Читаем без скачивания Железный мир - Олег Лукьянов

Белесые глаза вдруг сделались красными, наверное будь сейчас ночь, они светились бы как уголья, Император расшвыривая обступивших его телохранителей материализовав в руке меч подобный моему, но из чего‑то пепельно‑белого, налетел на меня как ураган.

Я не знал что умею сражаться на мечах — все что доселе я делал, так перерубал своим черным клинком подставленные мечи, доспехи и плоть врагов, сейчас же я сражался как бог. Мы с Императором замельтешили перед друг другом по мгновенно сталкиваясь мечами и по секундно переходя на сверх скорость. Скорее всего для вставших в круг гвардейцев мы были единым смазанным, хаотично двигающимся, пятном.

Я не думал, не мыслил. Голова — пустой заполненный ненавистью и скрытой до поры силой сосуд, а мое подсознание было этому радо. Одна возникшая мысль, одно неверное или замедленное движение, и белый клинок Императора пронзит мою плоть и выпьет демоническую суть. Я блокировал и блокировал его со всех сторон сыпавшиеся удары, но и мои, коварные и прямые атаки точно так же не натыкались на железную стену защиты. Казалось что мы протанцуем так вечность, но вместо очередной ожидаемой атаки, он рванул в сторону, растопырил пальцы и ударил меня светящейся стрелой.

Магическая стрела вонзилась мне в грудь, слегка оттолкнула и рассыпалась на осколки не причинив никакого вреда. Лицо Императора скривилось толи от удивления толи от злобы.

— Теперь моя очередь, — произнес я изрыгая из себя сноп истинного огня.

Он попытался увернуться, перейти на тягу духа, но пламя демонов не обманешь, оно настигло его и подожгло как факел.

Пылающая рыжим огнем фигура замерла на полшаге, закричала голосом полным страдания и боли. Я видел как мгновенно сожравшее его одежду пламя жадно облизывает его плоть, но в то же время чувствовал как железная воля этого человека, не смотря на адскую боль, борется с пламенем, заставляя языки огня погаснуть.

Я хотел улыбнуться, сказать, что все бесполезно, но он это сделал.

Посреди сражения, в широком круге в смятении застывших гвардейцев, покачивалась обгоревшая фигура. Сползающая с костей обоженная плоть, обугленное лицо, глазные яблоки лишенные век — он обязан был уже умереть, но он держался, что‑то булькал глядя на меня.

Я не стал слушать.

Я не дал ему последнее слово. Подошел и пронзил сердце черным мечом. Его недочеловеческая душа теперь принадлежит мне, теперь я Император, а значит, что мне нужно заботиться о своих войсках. Эту бессмысленную бойню пора прекращать.

Я отсек голову у трупа, схватил за чудом уцелевшие волосы, взмахнул своими белыми крыльями, на пару метров поднимаясь над все еще сражающимися и воскликнул стараясь чтобы меня услышали все.

Не знаю, природный ли это мой голос, усилил ли его кто‑то магией, или это моя собственная демоническая сила, но меня услышала даже дальняя травинка на этом проклятом поле.

— Смотрите все! — сказал я поднимая отрубленную голову, — Император мертв и я теперь новый Император. Прекратить сражение! На колени — присягните мне!

Первыми пришли в себя разъяренные боем ирбисы, услышав мою речь, они как послы иной державы, склонили лишь одно колено, но пример был подан и застывшее двухтысячное людское войско заволновалось. Расталкивая гвардейцев в круг подомной вышли две окровавленные фигуры. Два крепких парня с пронзительными взглядами.

— Мы архонты Империи, — провозгласили они в голос, — мы признаем тебя Императором и присягаем тебе в верности.

Они упали на колени и склонили головы, и вслед им, словно круг после брошенного в озеро камня, прошла волна склоняющихся людей. Ближайшие гвардейцы упали следом за архонтами, за ними на колени попадали гвардейцы стоящие за их спинами, потом упали другие смешанные колонны. И очень скоро все бранное поле покрывали люди стоящие передо мной на коленях.

— Слава Императору! — крикнули где‑то на отшибе.

— Слава! — подхватили этот клич.

— Слава!

— Слава!

Я наконец нашел глазами фигуру первой обронившей клич, и сердце запрыгало от радости. Кассия! Жива.

— Теперь это мой мир, — прошептал я в момент наивысшего триумфа вспомнив с чего все начиналось. — Железный мир — я все же покорил тебя.

Эпилог

С тех пор как Император был повержен, прошел уже месяц. Я жил во дворце, предпочитая человеческие хоромы хаосу царящему в домене. Конечно, практически никто из людей не воспринимал меня как демона — я объявил себя наместником Творца, а своих слуг ангелами. И надо признать это амплуа мне нравилось больше. Да нет, я старался не для смертных, на них мог бы воздействовать и страхом и принуждением.

Сначала хотел сделать из этого мира «оплот зла» и заметно увеличить ступени в кастах — во главе этой иерархии собирался поставить демонов. Но изменить решение меня заставили две причины: за правое дело человечество всегда сражается не щадя ни себя ни других, и это позволяло мне установить дополнительный рычаг для управления миром. Страх это хорошо, но любовь к владыке много лучше, хотя и страх никто не отменял — добро тоже страшатся.

Вторая же причина крылась в том, что я все же оставался на половину человеком, и приятней было видеть не ужас, а почтение и любовь в глазах людей. А крылья за спиной были столь ослепительно белы и пушисты, что каждое утро просыпался с улыбкой на губах — на эти минуты забывал кто я на самом деле.

Обе мои как оказалось выжившие демонессы тоже летали в ангельских обличьях повергая в трепет сердца видящих их людей — они как ни странно оказались довольно умными и быстро извлекли из такого положения выгоду. Кассия так и осталась в теле архонта, и наверно будет в нем до конца времен. Она продолжала набирать людей и вместе с другими двумя архонтами мало по малому, собирала невиданную доселе армию.

Свои же силы я стал прикладывать к возрождению империи демонов. Это было довольно трудоемко — в мире демонов оказывается больше каст, чем мне казалось, и все они выполняли определенные функции без которых «империя демонов» не могла и существовать. Не смотря на трудности и казалось бы не решаемые проблемы, я верил, что все касты и круги скоро восстановятся, демеонесс было всего три, включая Кассию, и я не собирался их брюхатить, существовали и более надежные и быстрые способы увеличить поголовье моих слуг.

Блаженно прикрыв глаза я подтянулся и откинулся на обитую бархатом спинку трона. На людей в зале уже давно перестал обращать внимание — что мне эти преданно смотрящие на меня советники, что мне эти телохранители‑гвардейцы застывшие подле трона, а о слугах с готовностью во взглядах ожидающие мои приказания — вообще не вспоминаю. Жаль конечно что среди облепившей меня шушеры нет Бриана и Весты. Я жалел что они погибли на том поле, но удрученно признавал, что жалел лишь о ценных, безвозвратно потерянных кадрах, а не за друзей… Но что вы от меня хотите? Я даже не человек!

— Мой повелитель, — вбежал в замерший зал молодой управитель. — Демоны! Демоны объявились и напали на форт Аринз!

Окно в зале разбилось вдребезги, стекла разлетелись по всему полу, гвардейцы кинулись наперерез влетевшей опасности — но это было ни к чему.

Одна из демонесс, разумеется, в обличье ангела, влетела в зал и упала передо мной на колени:

— Мой Повелитель, дьяволы! В наш мир вторглись воины ада!

Черт! Все это время я обдумывал как собрать силы чтобы напасть на Землю и изгнать оттуда дьяволов… Но они кажется, меня опередили.

Тем лучше — все куски пазла наконец сложились в план, осталось его произнести вслух и предварить в жизнь… И я не замедлил его озвучить:

— Отбить атаку, уничтожить путающихся миркаридцев, накопить силы, провести разведку и нанести по дьяволам удар!

Скоро я стану полным властителем этого мира, а потом и другого, родного. Для этого нужно всего лишь одолеть весь Ад. Долгая предстоит работа…. Но у меня в запасе вечность, а пока надо всего лишь отбить их первую атаку.

И хотя шокированные люди в зале приняли мои слова как команду к действию, я сжалился и произнес:

— Я сам возглавлю контратаку. Мы втопчем дьяволов в грязь.

Конец первой книги…