо и упорно отстаивала свои основные предложения и в то же время категорически отказывалась от принятия предложений другой стороны. Бриджемен и Джонс бились как львы за каждый дюйм калибра, за каждую тонну водоизмещения. В результате заключительный протокол конференции лишь излагал точки зрения делегаций и не заключал в себе никакого соглашения, кроме рекомендации о досрочном созыве новой конференции по вопросу о морских вооружениях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
